Второе взятие Казани

Сергей Кудияров
специальный корреспондент журнала «Эксперт»
4 мая 2021, 12:00

«Сибур» поглощает базирующийся в Татарстане холдинг ТАИФ.

Александр Ивантер
Пиролизная установка на комбинате «Запсибнефтехим» в Тобольске

Апрель этого года для отечественной химической отрасли можно назвать знаковым: 23 апреля отраслевой «чемпион» «Сибур» и другой крупный игрок химического рынка, базирующийся в Татарстане холдинг ТАИФ, объявили о начале объединения нефтегазохимических бизнесов компаний. Фактически речь идет о поглощении ТАИФ «Сибуром»: действующие акционеры ТАИФ получат долю в размере 15% в объединенной компании взамен на передачу контрольного пакета акций группы, состоящей из нефтехимических и энергетических предприятий. Оставшийся пакет акций ТАИФ может быть впоследствии выкуплен объединенной компанией.

Объединение нефтегазохимических активов компаний будет происходить в два этапа. Сначала в пользу существующих акционеров ТАИФ будет осуществлен дополнительный выпуск акций «Сибура». Взамен «Сибур» получит 50% плюс одна акция ТАИФ. На втором этапе «Сибур» получит опцион на покупку оставшихся акций ТАИФ, акционеры ТАИФ — право на аналогичных условиях реализовать пут-опцион. Второй этап вероятен не ранее, чем через несколько лет.

Сделка будет закрыта при условии прохождения необходимых корпоративных процедур и получения регуляторных согласований.

По сообщениям отраслевых источников, для сделки «Сибур» был оценен более чем в 20 млрд долл. Оценка формировалась по принципу, схожему с тем, как оцениваются компании для IPO. Аналитики «Газпромбанка» оценили долю, которую получат совладельцы ТАИФ, в 3,5—4,5 млрд долл.

Структура собственников «объединенного» «Сибура» по итогам первого этапа сделки будет выглядеть следующим образом. Главным акционером останется Леонид Михельсон с 30,6% акций, 15% в совокупности придется на собственников бывшего холдинга ТАИФ, 14,45% акций останется у Геннадия Тимченко, действующий и бывший менеджмент «Сибура» будут владеть 12,325% акций, «Согаз» — 10,625%, китайские Sinopec и Фонд Шелкового пути — по 8,5%.

Что касается доли ТАИФ, сейчас его акции распределены между Айратом Шаймиевым и Радиком Шаймиевым (сыновья бывшего главы региона Минтимера Шаймиева, по 19,5%), а также заместителем генерального директора ТАИФ Гузелью Сафиной (4,5%).

Остальные акционеры не раскрываются, но ранее поступали сообщения, что это могут быть Альберт Шигабутдинов (бывший генеральный директор ТАИФ, а ныне главный советник генерального директора по развитию) и Рустем Сультеев (первый заместитель генерального директора ТАИФ). По состоянию на 2017 год их доли оценивались по 19,9%.

После завершения всех инвестпроектов, находящихся в стадии реализации, объединенная компания войдет в число 5 глобальных лидеров по производству полиолефинов и каучуков. В 2020 году обе компании в совокупности обладали производственными мощностями по выпуску 3,1 млн тонн полиэтилена и 1,2 млн тонн полипропилена. Для сравнения, по данным Росстата, совокупный объем производства в 2020 году в России составил 1,9 млн тонн по полимерам пропилена и 3,4 млн тонн — по полимерам этилена.

Истоки

Идея объединить активы двух крупнейших игроков на рынке химической продукции родилась не вчера. Как заявил Леонид Михельсон, «первая идея, что это надо сделать, родилась десять лет назад».

Сам «Сибур» под именем «Сибирско-Уральская нефтегазохимическая компания» был создан постановлением правительства России еще в 1995 году. ТАИФ, к слову, официально его ровесник — хотя по факту был создан на базе учрежденного еще в 1990 году казанским горисполкомом внешнеторгового объединения «Казань».

В 1998 году компания была приватизирована, крупнейшим акционером холдинга стал «Газпром». После ряда приключений в 2007 году «Газпром» продал акции «Сибура», с 2010 года контроль над компанией получил Леонид Михельсон. В 2015 году у компании появился первый иностранный акционер — в декабре была закрыта сделка по вхождению китайской корпорации Sinopec в капитал «Сибура» в качестве стратегического инвестора с долей в 10 %. В 2016 году подписано соглашение о продаже 10 % акций китайскому Фонду Шёлкового пути.

