От лирики к физике, или как «Демоскоп» гомосексуалистов размножаться научил

Москва, 05.12.2012

Иллюстрация: Эксперт Online

В бытность студентом Географического факультета МГУ мне много раз пришлось участвовать в бесконечном научном споре между «физиками» и «лириками» – благо факультет «пограничный», на вещи можно поглядеть глазами и тех и других. «Лирики» у нас всегда были в глухой обороне, доказывая, что они вроде как тоже ученые, а тезис «есть математика, а есть собирание марок» верен не вполне. Вывод из вечного спора я для себя сделал такой. Проблема гуманитарных наук в том, что их объект слишком сложен и плохо формализуем. Иначе говоря, в идеях гуманитариев куда больше субъективности, а потому к ним куда меньше доверия. Если математик заявит, что 2+2=5, в нем быстро вычислят идиота, причем не только коллеги, но и широкая общественность. Напротив, среди гуманитариев научные особи с тараканами в голове могут активно плодить насекомых десятилетиями, особенно если присосутся к какой-либо популярной идеологии. Благо возможности для «притаскивания» правильно подобных данных к нужной идее у них довольно широки.

Нарицательный пример – агроном и биолог Лысенко, последователи которого всего несколько десятилетий назад утверждали, что «рожь "скачком" (диалектическим, само собой) возникает из пшеницы, а из овса таким же скачком появляется овсюг, кукушки же вылетают не из гнезд, а прямо из яиц то пеночки, то дрозда, а то и мухоловки» [1]. Автор псевдонаучного бреда сумел четверть двадцатого века пребывать в любимчиках политической элиты одной из ведущих (научных) держав мира. Стараниями одного этого человека были с позором выгнаны с работы несколько тысяч ученых, десятки ведущих оппонентов физически уничтожены, разгромлена целая «буржуазная» наука генетика. «Для того чтобы получить определенный результат, нужно хотеть получить именно этот результат; если вы хотите получить определенный результат, вы его получите», – говаривал Лысенко.

Думаете сейчас, в эпоху критики и демократии, такой финт не проходит? Как бы не так! За научную позицию теперь, конечно, не расстреливают и даже не сажают, но тараканы при необходимой финансовой и идеологической подпитке плодятся еще быстрее и даже сходят за научный мейнстрим. Что там убогая Россия, взять хоть крайне демократичные США, где отсутствие основного инстинкта, вроде гомосексуализма, теперь нельзя считать отклонением от нормы, а за попытку его лечения скоро можно будет схлопотать тюрьму [2]. У нас, конечно, тоже есть свои Петрики с нанофильтрами и академики Фоменко с оригинальной историей прошлого. Но эти широко известные личности пока больше развлекают публику, оставаясь в среде своих коллег скорее поводом для насмешек. По масштабу научных и социальных последствий их творениям пока очень далеко до другой малозаметной, но от того не менее значимой вершины.

Есть у нас такой ученый Анатолий Вишневский. Занимается он демографией, мягко говоря, важнейшей темой для нашей страны, в которой население уже два десятилетие вымирает без всяких войн и эпидемий. В начале 90-х и 2000-х, когда этот замечательный процесс шел особенно быстро, Вишневский оставался одной из наиболее близких к власти демографов, в немалой степени причастных к формированию демографической политики, а точнее, ее отсутствию. Сразу оговоримся, это вполне себе умный человек, более того, в отличие от Лысенко значительная часть его трудов и идей никому не кажется абсурдной и заслужила признание как в России, так и за рубежом. Но, увы, появился у этого товарища четыре десятилетия назад один микроб, который с годами вырос до невероятных размеров.

В 1970 году в своем фундаментальном труде, посвященном «демографической модернизации», он рассказал о прекрасном демографическом будущем, которое ждет человечество в результате падения смертности и рождаемости, торжества современных (либеральных) ценностей. Сам этот процесс он назвал «модернизацией», а достигнутый результат – «вершиной» «демографической эволюции». Уже тогда по количеству совершенных эпитетов и определений стало ясно: к современным демографическим реалиям и породившим их либеральным ценностям Вишневский относится как к идеалу, и это никакая не научная идея, а любовь. Нет, не так. Любовь с большой буквы. До гроба.

