Инновации и оборонка

Фото: Эксперт

По мотивам обсуждений
на 1-й Енисейской венчурной ярмарке

 

На конференциях и в публикациях который год твержу, что без военного заказа, без оборонных исследований и разработок (НИОКР) не было бы никакой Кремниевой долины и венчурно-инновационного капитализма, как двигателя инноваций, в известном нам ныне виде. На основании чего заключаю, что и России, с ее запущенной на четверть века болезнью острого недофинансирования военно-промышленного комплекса, не совершить подлинного рывка в венчурном деле и инновациях, если срочно не начать интенсивно вливать государственные средства в оборонные НИОКР. Наше отставание на общем фронте инноваций, имея в виду в первую голову инновации гражданские, продолжит усугубляться, если задача возрождения оборонно-промышленного комплекса не будет успешно решена. По той простой причине, что деревья без корней сохнут, а оборонные исследования и есть такой корень, по которому идут в ствол и ветви живительные соки: финансовые, научные, инженерные, кадровые, патентные….

Весьма нередко на такое рассуждение получаю в ответ, причем от  людей весьма сведущих, что действительно раньше так и было: венчурная индустрия США взрастала на ответвлениях от оборонных НИОКР и военных заказов. Но теперь, спустя более чем полвека,  дело уже совершенно иное. Ныне сектор инноваций встал на собственные коммерческие «ноги»,  его питает преимущественно спрос со стороны массового потребителя. (Сразу называют как примеры компьютеры, мобильные телефоны, электромобили и даже космические корабли.) И делают вывод, отличающийся от моего: что пуповина между оборонкой и инновациями если и не отсохла совсем, то перестала иметь определяющее для этого сектора инноваций значение.

Зависит или не зависит инновационный сектор от чего-то, в умозрении определить несложно: всего лишь представить, что произойдет, если это «что-то» исчезнет (подобный способ рассуждения в науке называют отвлечением, или абстрагированием). Однако на практике получается иное: одни полагают, будто без оборонных НИОКР дела рано или поздно заглохнут и сектор станет прозябать, а другие уверены, что он продолжит процветать независимо и самостоятельно. Решить спор месте и значении оборонных НИОКР и вообще производства военной техники в становлении, развитии и воспроизводстве инновационно-венчурного сектора способно одно только полноценное научное исследование соответствующих стран и секторов — такого исследования пока не видел. Однако существует несколько априорных соображений, относящихся как к предмету «вообще», так и к России в особенности, заслуживающих внимания.

Общие соображения связаны с принципиальным отличием военного сектора экономики от гражданского: его некоммерческим характером. В оборонном секторе совершенно иной подход к срокам окупаемости, к прибыльности, и к оценке технического уровня изделий (оружия). Разработчик получает внешнее, бюджетное  финансирование на свои разработки, а не инвестирует собственные средства — поэтому вопрос о сроках, столь  значимый для любого инвестиционного проекта, в экономическом смысле не стоит. Поскольку разработки бесплатны для бизнеса, они не несут для него риска потерь в случае неуспеха: в худшем случае не будет получена ожидаемая прибыль.

При этом на венчурное инновационное предприятие, коммерциализирующее то или иное ответвление от оборонных НИОКР, падает только малая часть полных расходов и рисков по разработке нового изделия или технологии. В коммерческий оборот направляются гражданские изделия, львиная доля расходов на изучение и разработку которых уже понесена государством (военным бюджетом) в собственно оружейных НИОКР. Именно в этом заключен один из секретов повышенной прибыльности венчурных инвестиций.

Качества вооружений не оптимизируют, с оглядкой на затраты, подобно изделиям для массового потребителя (точнее, уровень требований качественно иной). Оборонные НИОКР всегда нацелены на наилучший возможный итог: характеристики оружия должны быть наивысшими, безотносительно к затратам. Такой бескомпромиссный некоммерческий подход к НИОКР приносит свои результаты, нередко приводя к прорывным техническим решениям.

Помимо самих НИОКР, оборонные заказы создают значительную часть сферы/отрасли науки и разработок, и огромный рынок занятости для ученых и инженеров, благодаря чему создаётся их «критическая масса» в обществе, без которой серьезный научно-технический прогресс просто невозможен.

Соглашусь с оппонентами, что в США и других странах с рыночной экономикой гражданский сектор экономики постепенно начал играть куда большую роль в научно-техническом развитии, чем ранее (само по себе это не равносильно самодостаточности). В России, однако, получилось ровно наоборот: оказавшись на вольных хлебах свободного рынка, наши предприятия из машиностроения, электроники и т.п. — что военные, что гражданские — в целом оказались неспособны к конкуренции с импортом, не говоря уже о борьбе за мировые рынки, и утратили даже те способности к НИОКР, которые имели в советское время.