«Сибур» изначально был основан на базе советских еще нефтегазохимических активов. Но в процессе своей жизнедеятельности активно развивался. Как вширь — реализуя проекты по развитию существующих и созданию новых производственных мощностей, таких как колоссальный производственный комплекс «ЗапСибНефтехим» (соглашение о проектировании заключено в 2012 году, производство запущено в 2019 году). Так и претерпевая структурные изменения. Например, десятилетие назад «Сибур» имел мощное шинное подразделение — «Сибур - Русские шины». Но в декабре 2011 года контроль над подразделением был продан его менеджменту (сейчас это компания «Кордиант»). Также «Сибур» ранее имел подразделения по выпуску азотных удобрений. Но завод в Перми был продан «Уралхиму», а азотные заводы в Кемерово и Ангарске — «Сибирскому деловому союзу».

Хорошо видно, что «Сибур» концентрирует свои усилия на производстве полимеров, но при этом пытается охватить практически всю цепочку, от доступа к сырью (газоперерабатывающие заводы и продуктопроводы) до регионального сбыта полимерных гранул. Единственно, куда холдинг не торопится — в производство конечной продукции из пластика.

Поглощаемый ТАИФ на фоне «Сибура» резко выделяется двумя отличиями. Это компании только одного региона, но при этом «всеядная», сбитая из того, что на волне приватизации подвернулось под руку руководству Татарской АССР. Так, например, в структуры ТАИФ попали помимо нефтегазохимии НПЗ в Нижнекамске, сеть АЗС и предприятия неорганической химии.

С учетом привычки «Сибура» концентрироваться на полимерном направлении, избавляясь от непрофильных направлений, отраслевые эксперты полагают, что эти «непрофильные» активы ТАИФ (вроде НПЗ и сети АЗС) в итоге останутся вне контура объединенной компании. На это же указывает и сравнительная «дешевизна» ТАИФ при оценке стоимости размена акций с «Сибуром» — в объединенную компанию попадут не все.

На волне роста

В то время как рынки энергоносителей на протяжении последних лет вставали перед проблемами различного рода, от избытка предложения до политически обусловленного давления в рамках «зеленой» повестки, полимерный рынок считается весьма перспективным.

«Глобальная нефтехимическая промышленность традиционно опережает мировой ВВП по темпам роста — 4 и 2,5% в год в среднем за последние 10 лет соответственно, а 2020 год продемонстрировал еще и высокую устойчивость отрасли к внешним финансовым и экономическим потрясениям» - отмечает консультант VYGON Consulting Артем

Лебедской-Тамбиев — «Например, даже в этот кризисный год потребление олефинов показало положительную динамику. Во многом спрос был обеспечен за счет роста производства медицинских изделий, таких как маски и тара для антисептика, а также одноразовой упаковки».

В России в 2020 году потребление полиолефинов в России составило порядка 3 млн тонн. С выходом «ЗапСибНефтехима» на полную мощность потребности российского рынка в базовых полимерах полностью покрываются внутренним производством. Поэтому большинство планируемых и строящихся в России крупнотоннажных проектов является экспортноориентированным.

«Но стоит отметить, что внутренний рынок заключает в себе потенциал значительного роста» — говорит Артем Лебедской-Тамбиев - «Потребление пластика на одного человека в России более чем в два раза меньше, чем в Европе. Поэтому развитие отраслей-потребителей, в первую очередь строительства и производства упаковки, также станет драйвером роста и химии».

Зачем же на растущем и перспективном рынке ТАИФ стал «сливать» свои нефтегазохимические активы? На самом деле, основания есть.

Только в России реализуется ряд крупных инвестиционных проектов в сфере производства полимеров, помимо недавно запущенного «Сибуром» «ЗапСибНефтехима» можно отметить проект Амурского ГХК («Сибура» же), Балтийский ХК, проекты «Газпрома» (Новоуренгойский ГХК) и Иркутской нефтяной компании, расширение мощностей «Нижнекамскнефтехима» (см. график 1).

В совокупности только эти проекты при их реализации увеличат существующие в России производственные мощности по полимерам почти втрое уже ближайшие несколько лет (см. график 2).