«Воспроизводство населения… становится несравненно более рациональным, эффективным, экономичным, чем когда-либо в прошлом… – это из основного труда ученого, книги "Демографическая революция", которую его коллеги поместили в "Золотой фонд отечественной демографии". – Резко возросшая управляемость… устойчивость демографического процесса… не вызывает сомнения». Однако уже тогда, в 70-е, у ряда демографов такие сомнения все-таки возникали. Они предполагали, что «модернизация» рождаемости может зайти так далеко, что население в развитых странах перестанет самовоспроизводиться. Депопуляция уже тогда заявила о себе в нескольких европейских странах, в общем, появились к «управляемости» вопросы. Но сторонник добра и прогресса Вишневский адептов косного прошлого, у которого «неверие» в прекрасное будущее «смыкалось с верностью традиционной морали…», конечно, разгромил.

По прошествии тридцати лет выяснилось, что возлюбленная Вишневским демографическая машина последней модели действительно во всех отношениях хороша и удобна, вот только есть у нее малюсенький недостаточек – она не ездит. Население большинства стран что первого, что второго мира попросту перестало себя воспроизводить, несмотря на весь присущий им гуманизм и либеральные ценности.

Но что значит такая мелочь, как объективная реальность, для истинно влюбленной личности масштаба Вишневского? Ныне он утверждает, что вырождение неизбежно, должно охватить всех и, более того, даже хорошо, а сам этот факт и установленные им законы демографической эволюции – сродни ньютоновским: «ожидать чего-либо другого было бы столь же наивно, как думать, что яблоко Ньютона… не упадет на землю, а взлетит вверх». И разве в том его, влюбленного, вина, что ради самого дорогого приходится вступать в решительную борьбу со здравым смыслом и логикой? Как же иначе объяснишь, что «рациональным» является такое воспроизводство населения, при котором этого самого воспроизводства не наблюдается?

К счастью, в этом деле популярнейший ученый, который возглавляет целый Институт демографии Высшей школы экономики и является редактором популярного у нас демографического еженедельника «Демоскоп», не одинок. Вместе с рядом своих коллег по заведению он регулярно генерирует идеи, просто потрясающие основы социологии и биологии.

Взять хотя бы наиболее известную демографическую проблему (или достижение?) – крайне низкую рождаемость в большинстве стран Европы. До сих пор большинство обывателей и ученых предполагало, что она может быть связана с секуляризацией и эмансипацией, изменением ценностных ориентиров в обществе, когда карьера и образование становятся более значимыми ценностями, чем религия, дети и семья. Однако Вишневский и его коллега Сергей Захаров открыли глаза на страшную тайну – дело-то совсем в другом! «Самая низкая рождаемость в странах Восточной, Южной и Центральной Европы, в которых государство и/или церковь особо сильно, в том числе и принудительными мерами, вторгалось в жизнь семьи… Если же в Европе и есть более благополучные в этом отношении страны, то это страны с более либеральными политическими режимами, не знавшие такого вмешательства: Франция, Великобритания, скандинавские страны и так далее».

Идея, мягко говоря, неординарная, так же как и выяснение отношений между Наполеоном и Александром Македонским в желтом доме на улице Кащенко, но для части либерально настроенной и, скажем так, не самой далекой (не в географическом смысле) аудитории вполне сойдет. И это наш ученый еще поскромничал, что уж там Европа? Ведь давно известно, что самый главный и старый оплот высокой рождаемости и либерализма – это Африка да Ближний Восток, одни арабские революции чего стоят! С Европой же вообще сплошные непонятки. Если взглянуть на ретроспективные данные о рождаемости в этом регионе, которые легко найти на сайте того же «Демоскопа» (см. График 1), выяснится, что в эпоху тоталитаризма этот самый тоталитаризм на рождаемости сказывается очень даже положительно. В нашей России рождаемость упала ниже уровня либеральной Британии, да и вообще плинтуса, только в начале 90-х. Видимо, когда перестройку и гласность дополнила демократия, наши мамы наконец-то впервые ощутили весь груз тоталитаризма. Возможна и другая гипотеза – тоталитаризм приводит к поломкам на генетическом уровне и, похоже, коварнее радиации – на репродуктивных способностях родителей сказывается благоприятно, а вот их потомков косит подчистую, почти как в Библии, до седьмого колена.

