Ценам возвращают рыночное регулирование

Анна Королева
корреспондент Expert.ru
14 мая 2021, 13:19

Росстат отчитался о росте цен на плодоовощную продукцию. Однако власти не намерены продолжать директивно регулировать ситуацию.

Коллаж: Тамара Ларина

Согласно данным Федерального агентства государственной статистики (Росстат), с начала года к 11 мая 2021 года картофель в стране подорожал на 46,4%, капуста — на 32,1%, лук — на 26,7%. Морковь за этот же период стала дороже на 51,3%, помидоры — на 6,5%, яблоки — на 6,7%. Но этот рост, судя по всему, сдерживаться не будет — по крайней мере, его не станут регулировать директивными мерами, как это было сделано ранее с ценами на сахар и подсолнечное масло.

Соглашения о стабилизации цен на сахар, которые истекают 1 июня, продлевать не планируется, заявил глава Минэкономразвития Максим Решетников. Изначально, напоминает «Прайм», они были заключены на срок до 1 апреля 2021 года, но позже продлены: для сахара — до 1 июня, для масла — до 1 октября. При этом, по данным того же Росстата, эти продукты продолжают плавно дорожать: сахар, к примеру, подорожал с начала года к 11 мая на 1,7%.

Что же касается плодоовощной продукции, то только за неделю с 5 по 11 мая цены на нее выросли в среднем на 0,9%. Капуста белокочанная подорожала на 4,9%, картофель — на 2,9%, лук репчатый — на 2,5%, морковь — на 2,2%, огурцы — на 1,9%. Цены на помидоры снизились на 0,6%, на яблоки — на 0,2%.

Командные методы регулирования цен бесперспективны

Цены играют завершающую и ключевую роль во всем механизме создания стоимости товаров, включая заключенную в них прибавочную стоимость, поясняет преподаватель кафедры финансовых дисциплин Высшей школы управления финансами Анатолий Гожий. Вся структура внутрихозяйственных связей построена на денежной оценке перемещаемых товаров и услуг — как по горизонтали, так и по вертикали.

Поставщики и обслуживающие организации, с одной стороны, и интегрированные в единую последовательность сугубо внутрифирменные производственные издержки представляют собой сложное переплетение ценового взаимодействия. Нарушение принципов стоимостной оценки в любом из звеньев этой органичной структуры может привести к существенной деформации внутрихозяйственных связей — с ценовыми перекосами, перебоями в поставках и конечным дефицитом, предупреждает эксперт.

Сужение или расширение потребительского проса в зависимости от цифр на магазинных ценниках — вот основной источник информации для всех контрагентов экономических отношений, убежден Гожий. Он дает представление об общественной оценке производимых товаров — как с точки зрения оценки их количества и качества, так и в отношении обоснованности затрат на производство той или иной продукции.

Бесперебойность и эффективность работы всего рыночного механизма базируется на единстве принципов ценообразования на произведенные товары. Любая попытка изменить алгоритм стоимостной оценки в каком-то отдельно взятом звене неизбежно порождает ответную реакцию игроков рынка, настаивает эксперт. Яркий пример: договоренности правительства с производителями и продавцами относительно цен на базовые продукты питания неизбежно вызвали к жизни попытки бизнеса компенсировать не только текущие, но и потенциальные потери от вводимых ограничений, проявившиеся в росте цен на группы товаров, не попавшие в контролируемый список.

Неизбежная отмена ограничительных мер не сразу, но со временем приведет к компенсационному росту ценников и на ту продукцию, которая ранее находилась под пристальным вниманием регулирующих органов, уверен Гожий. Так называемая социальная ответственность бизнеса естественным образом ограничена сотрудниками предприятия и акционерами или участниками общества, говорит он. А все дополнительные нагрузки на предпринимателей (будь то ценовые ограничения или экспортное эмбарго), призванные ослабить негативное влияние рыночных флуктуаций на массового потребителя, помимо своего сугубо локального общехозяйственного эффекта напрямую сказываются на финансовом положении сотрудников предприятий, опять-таки тем самым негативно влияя на социальную сферу.

Скрытое под формальной договоренностью с бизнесом, а по сути, командное формирование цен могло бы иметь перспективы при условии создания единой оптимальной системы ценообразования во всем многообразии хозяйственных связей. Однако, в рамках существующих реалий это невозможно и ведет лишь усугублению ситуации на потребительском тынке, считает эксперт.

Реальными рыночными рычагами воздействия на процесс создании рыночной стоимости товаров являются компенсации и экспортные пошлины, продолжает он. Все, что лежит за пределами этих инструментов, переводит экономику в плоскость директив и администрирования. В системе развитого рыночного хозяйства эффективное влияние государства на механизм ценообразования возможно лишь в сочетании широкого применения фискальных мер по отношению к вывозу продукции за рубеж, с обязательным применением демпферного механизма.

