Финансовые власти усилили атаку на банковские экосистемы

Анна Королева
корреспондент Expert.ru
2 сентября 2021, 14:24

Теперь и от лица Минфина, вслед за Центробанком парой месяцев раньше, последовало заявление о том, что банки слишком активно начали встраиваться в работу различных экосистем и брать на себя не свойственные им риски. Назрел конфликт влиятельных российских бизнес-структур и экономических властей, чья способность продавливать свою линию также не нуждается в дополнительных рекомендациях

Коллаж: Тамара Ларина

Обмен мнениями становится все более оживленным

Как заявил заместитель министра финансов РФ Алексей Моисеев, Минфин намерен активно регулировать работу все больше набирающих популярность экосистем банков. В министерстве признают, что организация подобных систем — веяние времени и способ выживания в условиях высокой конкуренции, но само по себе это «вопрос опасный»: строительства экосистем происходит на деньги самих банков, и это представляет определенный риск.

«Люди, которые хранят деньги на депозитах, выбрали этот инструмент как самый простой и безрисковый. И здесь необходимо максимально ограничивать тягу банков к разного рода "приключенческим" историям. Хотите строить бизнес — берите деньги у акционеров, это их риски, их дело. Не надо пользоваться средствами самых незащищенных слоев населения. Поэтому регулирование здесь важно», — заявил Алексей Моисеев в интервью РИА Новости в преддверии Восточного экономического форума (ВЭФ).

Ранее попытку ввести регулирование работы банковских экосистем уже сделал Банк России. В опубликованном в июне докладе ЦБ раскрывает варианты действий в этом направлении. Наиболее вероятным сценарием там назвали введение ограничения доли вложений банков в свои экосистемы 30-ю процентами совокупного капитала банка (для всех иммобилизованных активов, включая основные средства, вложения в нефинансовые организации и инвестфонды). Вложения сверх этого лимита должны полностью обеспечиваться средствами акционеров банка. Впрочем, регулирование предусмотрено мягкое: внедрять лимит намечено поэтапно, например, в течение пяти лет.

В ответ на эти предложения главы несколько банкиров отправили председателю ЦБ письмо. Его подписали главы Сбербанка и ВТБ, председатели правлений Газпромбанка и «Открытия», а также президент Ассоциации банков России (альтернативной Ассоциации российских банков — АРБ) Георгий Лунтовский. Авторы письма предупреждают, что предлагаемые меры могут привести к массовому закрытию отделений в небольших городах, а также сказаться на кредитовании. То есть, для инновационных компаний чувствительно подорожают кредиты, так как банки больше не смогут входить в их капиталы.

Из Центрального банка ответили: «Мы изучили комментарии банков и можем уверенно сказать, что предлагаемые подходы к регулированию экосистем и рисков иммобилизованных активов (ИА) не приведут к негативным последствиям для сектора, — цитировал пресс-службу Банка России сайт RG.ru. — И уж точно можем сказать, что филиальная сеть из-за нового регулирования не пострадает. Наоборот, будет положительный эффект». ЦБ отметил также, что «в отличие от многих других регуляторов» дает банкам возможность развивать экосистемы, но при этом ограничивает риски для кредиторов и вкладчиков. Оценку банками воздействия предложенных им мер в ЦБ назвали «выполненной некорректно».

В целом можно сказать, что начался и развивается конфликт между авторитетной частью банковского сектора и финансовыми властями. Он носит принципиальный с точки зрения и сути, и масштаба характер. Например, активный «экологист» Сбер не только самый крупный банк страны, хотя руководство и объявило его не банком, но и выстраивает крупнейшую экосистему. Кто-то идет по его следам, а есть, напротив, такие их строители из других секторов, которые стремятся обзавестись банком как ключевым элементом системы.

Можно смотреть на это, как на конфликт нового со старым, где правда на стороне новшеств, но такой взгляд будет упрощением. Кроме прочего, в такой ситуации государство в куда большей степени — политически — отвечает за риски, чем сами банкиры в плане иных видов и форм ответственности.