Впрочем, эта теория, высказанная Вишневским и поддержанная Захаровым, еще мелочь по сравнению с открытиями «Демоскопа», в духе Лысенко переворачивающими представления биологической науки. В статье «Демография, свобода и гомосексуализм в одном флаконе» анонимный автор «Демоскопа» (а критиковать в этом издании принято анонимно) попросту испепеляет своими аргументами академика и социолога Наталью Римашевскую. Последняя сделала, казалось бы, вполне логичное и научное предположение, будто отсутствие основного инстинкта и тяги к особи противоположного пола может негативно сказаться на размножении. На свою беду – в не очень либеральной и толерантной форме: «Наши социологи и психологи, исследуя природу гомосексуализма, еще не перенесли свои выводы на демографию. Либерализм, перерастающий во вседозволенность, в этом вопросе для России смертелен».

Но что значат какие-то законы биологии в сравнении с демографическими законами Вишневского? Гомосексуализм, оказывается, рождаемости очень даже способствует, что прямо вытекает из сравнения соответствующих показателей, которые в отдельно взятой России (до последнего времени) были ниже, чем в известных своей уникальной либеральностью Нидерландах! Жили бы мы во времена товарища Сталина да отличались бы демоскопцы широтой географического кругозора, они бы наверняка заметили, что значительная часть Голландии еще и находится ниже уровня моря и тем еще более уникальна. Так дело могло бы закончиться великим переселением слабо размножающихся народов в Прикаспийскую низменность и еще страшно подумать чем.

Для расширения своего географического кругозора демоскопцам можно посоветовать исследовать не два притащенных за уши примера, а все явления в целом. Скажем, уровень рождаемость в тех странах, где однополые браки разрешены, и тех, где гомосексуализм является преступлением. Посчитать хоть медиану, хоть арифметическое, хоть взвешенное среднее. Это не политкорректно, но полезно с точки зрения научного познания. А то есть у нас смутное подозрение, что большинство российских (да и не только) мальчиков и девочек старше десяти лет в вопросах брачного поведения homo sapiens разбираются несколько глубже отдельных ведущих специалистов в этой области из Института демографии и лично товарища Вишневского. Насколько нам известно, случаи однополого размножения особей мужского пола науке вообще пока не известны. Но «"Демоскоп" знает больше», остается надеяться, что в ближайшем будущем он поведает миру, какой такой способ однополого размножения гомосексуалистов ему стал известен.

«Эксперт» в лице автора этой заметки уже давно ведет заочную демографическую полемику с Вишневским и анонимными авторами из «Демоскопа». Все началось с дискуссии о стратегии демографического развития России и эффективности стратегии массового привлечения иммигрантов, в которой мы посмели усомниться. Совсем недавно состоялся новый виток дискуссии уже о росте рождаемости в России. Мы отстаивали наличие этого явления, что, скажем прямо, было не очень сложно. По данным статистики, абсолютное число рождений в России за последние 12 лет увеличилось в полтора раза, более корректный показатель, рассчитанный с учетом возрастной структуры женского населения, указывает на тот же масштаб роста. Однако у Анатолия Вишневского и его коллег по этой теме, конечно, особое мнение, скажем так, стабильно противоположное реальности (см. Таблица 1).

Мы искренне надеялись, что Вишневский и возглавляемый им «Демоскоп» попытаются разъяснить общественности свои неординарные прогнозы и взгляды. И вот случилось! Нам и проблеме рождаемости посвятили целый иронический материал. Чуть было не прослезились; в этот раз демоскоповцы не побоялись сослаться и опубликовать критикуемый текст и даже обошлись без угроз членовредительства, что свидетельствует о явном прогрессе этого научного издания. Но перейдем от лирики к физике. Как же наш ученый аргументирует свою неординарную позицию?

Оказывается, вся проблема в том, что рождаемость в последние годы растет не только в России. «…Что нас настораживает, так это ограниченность географического кругозора эксперта, который дальше своего носа ничего не видит. Ну, повысилась рождаемость (или того, что он называет рождаемостью) в России – и всего делов то?!… А остальная Земля? И отозвалось! Почему Иван Рубанов нам об этом ничего не говорит?.. А ведь вы только посмотрите, что творится в этой Европе (график 1). Стоило начать повышаться числу рождений (теперь мы знаем, что это и есть общий показатель рождаемости) у нас, как и они – туда же!.. В Британии, судя по последним новостям, самый большой беби-бум за последние 40 лет».