«На данный момент спрос на полиолефины на внутреннем рынке полностью покрывается уже существующими в России мощностями» — говорит Артем Лебедской-Тамбиев — «Поэтому продукция с новых производств объединенной компании, таких как Амурский ГХК «Сибура» и новый олефиновый комплекс «Нижнекамскнефтехима», по большей части будет экспортироваться. Ключевым направлением в этом случае, вероятно, станет самый быстрорастущий рынок — АТР, в частности Китай, где компания будет конкурировать как с крупными местными производителями, такими как Sinopec, SNPC, Lotte Chemical, так и с мейджорами: Exxon Mobil, Saudi Aramco/Sabic, TOTAL».

На перспективу до 2030 года порядка 40% новых объемов мирового экспорта придется на поставки из России (см. график 3).

В этой ситуации на рынке полимерной продукции возрастает конкуренция между поставщиками, и, как следствие, увеличивается значение доступа к сырью и снижения себестоимости продукции. В целом для российской полимерной отрасли характерна хорошая экономика полимерных производств, делающая ее конкурентоспособной практически на всех мировых рынках (см. график 4).

Но это в среднем по стране.

Двойной дефицит

Предприятия ТАИФ («Нижнекамскнефтехим» и «Казаньоргсинтез») традиционно имели проблемы, как с доступом к сырью, так и с доступом к инвестиционным ресурсам для развития своих производств.

Недостаток сырья — «больное место» поволжской нефтехимии. Для ее снабжения сырьем в лице ШФЛУ (широкой фракции легких углеводородов) еще в советское время был пущен продуктопровод Западная Сибирь-Урал-Поволжье мощностью в 5,5 млн тонн в год. Однако еще в 1989 году этот продуктопровод прекратил свое существование, став заодно причиной крупной железнодорожной катастрофы из-за утечки. Позднее

представители Башкирии и Татарстана возвращались к идее реанимировать этот продуктопровод, такие идеи активно озвучивались с 2011 года, дефицит ШФЛУ в регионе тогда оценивался на уровне 6 млн тонн в год с перспективой роста до 8 млн тонн в год при условии развития нефтехимических мощностей. Однако фактически ресурсы Западной Сибири «подмял» под себя «Сибур», сделав их базой для развития собственных перерабатывающих мощностей, включая упоминавшийся выше проект «ЗапСибНефтехима».

В результате предприятия ТАИФ были вынуждены работать с менее ценным, более сложным в использовании сырьем, таким как нафта. Что отражалось на финансовых показателях ее предприятий как напрямую (в виде повышения себестоимости производства), так и косвенно (в виде необходимости инвестировать в дополнительное оборудование по проработке нафты).

Это проигрыш в конкурентной борьбе.

В апреле прошлого года в связи с введением обратного акциза для новых проектов в области переработки этана и СУГ (т.е. основное сырье конкурентов из «Сибура») в корпоративном издании ТАИФ прямо заявили, что это может «обернуться банкротством ведущих компаний-производителей». Понятно, о ком шла речь.

Бодания с «Сибуром» ни к чему не привели — продуктопровод построен не был.

В результате, еще в 2019 году Альберт Шигабутдинов в интервью «Ведомостям» озвучил возможность привлечения стратегического инвестора в нефтегазохимический бизнес холдинга: «Продажа совсем небольших пакетов акций нас не интересует. Появление мажоритарных акционеров - может быть. Вопрос их привлечения не закрыт. И у нас такое желание есть... Но у меня есть просьба: вот на 2 триллиона рублей принята программа, такие-то продукты должны получиться. Эту программу развития необходимо реализовать. Кто конкретно будет заниматься программой развития группы ТАИФ - сам ли ТАИФ, Иванов ли, Петров, Exxon, «Лукойл», «Сибур» — не важно».

А вот присоединение к «Сибуру» «Нижнекамскнефтехима» и «Казаньоргсинтеза» открывает этим двум предприятиям как доступ к сырьевой базе «Сибура», так и к возможности реализации инвестиционных проектов по развитию этих производственных площадок с помощью более успешного «чемпиона» отрасли.

Как было сказано выше, Леонид Михельсон рассказал журналистам, что «первая идея, что это надо сделать, родилась десять лет назад». Господин Михельсон поскромничал: такие проекты озвучивались еще в 2008 году, когда «Газпром», контролировавший на тот момент «Сибур», вел переговоры о вхождении в капитал нефтегазохимических предприятий ТАИФ.