Неудивительно: в советское время коммерциализации оборонных НИОКР почти не было (тогда говорили — конверсия). Во-первых, потому, что и в гражданском секторе царила плановая монополия, защищавшая производителя от рисков конкуренции. Во-вторых, потому, что правила секретности были доведены до полного бюрократического абсурда, и их преодоление — то есть передача технологий от предприятий «девятки» в гражданские министерства — было маловероятно. (В этом одна из причин, почему производство инновационных товаров народного потребления развивалось на тех же оборонных предприятиях.) Впрочем, гражданский сектор экономики и не смог бы воспринять прорывные технологии: не имел ни оборудования, ни кадров. Все, что могло, советское государство отдавало оборонке. Не существовало, из-за идеологически мотивированных запретов, и малого инновационного предпринимательства, кормящегося вокруг передовых крупных объединений. Соответственно, наши разработчики просто не имели понятия о рынке, конкуренции и прочем в этом роде — а государство их в самый сложный переходный момент отказалось поддерживать.

Усилия правительства на протяжении уже семи лет привели к некоторому сдвигу: в России зародилось венчурное сообщество. Однако инвесторы немедленно столкнулись с тем, что крайне недостаточно инвестиционных возможностей (проектов). Поначалу пытались лечить эту болезнь созданием инвестиционных фондов все более ранних стадий. Но, по совести, всем на рынке понятно, что дело в многолетнем недостатке финансирования естественного и инженерного образования, науки и техники. И в первую очередь — оборонных разработок, откуда могли бы пойти в гражданский рынок инновационные изделия и технологии, пригодные для венчурных инвестиций.

Проблемой остается вопрос передачи оборонных или связанных с ними технологий и изделий в гражданский сектор. Для исполнителя, военной промышленности, и для заказчика, военных, возможность повышения экономической эффективности военных расходов путем гражданского использования технологий двойного назначения не имеет значения: их цели, как и показатели работы, совершенно иные. Для экономики в целом и для венчурного капитала — это вопрос и выживания, и процветания. Как сомкнуть столь различные экономические интересы — нетривиальная задача для экономистов из правительства, РВК, Роснано, ВЭБа.

Наряду с экономическими интересами, существуют и другие барьеры для передачи технологий. Во-первых, навязший уже на зубах вопрос об использовании государственной интеллектуальной собственности. Присутствует и измерение «безопасности»: шум вокруг немалого числа дел о научно-техническом шпионаже, независимо от их справедливости, отбивает охоту к коммерциализации  оборонных НИОКР. Если эти барьеры не разрушить, ожидать развития венчурного инвестирования в отрасли высоких технологий, за вычетом ИТ и Интернета, в России не придется, даже если расходы на оборонные НИОКР удесятерятся.

У партнеров




    Коллектив «Полюса» заработал благодарность президента

    Коллектив компании ПАО «Полюс» получил благодарность президента России Владимира Путина за заслуги в развитии золотодобывающей отрасли и высокие производственные показатели. «Полюс», крупнейший золотодобытчик в России и один из десяти крупнейших в мире, последовательно наращивает объем производства

    Одно из направлений в искусстве

    7-9 ноября впервые состоится Международная форум в области дизайна и архитектуры «Best for Life», который пройдет в Италии. В рамках форума организована премия «Best For Life Award» в области промышленного и цифрового дизайна, архитектуры и визуальных коммуникаций

    Открой #Моспром

    Москвичи и гости столицы стали участниками проекта «Открой#Моспром» и своими глазами увидели работу московских промышленных предприятий. Они посетили крупнейшую в Европе фабрику мороженого «Баскин Роббинс», завод известного на весь мир производителя напитков — Coca-Cola HBC Россия и многие другие точки на карте высокотехнологичной промышленности столицы

    Меньше серы, больше «цифры»

    «Норильский никель» ведет масштабную модернизацию производства, призванную существенно сократить негативное влияние на окружающую среду, и готовит к выпуску новый продукт для инвесторов — токены на металлы

    Маркировка товаров: что делать и чего ожидать бизнесу

    с 1 июля стала обязательной маркировка табака, в декабре 2019 года добавят еще четыре товарные группы. Штраф за нарушение закона о маркировке будет достигать 300 тысяч рублей
    Новости партнеров

    Tоп

    1. «Буревестник» отправят на доработку
      Авария на испытаниях новой российской крылатой ракеты неограниченной дальности ясно показала, что это оружие требует целой серии дополнительных испытаний двигательных установок, которые должны слаженно работать на всех режимах полета, в том числе при сложных маневрах, которые это изделие совершает для преодоления систем ПВО и ПРО
    2. Инвесторы разлюбили сланцевиков
      Несмотря на то, что сланцевые компании добывают рекордные объемы нефти и газа, им все труднее находить инвесторов, готовых вкладывать в них деньги.
    3. Китай может использовать иранскую нефть как оружие в торговой войне против США
      Пекин может сделать нефтяные рынки значительно более волатильными, если решит не снижать закупки иранской нефти и дальше, а увеличит их, чтобы навредить США
    Реклама