Почему закрываются газеты

Сергей Сумленный
29 ноября 2012, 10:27

Первая весточка нового времени для печатных изданий пришла, как часто бывает, из-за океана. 18 октября после 80 лет существования прекратилось издание печатной версии американского еженедельника Newsweek. Редакция заявила, что продолжит издание журнала – но только в виде онлайн-СМИ. Немецкие журналисты вздохнули и посочувствовали коллегам, но, кажется, не восприняли новость всерьез. А зря.

В последний месяц в Германии начался настоящий падеж СМИ. Еще за пару недель до прекращения выпуска печатной версии Newsweek о своем банкротстве заявило крупное немецкое информационное агентство dapd. В компании, созданной два года назад из слияния немецкого агентства ddp и немецкоязычной службы американского AP, работало почти четыре сотни журналистов. Однако на этом дело не закончилось.

13 ноября о своем банкротстве заявила одна из крупнейших и самых известных газет Германии – франкфуртская Frankfurter Rundschau. Газета, имевшая тираж в 117 тыс. экземпляров, могла похвастаться 67-летней историей и отличной репутацией. Однако это не спасло ее от краха. Тиражи газеты сокращались последние несколько лет, надежды на привлечение молодых читателей с помощью перехода на таблоидный формат не оправдались – банкротство издания стало концом долгой агонии.

И вот  новый смертельный случай. Число обанкротившихся изданий пополнила одна из лучших экономических газет Германии, немецкоязычная Financial Times Deutschland. 12 лет существования, чуть более 100 тыс. экземпляров тиража и никакой надежды на спасение. Все 12 лет эта блестящая с точки зрения журналистики газета (я выписывал ее много лет, и она была моим настольным чтением) работала с убытком.

Вполне возможно, что вскоре немецкий газетный рынок станет беднее еще на одну или две газеты. Именно печатные СМИ оказываются сегодня самыми уязвимыми медиа. Рекламные бюджеты стремительно утекают от печатных СМИ. Если в 2000 году доходы от рекламы составляли 64% от дохода газет, то в 2011 году реклама принесла лишь 45% дохода. В первую очередь от газет ушли самые дорогие и массовые объявления – объявления компаний, ищущих сотрудников. Издатель одной из самых уважаемых газет Германии – Frankfurter Allgemeine Zeitung – Вернер д’Инка с горечью рассказывал мне, что если в 90-е годы субботний выпуск FAZ имел стополосное приложение с объявлениями о поиске сотрудников, а сама газета легко могла весить под килограмм, то сегодня аналогичное приложение занимает лишь несколько полос. Объявления уходят в интернет.

Между тем падение объема рекламы могло бы быть компенсировано ростом доходы от продажи тиража – если бы от газет уходили только рекламодатели. Но покидают их и читатели. Журналисты печатных изданий любят говорить, что сегодня у читателя нет времени на потребление информации. Это не так. С 1990 года объем использования различных медиа в Германии увеличился с 380 до 583 минут в день. Все виды СМИ: от телевидения до интернета – могут похвастаться приростом показателей. Немцы стали почти вдвое больше смотреть телевизор, на 10% больше слушать радио и на те же 10% больше читать книги, и только газеты и журналы показали 30% и 40% падения объема читательского внимания соответственно. Иными словами – у читателя не стало меньше времени. Его даже стало больше, но оно используется по-другому.

Собственно, то, насколько газетам удалось «отвязать» от себя читателя, показывает опрос немецкой аудитории, отсутствие какого вида СМИ немцы бы переживали сильно или очень сильно. С 1990 года количество тех, кого бы расстроило отсутствие газет, сократилось с 63% до 42%.

Иными словами, печатные газеты зашли в тупик – причем они не просто не могут найти из него выход, но даже не знают, где его искать. Повторю еще раз: само по себе появление интернета не может считаться достаточной причиной для кризиса газет. Начнем с того, что появление интернета давно ожидалось газетными экспертами. Еще в 1942 году нацистский теоретик СМИ, штурмбаннфюрер (майор) СС и заместитель имперского руководителя прессы Хельмут Зюндерманн писал в своей брошюре «Заметки о газете»: «Значение напечатанной газеты сохраняется и в том случае, когда в ряду бытовой техники появится, наряду с телефоном, и некий прибор передачи графики на расстоянии, и этот аппарат будет использоваться для распространения газет – что совершенно естественно. Тот, кто сегодня уже находится в счастливом (или несчастном) положении получателя значительной части информации из газет, согласится со мной, что лишь в случае подобного технического изобретения будет возможно предоставить читателю полное общее впечатление от напечатанной газеты, так же как и ее черты: беглый просмотр, структура материала и графическое его представление. Областью, в которой возможны еще более кардинальные изменения, является доставка газет, которая, разумеется, сильно влияет на содержание и процесс производства газеты. <…> Возможно доставить газету читателю прямо к обеденному перерыву – газету, работа над которой в редакции завершилась лишь несколько минут назад. Такие технические спекуляции можно продолжать и дальше. Все это показывает, как молода на самом деле газета, несмотря на свою 500-летнюю историю».

Разумеется, это рассуждение было полным теоретизированием, но тем не менее появление новых средств доставки информации никогда не пугало газетчиков. Газеты являются самым старым СМИ, до сих пор используемым человечеством. Ни одно из новых СМИ, будь то радио или телевидение, не обрушивало рынок газет, несмотря на всю разницу в оперативности, красочности или убедительности звука или картинки. Например, хотя в 1950-е годы издатели немецких газет сильно переживали, что массово распространившееся телевидение оттянет на себя всю рекламу и убьет печатный рынок, на деле все получилось наоборот. Появление телевидения настолько раздуло рекламные бюджеты газет, что, хотя их доля как получателей заказов на рекламу и сократилась вдвое, объем рекламных денег, поступающих в газеты, увеличился многократно. Интернет же отличается от телевидения еще и тем, что его могут отлично использовать и сами газеты, выставляя свой контент в Сеть и собирая деньги за размещение рекламы в интернет-версиях.

На самом деле главная проблема газет заключается не в конкуренции с новыми средствами доставки информации или с новыми типами СМИ. Газетам так и не удалось сформулировать, в первую очередь для самих себя, что именно они хотят рассказывать сегодня своему читателю. Ждет ли действительно читатель от газет простых коротких заметок и кучу фотографий, как любят повторять читатели, отвечая на вопросы социологических служб? Или читатель лишь заученно говорит то, в чем его убедили раньше сами журналисты, а на самом деле он хочет больше местной хроники и больших текстов? И если у читателя не хватает времени на серьезные тексты, то почему растет потребление книг? Должны ли все газеты выходить с одной и той же темой дня и идти, таким образом, в едином информационном русле, боясь пропустить тему, «о которой говорят все»? Или каждой газете стоит взять на себя смелость сохранять свою уникальность – в том числе информационную? Пока журналисты не ответят сами себе на эти вопросы, газеты буду продолжать умирать. К сожалению, у журналистов нет времени даже на то, чтобы задать себе эти вопросы: после сокращения бюджетов и введения программ экономии один европейский журналист выполняет столько работы, сколько раньше выполняли трое коллег.