Экспансия

В чем тут интерес самого «Сибура»?

Как сообщили в компании, «Ожидается, что объединенная компания получит масштабный синергетический эффект за счет диверсификации сырьевой базы, оптимизации дистрибуции и логистики, развития R&D блока, а также повышения операционной эффективности активов».

Объединенная компания по завершению ключевых, уже реализуемых инвестиционных проектов (АГХК, пиролиз НКНХ) войдет в ТОП-5 глобальных лидеров по производству как полиолефинов, так и каучуков.

«При этом расширенный пул нефтегазохимического сырья, которое будет доступно объединенной компании — нафта, этан, СУГ, продукты переработки ПНГ на мощностях «Сибур» в Западной Сибири, ресурсная база для проекта АГХК, — открывает перед объединенной компанией новый спектр возможностей для развития. Более диверсифицированная сырьевая модель сформирует базу для развития новых нефтехимических переделов, включая специализированную химию, которая в основном импортируется в Россию. Это полностью отвечает стратегическим целям акционеров по долгосрочному устойчивому росту бизнеса и увеличению акционерной стоимости компании» — уточнили в «Сибуре».

По итогам 2020 года на «Сибур» приходилось 20% российского производства полиэтилена, 58% — полипропилена, 37% — МЭГ, 26% — каучуков. Присоединение мощностей ТАИФ даст холдингу (без учета новых проектов) долю 54% российского производства по полиэтилену, 72% — по полипропилену, 65% российского МЭГ и 71% каучуков. Разумеется, в силу реализации новых проектов как самим «Сибуром», так и другими игроками рынка, эти доли будут меняться. Но в любом случае это абсолютный лидер отрасли (см. график 5).

В сегменте полиолефинов суммарные мощности объединенной компании достигнут уровня Saudi Aramco и выше соответствующего показателя таких гигантов как DOW, CNPC, INEOS и TOTAL.

В «Сибуре» отмечают, что объединение компаний отвечает интересам всех стейкхолдеров и соответствует международному тренду на консолидацию в отрасли. Сделка приведет к повышению устойчивости бизнеса объединенной компании и усилению его позиций российской нефтегазохимии на глобальном рынке. «Нижнекамскнефтехим» и «Казаньоргсинтез» работают на тех же рынках, что и «Сибур». Продуктовая линейка компаний различается, но при этом дополняет друг друга. Нефтехимический бизнес ТАИФ имеет сильные позиции в сегментах эластомеров, поликарбоната, полистирола и полиэтилена в России, в то время как «Сибур» имеет сильные позиции на рынке полиэтилена, полипропилена и специальных эластомеров.

При этом, уверяют в компании, отечественный потребитель сможет получить доступ к расширенному марочному ассортименту, в том числе продуктам, аналоги которых не производятся в России. К этому добавятся положительные эффекты от оптимизации логистики за счет развития складской инфраструктуры, сокращения времени доставки продукции, единого подхода к условиям поддержки переработчиков.

Отраслевые аналитики в целом позитивно оценивают слияние.

В частности, аналитик RUPEC Александр Собко соглашается, что создание крупной компании позволит сэкономить на научно-исследовательских работах за счет объединения ресурсов, оптимизировать логистические цепочки, получить более выгодные займы: «Объединенной компании будет проще проводить импортозамещение продукции, которая пока не производится в нашей стране. Кроме того, в данном случае ожидается удачное объединение продуктовых линеек. С запуском «ЗапСибНефтехима» у «Сибура» заметно усилился блок производства полиолефинов. Их дополняет мощный каучуковый сегмент у «Нижнекамскнефтехима» (мировой лидер по производству изопренового каучука), а у «Казаньоргсинтеза» есть производство поликарбоната, планируется расширить производство этиленвинилацетата (с 13 тыс. тонн сейчас до 100 тыс. тонн)».

Кроме того, по словам Александра Собко, запуск «ЗапСибНефтехима» привел к тому, что часть базовых полимеров, производимых компаниями группы ТАИФ вытесняется с внутреннего рынка новыми поставками, изменяются традиционные логистические цепочки. В то время как единое управление логистикой и оптимизация операционной деятельности позволит минимизировать эти риски.