Вероятно (мы только можем гадать о логике нашего оппонента), рост рождаемости в любой зарубежной стране отрицает сам факт этого роста в России, не говоря уже о его значимости. Ну да шут с ней, с логикой, займемся фактами, а точнее, расширением географического кругозора строго по рекомендации «Демоскопа». Чтобы не позволить себе субъективности, отберем все промышленно развитые страны (сокращенно ПРС, критерий – население более 15 млн человек) и прямо на сайте «Демоскопа» посмотрим, как у них менялась рождаемость за последние годы. Ах, ну да, примеры помельче, которые оказались интересны для «Демоскопа» (голубой цвет), тоже вставим до кучи (см. График 3).

Взгляд на отобранные страны позволяет заключить: по-видимому, «Демоскоп» под широтой кругозора искренне понимает умение его сужать до тех лишь аргументов, которые удобны для доказательства. Или, как говаривал товарищ Сталин (см. эпиграф), «притаскивать победу» за уши. Но, увы, и это «Демоскопу» не сильно помогает. И в абсолютном, и в относительном выражении рост рождаемости в России за последние полтора десятилетия оказывается самым значительным среди всех ПРС. С точки зрения статистики лидерство по качественному показателю страны с «большим количеством» (по населению Россия крупнейшая ПРС после США) – это явление особенно неожиданное. Хуже того, рост рождаемости в России продолжился и даже немного ускорился в последние несколько лет, особенно в нынешнем 2012 году; в то время как после финансового кризиса в подавляющем большинстве ПРС соответствующий показатель снижался или стагнировал. Собственно, на примечательной тенденции последних лет и акцентировал внимание Рубанов в своей последней заметке, но их-то в контранализе наших оппонентов почему-то не оказалось. То ли свежей информации у «Демоскопа» нет, то ли Анатолий Вишневский, как выпускник Харьковского института статистики, слишком хорошо понимает, какую статистику отбирать нужно, а какую – нет и как ее лучше подавать.

Нужным образом сузив свой и чужой кругозор в отношении данных, «Демоскопу» ничего не остается, кроме как заняться сужением мировоззрения – ведь нужны же еще и победы на идейном фронте. Похоже, самой удобной для этого изданию Вишневского показалась фраза из нашей статьи о факторах, которые могли повлиять на изменение рождаемости. «Позитивные достижения… похоже, суть следствие улучшения социально-экономической ситуации, подвижек в ценностных ориентирах и в какой-то степени активной демографической политики, которая стартовала в 2007 году». Выбор ожидаем: для Вишневского и «Демоскопа» все, что как-то не согласуется с теорией о неизбежности и необратимости депопуляции, не говоря уже об упоминании об эффекте демографической политики, – как красная тряпка. Правда, обозначенная у нас последовательность факторов и их расстановка «Демоскопу» не понравились, поэтому он предпочел их переписать, чтобы ему было поудобнее. Почему это демографическая политика у Рубанова влияет на ситуацию «в какой-то степени»? Давайте скажем «в огромной степени!» и вот это наше утверждение уже и покритикуем – ничтоже сумняся прямым текстом написали в научном издании.

Иначе говоря, давайте упоминание о росте рождаемости приравняем к ангажированности и поддержке политики российских властей, а потом поговорим «о лучах Кремля» и «прикормленных экспертах», а то главред «Демоскопа», и по совместительству автор нескольких художественных произведений, в тарелке политических обвинений чувствует себя комфортнее, чем среди научных аргументов. (Да и благодарная либеральная аудитория нам гарантирована.)

И мы бы тут даже рады согласиться с «Демоскопом». По крайней мере в том, что тенденции рождаемости (особенно положительные!) не зависят ни от ценностных ориентиров, ни от социально-экономической ситуации, ни, упаси Бог, от демографической политики. Но ведь от чего-то же они должны зависеть? По-видимому, им ничего не остается, кроме как зависеть от того, каким тоталитарно-религиозным, или либерально-демократическим, было прошлое страны, – в точности как говаривал Анатолий Вишневский (см. выше). Но вот ведь что получается. Еще в 2010 году по уровню рождаемости Россия обогнала Швейцарию и с тех пор свой отрыв уверенно наращивала. А судя по текущей величине показателя (вровень с Бельгией, Голландией, Канадой), она не только с тоталитаризмом окончательно порвала, но даже вышла в число наиболее либеральных европейских стран. Если мы на мельницу Кремля только капнули, да и то с сомнением, то Анатолий Вишневский, невольно, направляет туда весь поток демографического оптимизма. Нет… отечественные оппозиционеры такой подход не оценят.