То, что основным движущим мотивом развития в условиях рыночной экономики выступает погоня за прибылью, — аксиома, уверен Гожий. Все, что мешает этому процессу, неизбежно приводит к сдерживанию частной деловой активности. Сбалансированная же ценовая динамика, в условиях сформировавшихся товарно-денежных отношений, возможна только на основе неконтролируемого, свободного ценообразования при ограниченном и заранее предсказуемом участии регуляторных органов в этом процессе, в сочетании с развитым компенсационным механизмом государственных социальных гарантий.

Ценовая политика — на правильном пути

Когда ситуация со скачками цен на сахар и подсолнечное масло стала экстренной, надо было просто остановить непрекращающийся рост ценников. Государство использовало спешно заключённые договорённости по потолкам стоимости просто для того, чтобы выиграть время, считает шеф-аналитик TeleTrade Пётр Пушкарёв. Но долгосрочно эта история действовать не способна, поскольку не обеспечивает производителям даже минимального уровня фактической рентабельности и никак не устраняет корни возникших проблем.

За время действия соглашений в правительстве разработали систему более здоровых и эффективных мер, которые обращаются уже непосредственно к первопричине, говорит эксперт. Потолки отменят, но параллельно введены субсидии, способные реально компенсировать производителям их возросшие издержки. И это, наконец-то, не косметические меры, а длительно действующие экономические методы урегулирования ситуации: целевые льготные кредиты по ставке от 1% до 5% на закупку сахарной свёклы производителям сахара, демпферные алгоритмы с компенсацией издержек по семенам подсолнечника и стоимости их переработки в готовое масло для внутрироссийского сегмента рынка. Мукомольной промышленности возмещают часть затрат на закупку пшеницы, согласно их конкретным отчётам по расходной части, а хлебопёкам — на транспортировку и реализации хлеба. Однако, учитывая особое положение этого продукта в рационе жителей страны, по хлебу пока на всякий случай сохраняют условием субсидий неповышение цены. То есть, обе меры — и потолки, и субсидии — здесь работают в комплексе.

Перемены в методах обеспечения ценовой политики — это правильно, убежден Пушкарев. Основанием для роста цен были не прихоти аграриев, а копившаяся годами закредитованность отрасли под ранее завышенные ставки процента, рост издержек на лизинг оборудования, закупку удобрений, аренду складов и транспортировку. Аналогичная ситуация на самом деле складывается по картофелю, корнеплодам и другим овощам — здесь мы имеем дело с комбинацией сезонного роста цен и желания сельхозпроизводителей в этой ситуации тоже иметь более высокую рентабельность. В конце концов, они тоже не воздухом питаются и не могут есть только собственную картошку или помидоры, напоминает эксперт. Как и все мы, они вынуждены покупать другие продукты, бытовую или производственную технику для своих нужд задорого. И им для этого нужны деньги, а не обещания. Сезонные скачки улягутся, но фоновое повышение цены на овощи останется, если не сбить его компенсирующими субсидиями под предельно низкий процент. Сельское хозяйство вообще субсидирует подавляющее большинство развитых стран — именно для того, чтобы обеспечить приемлемые для людей конечные цены.

Другое дело, что в России с запуском этих механизмов глубоко эшелонированных субсидий опоздали, отмечает Пушкарёв. Возможно, сказался период пересменки в правительстве после января 2020, возможно, внимание отвлекла пандемия, но так или иначе джинн продуктовой инфляции был выпущен из бутылки. Теперь его, образно говоря, подкармливают, чтобы вернуть обратно, но, разумеется, цены на тот же сахар и после вливания субсидий вряд ли вернутся к уровням ниже 36 руб. за кг в опте и 46 руб. за кг в рознице, а скорее всего поднимутся всё же чуть выше этих, теперь уже не действующих, потолков.

Чтобы любые субсидии дали эффект, требовалось время. Поэтому и была создана на несколько месяцев подпорка в виде договорённостей с представителями аграрной отрасли и переработчиками по тем же сахару и подсолнечнику — с просьбой набраться терпения, а пока просто зафиксировать цены, полагает эксперт. Но временные меры не могут быть целью государственной политики по сдерживанию цен: в конечном счете нужно обеспечить отрасли разумную рентабельность, а не просто перекрыть надолго все клапаны для хоть какой-то коммерческой составляющей бизнеса.

Аграрии и перерабатывающие заводы не могут исключительно «добровольно, в порядке трудовой дисциплины» отказаться от всякой прибыли, подводит итог Пётр Пушкарёв. Умеренный рост отпускных и розничных цен на сахар в пределах 7—10% при этом возможен, но зато в перспективе основа рынка этой продукции будет стабильной, без угроз остановки предприятий или дефицита. Аналогичным образом будет развиваться ситуация по подсолнечному маслу и муке, а вот для семечки и зерна, видимо, сохранят ограничения по экспортным квотам — чтобы обеспечить перенасыщение внутреннего рынка и таким образом тоже сдерживать цены.