День седьмого ноября – ничего календаря!

7 ноября 2013, 00:07

Так и тянет посмотреть в свое окно. Поздняя осень с оранжево-багряным листопадом. Все на улице красно! В смысле красиво! Кумачовых стягов не увидать, разве что специально ради них сходить на митинг КПРФ.

Фото: AP
Почему день Великой октябрьской революции давно перестал быть праздником

День Великой октябрьской социалистической революции перестал быть праздником уже давно. Выросло целое поколение, которое не ходило на ноябрьские демонстрации, не смотрело парад на Красной площади и уж тем более не принималось в октябрята в этот торжественный день. Для них все эти вещи успешно заменили собой тыквы со свечками, костюмчики вампиров, валентинки и прочие милые романтические безделушки.


Новое поколение не ходит на парады и не повязывает галстук – оно, в крайнем случае, ходит на митинг, как на праздник, а в худшем – вяжет вместо галстука платок на пол-лица и идет скандировать похабные кричалки на очередной марш. Большинство же просто утыкается в ноутбук, поглощенное очередным занимательным постом в паблике, или зависает перед телевизором, взирая на трагические перипетии жизни «Дома-2».


«Беспарадное поколение» оказалось поколением «бездуховным», именно ему срочно нужны какие-то скрепы и степлеры, чтобы судорожно ощутить свою хоть малейшую сопричастность со страной, в которой родились.


Замена и отмена праздников вовсе не причина всем этому. Вполне логично, что победивший новый режим отменяет празднование прежней победы режима побежденного. Только вот с созданием собственных смыслов как-то не получается. Ну совсем! Ни День России, ни День Конституции ничего трепетного внутри российских граждан не вызывают.
День же народного единства вообще получился каким-то недоразумением в квадрате. Мало того что он «сильно» укрепляет российско–польскую дружбу, так еще и к историческим событиям Смуты имеет весьма отдаленное отношение. Ничего значимого самого 4 ноября в 1612 году не произошло. Москву войска Минина и Пожарского захватили 1 ноября, а поляков из Кремля выгнали лишь шестого числа. Причем тут четвертое? Да и сама Смута длилась еще минимум до 1613 года, когда избрали на царство Михаила Романова. Вот и нечего удивляться, что название праздника знают менее половины жителей страны, а отмечать собирается всего 15%.


7 ноября с точки зрения исторической справедливости тоже был странным праздником. Конечно, никакой революцией он не являлся, а был лишь государственным вооруженным переворотом. Кстати, первым с XVIII века, который устраивала не гвардия. Гвардии просто уже не было, чтобы оказаться не по одну, так по другую сторону баррикад. Но логично, что победители создали вокруг собственного беззакония величественный миф. Миф, которому можно все простить за один парад в заснеженной Москве 1941 года.
Вслед за 7 ноября стремительно стираются из городского пространства другие символы советской эпохи. Грустными бессмыслицами в маленьких городах смотрят на прохожих надписи «Слава КПСС», прочитав которые дети спрашивают своих родителей, которые уже из этого, «беспарадного поколения»: «А кто такой этот мальчик Слава?» Беда не в уходе компартии, а в том, что даже заклеить эти буквы нечем. Просто нечем гордиться в этих маленьких городах. Лица на доске почета у мэрии поменялись – достойные люди еще есть. А вот новых ценностей не появилось.


Тем, кто ходил на демонстрации, не нужно было искать духовные скрепы. Как-то все скреплялось само собой. Тяжело, противоречиво, но срасталось. Может, потому, почти две трети жителей страны видят больше хорошего и позитивного в советском прошлом. Не значит, что туда хочется вернуться. Значит, хочется увидеть смысл в настоящем. А пока же детки про старый праздник, как и про большинство из 365 дней в году, могут торжественно декламировать стишок: «День седьмого ноября – ничего календаря!»