Но как же все-таки с рождаемостью? Как это она может расти и не расти (у Вишневского) одновременно. Вкратце суть в следующем, в периоды активизации демографической политики матери могут переносить рождение детей на более ранний срок, но при этом не меняют планов относительно их числа, рожают столько, сколько задумали изначально. Подобное массовое поведение может привести к фантомному росту интенсивности рождений в отдельные годы и называется «эффектом календаря». Этот эффект разным образом просчитывается, например, его учитывают так называемые модифицированные коэффициенты рождаемости (фертильности), один из них «Демоскоп» в своем контрответе и приводит (см. График 4).

При этом «Демоскоп» дает понять, что Иван Рубанов ничего о модифицированном коэффициенте не знал и вообще ни разу в этом не разбирается, в отличие, конечно, от своих высокопрофессиональных коллег (еще бы, журналист ведь!). «Демографы не только критикуют суммарный коэффициент рождаемости, но и пытаются создать показатели, устраняющие недостатки этого коэффициента, учитывающие, в частности, и пресловутый эффект календаря… (Рубанов предпринимает) довольно смелые попытки "на пальцах" объяснить доверчивым читателям... что ему… кажется правильным. При этом он походя ставит на место демографа Захарова, который использует "скорректированный или модифицированный коэффициент фертильности". Увы, – жалуется эксперт, – он не посчитал нужным рассказать публике, как эта величина рассчитывается, почему приводится в одиночку… Между тем свои пальцы он мог бы использовать по какому-нибудь другому назначению… потому что задача не такая простая, над ее решением довольно давно бьются… многие демографы в разных странах, и об этом знает г-н Захаров, заглядывающий иной раз в базовые учебники демографии. Предложены разные показатели… Один из наиболее популярных сконструирован американцами Дж. Бонгаартсом и Г. Фини как раз для того, чтобы учитывать и очередность рождений, и средний возраст матери, но только надлежащим образом, а не так, как это делает И. Рубанов. Этот показатель, который эксперту "не удалось найти", достаточно хорошо известен профессионалам (см. График 4)».

Как и машина Вишневского, этот во всех отношениях замечательный аргумент коллег из «Демоскопа» обладает одним почти незаметным недостатком. Он подтверждает не позицию «Демоскопа», а аргументы того самого ничего не знающего Рубанова, полученный им «ненадлежащим образом» результат. Из графика следует, что уточненная с учетом эффекта календаря рождаемость в России не ниже, а даже выше текущих «классических» показателей, а ее прирост в последние годы идет еще быстрее – матери у нас откладывают рождения на более поздний возраст, из-за чего текущие показатели «разреживаются». «Демоскопу» сложно опровергнуть очевидное. Поэтому, как говорят в таких ситуациях, он пытается сделать «морду кирпичом» и с невозмутимостью заявляет: «Возможного роста этого (синенькая кривая) показателя в его классическом виде никто и никогда не отрицал, так что непонятно, кому он (Рубанов) доказывает свою правоту». Увы, тем самым авторитетное издание сажает себя и свое начальство в лужу, если не во что-то погуще. Попытаемся еще раз объяснить почему, на уровне пятого класса – чтобы было понятно даже «Демоскопу».

Есть в России такой дядечка Анатолий Вишневский – Известный Демограф и главный редактор самого «Демоскопа». Этот дядечка не так давно говорил про Россию вот такую фразу: «Скопление рождений в послекризисные годы создает впечатление роста, но на самом деле детей больше не становится, они просто рождаются в другие сроки». А еще вот такую: «…предпринималось немало попыток остановить падение рождаемости, добиться ее повышения, однако если результаты таких попыток и были, то очень скромные и временные… Пока преобладает общая тенденция к понижению, и никаких признаков более или менее устойчивого роста рождаемости нигде нет…» На рисуночке №4 с циферками, который называется графиком, есть разноцветные линии, которые называются кривыми. Первая синенькая, которая нравится «Демоскопу» меньше (классический показатель рождаемости), свидетельствует, что с точки зрения «Демоскопа» второе утверждение его главного редактора неверно, а первое утверждение верно с точностью до наоборот – то есть неверно совсем-совсем. Вторая, которая нравится «Демоскопу» больше (модифицированный показатель рождаемости), тоже свидетельствует об ошибочности обеих теорий, но только еще отчетливее и ярче. Мы, конечно, рады, что «Демоскоп» с таким энтузиазмом подтверждает нашу правоту, но вместе с тем теряемся в догадках, то ли там настолько плохо знают труды своего руководителя, то ли кто-то там всерьез страдает раздвоением личности… Впрочем, есть у этого издания проблемы и посерьезнее.

