Теракты в Европе и в мире ведут к одной цели

Михаил Рогожников
главный редактор Expert.ru
22 марта 2016, 15:20

Теракты 22 марта в Брюсселе не дань моде на терроризм, не просто вероятный  ответ на задержание преступника и вообще не частность. Первые ощущения зачастую самые верные. Когда 11 сентября 2001 года террористы врезались на гражданских самолетах в башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, основные комментарии были про то, что началась некая новая, неведомая ранее война. И по масштабу, очевидно, мировая. Третья, или Четвертая, если считать за “третью” Холодную войну. Было понятно, что одна из воюющих сторон это Америка. Она выглядела тогда в глазах большинства жителей развитых стран жертвой, и только. Как бы то ни было, американский ответ превзошел все ожидания по масштабу и по методу. Он стал, как теперь принято говорить, не пропорциональным. 

Второй стороной в начавшейся неведомой войне поочередно назначали Афганистан, Ирак, а позже, то есть сейчас, и весь Ближний Восток. Это была как будто война с террором, о котором говорили, что он противник необычный, "сетевой". Но бить стали традиционно, по странам. Терроризм же только разрастался. Страшные его удары пришлись по нам - помните чудовищный 2004-й год, или взрывы в Московском метро в 2010-м, в Домодедово в 2011-м, в Волгограде - в 2013-м годах, и очень много других.

США ведут свою войну по всему миру, не только подавляя, но и порождая угрозы. Им не впервой воевать и в Европе, причем там - особенно успешно. Америка больше не была жертвой после 2001 года. А война, так и не названная, идет.

Награждая на минувшей неделе в Кремле участников сирийской операции и поминая погибших, президент вновь обмолвился о том, что данная операция была своего рода учениями. И проведена она была за деньги из бюджета Минобороны "на учения". Российская армия в целом интенсифицировала учебу с 2000-го года. И это, очевидно, была вершина боевой подготовки. Теперь можно собственно воевать.Против кого же?

После Второй мировой войны, как известно, две страны начали выстраивать свою политику как стратегию противостояния - мы и американцы. Мы в итоге то ли проиграли, то ли “выскочили”, на самом деле и то, и то. Выход стоил нам огромных экономических потерь. Но - выжили, хотя стагнация продолжается, сменяясь не очень долгими вспышками деловой активности. Вся промышленная модель СССР была построена на военной основе. А это означает не просто большой ВПК.

Такая промышленность должна рано или поздно себя окупить. Любые военные приготовления делаются именно для этого. Готовитесь ли вы к нападению, к оброне, но если опасность велика и на ее преодоление брошено много средств, вернуть их можно только одним способом - войной. Иначе страна рискует просто исчезнуть.

Сложные построения насчет особенностей современной экономики, которая умеет зарабатывать на военных расходах, тут не при чем. Да, умеет. Но пусть это не уводит от сути дела, подсказываемой простым здравым смыслом. Сейчас все так же, как и в Средневековье: если вы крупно потратились на фортификацию, доспехи для войска, пушки, порох - а не на возделывание земли и мирную торговлю, то вернуть траты можно, только победив кого-то и взяв большую добычу (контрибуцию). Госрасходы порождают госдолг, долг этот надо чем-то погашать, и если траты были сделаны на вооружение, оно должно где-то начать стрелять с выгодой для страны. Или - произвести эффект устрашения, то есть победить, не стреляя.

Мы свои госрасходы на военные цели никакой добычей не возместили. А США именно это и сделали. Победив СССР, они получили, как постепенно раскрывается, за бесценок едва ли не весь тот гигантский стратегический запас сырья и материалов, который наша страна копила десятки послевоенных лет, отказывая себе во многом. Уже достаточно хорошо известно, насколько масштабной была работа нашей промышленности на склад, на случай войны. На эти запасы рассчитывало ГКЧП. Вышло по-другому.

Кто помнит сотни бирж, возникших в одночасье и через несколько лет так же быстро сгинувших, тот помнит, через какую торговую инфраструктуру победивший Запад получил свою контрибуцию. Но не прямо военым путем, а чисто рыночно, недаром так истово строили тогда не промышленный капитализм, а "рыночную экономику".

США в то время сократили было свой военный бюджет, но затем вновь нарастили. Как видно из недавних признаний тамошних экс-официальных лиц, ВПК сделался в течение XX века таким мощным драйвером экономического движения, которому не удалось найти замену. Но войны, начатые в интересах этого ВПК, не принесли достаточной прибыли.

Не удалось взять под контроль мировой рынок нефти, ради чего, по многим свидетельствам, американцы входили на Ближний Восток. Ни добычу, ни транспорт углеводородов могущественные США здесь не контролируют. Бывший СССР тоже не продолжил разваливаться на все более мелкие куски, с которых можно было бы получить то, что еще осталось, а осталось конечно много, все-таки больше, чем уплыло в перестройку. Остались недра, национальная промышленность, угодья, территория. Рынок очень сильно деформирован импортом, но не в пользу Америки. Да, элементы внешнего влияния на экономику позволяют “качать” прибыль с нашего, настроенного на иностранного игрока финансового рынка, но эта рента не идет в сравнение с военными расходами Америки, которые превышают военные расходы всех стран мира вместе взятых.

Можно задаться теоретическим вопросом, могли ли США произвести в 90-е годы глубокую конверсию, или просто вывод в утиль мощностей по производству вооружений. В годы, когда мы так ослабли, а Китай еще никто не называл не то, что военным, а и экономическим гигантом. Как бы то ни было, они пошли по другому пути.

Как у страны, которая готовится к большой войне, у американцев есть лишь две достойные, а главное окупаемые цели - Россия и Китай. Собственно, их они в последнее время и называют почти открыто, завуалированно именуя не целями, а "опасностями" и “угрозами”, которые якобы исходят для них от этих стран. Причем нас называют первыми.

Но с Китая "взять" по-крупному не так легко. Природа там довольно бедная, огромное население и так работает на американский рынок, управлять им иностранцы не смогут. Завоевать с пользой для себя не получится.

Иное дело с русскими. Нет, нас тоже не завоюешь. Вообще, любые (непосредственные) зачинатели мировых войн в Новое время заканчивали поражением. Но рационально обосновать попытку завоевания России несоменнно можно. Вначале в администрации, потом в разведсообществе США, которое стало после 11 сентября огромным и влиятельным, а затем и в конгрессе. Планы такие у Пентагона были с 40-х годов, за истечением срока секретности они постепенно обнародуются официально.

Все “танцы” американской мягкой и жесткой силы, все эти игры вокруг нас - Югославия, Афган, Ирак, Сирия, Украина - ближе и ближе в общем, закончатся рано или поздно спровоцированным Америкой военным столкновением между нами, проще говоря ее нападением на Россию. Но это отдельная, большая и сложная тема. А теракты в Европе, это реакция на абсолютно искусственно созданное американцами напряжение во всем Средиземноморье и к северо-востоку от него. Созданное после того, как Израиль в силу тех или иных причин перестал быть автоматическим генератором напряженности в этом регионе.

А пока с нами идет война экономическая, перешедшая в открытую фазу пару лет назад (прежде так было во времена СССР и закончилось с его крахом). Насколько адекватно мы отвечаем, сказать трудно, так как логика будущей войны может диктовать политическому руководству иные подходы, нежели если бы задумывалось мирное строительство. Можно взглянуть на экономическую политику и с этой точки зрения. Но и при таком взляде она не может не стать более интенсивной в ближайшее время.