Текст стороннего автора в кавычечках называется цитатой, а указание места, откуда он взят, называется ссылочкой (библиографической или гиперактивной, как у нас). Цитаты и ссылочки – это одна из ключевых составляющих научной статьи и дискуссии. Анонимные колумнисты из «Демоскопа» регулярно «побивают» своих оппонентов в своей юмористическо-дискуссионной рубрике журнала «Что мы знаем о лисе». Но, увы, при этом ссылочки и цитаты они не жалуют, а зачастую предпочитают бороться с своими собственными фантазиями, приписывая их своим оппонентам. Если они научатся читать научные тексты и пользоваться ссылочками, то их познаниям и аргументации светит серьезный рывок. В качестве домашнего задания посоветуем «Демоскопу» отыскать место, где Рубанов подробно говорит о проблеме возрастной структуры населения, которую по версии «Демоскопа» «он аккуратно обошел стороной», а пока покажем, как ссылочки работают в нашем случае.

Оправдываясь, Рубанов, конечно, мог бы сказать, что «Демоскоп» его зря упрекает в незнании демографических основ. Дескать, о модифицированных показателях рождаемости он слышал и без подсказки «Демоскопа», соответствующие статьи прочел еще до подготовки своего материала, но там увидел вовсе не то же, что Вишневский и его коллеги по идейной борьбе. Ну да кто ж ему, пусть и с ученой степенью, но все одно журналюге, поверит? Кто поверит, что молчал он только из заботы о ментальном здоровье и моральном облике своих оппонентов? Но раз они так просят – то пожалуйста!

Есть у нас, некоторых журналюг, вредная привычка что свои, что чужие мысли не только записывать, но и перечитывать. Тот же Рубанов с чистой совестью может напомнить, что о модифицированном показателе рождаемости он писал еще пять с половиной лет назад, в статье «Не дадим себя похоронить», в последнем предложении 7-го абзаца главки «Депопуляции можно избежать». Именно этот показатель, а точнее, рассчитанные на его основе венскими демографами (на которые ссылается «Демоскоп») данные о рождаемости в Европе опровергают одну из аксиом главного редактора нашего любимого издания. Вишневский, не иначе как благодаря своему специфическому кругозору, утверждал, дескать, «рождаемость не обеспечивает простого возобновления поколений ни в одной из развитых стран». Упомянутую статью в глубокопрофессиональном и глубоконаучном издании читали, ее критике посвятили аж серию гневных материалов и даже предложили за нее «дать какой-нибудь свой член на отсечение». Соответственно, ссылочки позволяют нам сделать такой вывод: то ли профессионалы из «Демоскопа» плохо знакомятся с аргументами оппонентов, то ли они предпочитают их игнорировать как неудобные. Эта избирательная слепота даже забавна, а вот другой примерчик – уже нет.

К написанию материала о росте рождаемости и новому витку публичной дискуссии нас подвигло публичное выступление упомянутого Сергея Захарова (коллега и подчиненный Вишневского), который, как нам сообщили выше, денно и нощно трудится над анализом и совершенствованием показателей рождаемости. Его собственные и коллег по цеху взгляды на проблему рождаемости, а также ее поощрения он изложил в ходе диспута «Какая демографическая политика нам нужна?» на экономическом факультете МГУ им. Ломоносова 20 сентября 2012 года в полседьмого вечера с сотней профессиональных слушателей. Свое выступление Захаров посвятил иллюстрации бесполезности и идиотичности отечественной политики по повышению рождаемости. В середине доклада профессиональный демограф привел главный аргумент – «голубенькую линию» на графике своей презентации, которая означала все тот же злосчастный модифицированный показатель рождаемости (adj TFR). У Захарова эта кривая вела себя, по меркам свежего «Демоскопа», подозрительно и странно. Она на «хорошо известную профессионалам» и лично Захарову аналогичную кривую, рассчитанную для России по методу «авторитетного» Бонгаартса и Фини, не то что не была похожа, но даже сначала круто падала, а затем плавно загибалась у самого дна. И мы бы еще могли заставить себя не верить своим глазам или предположить, что Захаров рассчитал свой специальный показатель, имеющий не менее специальную сущность и значение. Но вот ведь и выводы он из своего материала делает противоположные. На 30-й секунде 13-й минуты своего доклада он еще и соответствующими выводами в аудиоформате и стиле Вишневского дополнил: «Я берусь утверждать, что в 90-е годы, по крайней мере с 1994 года, уровень рождаемости в России не меняется, он постоянный». Ау? Институт демографии? «Демоскоп»? Захаров и Вишневский? Все-таки рождаемость в России реально растет или нет? Эффект календаря у нас таки положительный или отрицательный? Вы хотя бы между собой договориться можете?

Нам по наивности казалось, что одним из критериев научного знания и опыта является его повторяемость и верифицируемость, однако и во второй раз нам почему-то отказали в возможности ознакомиться с оригинальной методикой оценки рождаемости от Захарова. Мы, конечно, ни в коем случае не обвиняем сотрудников «Демоскопа» в манипуляции данными или их тенденциозном представлении, хотя, как оказывается, они могут не моргнув глазом презентовать и отстаивать едва ли не противоположные научные тезисы. Но в этой ситуации единственное, что нам остается предположить: авторы «Демоскопа» (Захаров в их числе), по-видимому, научились модифицировать модифицированные показатели и делать из них разные выводы в зависимости от положений доклада и конкретной аудитории.

Нас, конечно, умиляет самоотверженность и бесстрашие, с которыми Вишневский, Захаров и колумнисты «Демоскопа» генерируют взаимоотрицающие и уничтожающие друг друга аргументы. Однако мы все еще пытаемся отыскать остатки логики в темных закоулках их сознания, мы просто просим… Нет, мы даже умоляем наконец пояснить, на какого Вишневского / Захарова / демоскопца нам необходимо ориентироваться – тридцати-, пяти-, трехлетней давности, или, может, надо где-то брать новейшую проапгрейженную версию? У них вообще какой период полураспада? А может, стоит просто определиться со своей (научной) ориентацией – в конце концов оно полезно и для страны, и для душевного благополучия.


[1] Шноль С.Э. Герои и злодеи российской науки. М., 1997. 464 с.

[2] РИА «Новости» от 2 октября 2012 г.

Прогнозы от Анатолия Вишневского: с точностью до наоборот

Динамика рождаемости в европейских странах с «тоталитарным» (красно-коричневая гамма) и либеральным прошлым (зеленый)
Изменение числа рождений в некоторых странах в 1990-2010 годах(1990 = 100%)
Изменение рождаемости в промышленно развитых странах
Коэффициент суммарной рождаемости, скорректированный с учетом изменений календаря по методу Бонгаартса-Фини

У партнеров




    О подходах к цифровой трансформации металлургических предприятий

    Курс на цифровизацию металлургических предприятий сохранится и в 2020 году. Такие лидеры отрасли, как «Норникель», «ММК», «НЛМК», «Северсталь», «Евраз» уже начали реализовывать инвестиционную программу и делать конкретные шаги к цифровому будущему

    «Норникель»: впереди десять лет экологической ответственности

    Компания впервые представила беспрецедентную стратегию на десять лет, уделив в ней особое внимание экологии и устойчивому развитию

    Мы хотим быть доступными для наших покупателей

    «Камский кабель» запустил франшизу розничных магазинов кабельно-проводниковой и электротехнической продукции

    «Ни один банк не знает лучше нас, как работать с АПК»

    «На текущий момент АПК демонстрирует рентабельность по EBITDA двадцать процентов и выше — например, производство мяса бройлеров дает двадцать процентов, а в растениеводстве и свиноводстве производители получают около тридцати процентов», — говорит первый заместитель председателя правления Россельхозбанка (РСХБ) Ирина Жачкина
    Новости партнеров

    Tоп

    1. Курс доллара: следующая неделя может стать самой важной в этом году
      Инвесторов тревожит состояние торговли и намеки на слабость американской экономики. Результат – ослабление американской валюты и худшая с октября неделя.
    2. Может статься, России не нужен газовый контракт с Украиной
      В прогнозе о заключении соглашения с Украиной премьер-министр Дмитрий Медведев сослался на Ильфа и Петрова
    3. Курс евро сильно удивит
      Единая европейская валюта может удивить высокими темпами восстановления в следующем году.
    Реклама