Рычаги и перегибы

Вложения банков в экосистемы вызывают опасения у регуляторов, так как они объективно связаны с конфликтом интересов, который потенциально возникает в такой ситуации, отмечает основатель TalkBank Михаил Попов. Банки, как агрегаторы денежных средств бизнеса и населения, начинают вкладываться в несвойственные им активы.

Как поясняет эксперт, экосистемы являются компаниями из других отраслей, а выстраивая из них экосистемную структуру, банки расширяют свой доступ к клиентской аудитории, которая еще не пользуется их финансовыми услугами. Регуляторы не хотят ситуации, когда банки, заигравшись вложениями в эти структуры, начнут тратить депозиты вместо того, чтобы использовать их для кредитования населения и бизнеса, как это задумано в самой бизнес-модели банков.

ЦБ предлагает вводить различные ограничения на такие вложения, отмечает Попов, но при этом, по его мнению, в банковской сфере уже есть рычаги, позволяющие защитить деньги вкладчиков. В первую очередь, это требования к резервам, так как данные инвестиции сродни случаям, когда банки предоставляют деньги аффилированным структурам. И Центробанк в значительной степени уже определил критерии и коэффициенты для предотвращения таких ситуаций с тем, чтобы банки не шли на поводу у своих аффилированных структур, вкачивая деньги в другие проекты своих акционеров.

В то же время, инвестируя доступные средства и развивая экосистемы, банки снижают свои риски за счет диверсификации вложений в разные виды бизнеса, считает эксперт. Поэтому бороться с самими экосистемами неправильно, говорит Михаил Попов, хотя учитывать возможные риски и исключать перегибы, когда банки чрезмерно вкладываются в какие-то активы в ущерб своей устойчивости, рационально, признает он.

По его мнению, экосистемы все же не сильно меняют ситуацию, потому что многие банки находились в них еще до появления самого термина. Просто с точки зрения денежных потоков доминирующим элементом там служит не банк, а какой-нибудь завод или добывающее предприятие. Банк его обслуживает, но регулирование препятствует тому, чтобы деньги вкладчиков рассматривались акционерами и менеджментом банка как средства, которые они могут тратить по своему усмотрению на любые цели.

Михаил Попов опасается также, что жесткое регулирование экосистем может привести к ситуации, когда банки перестанут инвестировать в финтех. Провести эту грань, где экосистема, а где вложение, которое развивает, по сути, ключевой, финансовый бизнес банка, достаточно сложно, считает банкир.

Экая система

Вопрос, развивать ли вокруг больших банков и дальше экосистемы, на повестке дня не стоит, это уже данность, считает шеф-аналитик TeleTrade Пётр Пушкарёв. Но продвижение же различных вполне самостоятельных продуктов, ассортимента товаров или услуг такси, доставки еды, платформ с кино- и телевизионным контентом на цифровых платформах, таких как СберМаркет или Okko, не должно превращаться в самоцель или в «цифровую игрушку», тешащую самолюбие руководства банка, но должно и может быть рентабельным, повышать общую эффективность бизнеса, не перетягивая при этом всё одеяло на себя.

Но, например, если не будет дополнительного попутного бизнеса, то многие отделения банков в небольших городах или поселках буду убыточными, они не смогут жить только на комиссию с переводов, объяснил Пётр Пушкарёв не сразу понятную непосвященным логику одного их пунктов письма банкиров в ЦБ.

Если же отделение превращается в инструмент продвижения цифрового магазина, и в место, куда людям доставляют заказанные товары, где продают и цифровое телевидение, и многофункциональные приставки, и различные другие услуги, то это повышает общую доходность бизнеса, замечает он.

Аналитик опасается, что, если сгоряча зарубить экосистемы на корню, отказывая условно Сберу или ВТБ в их праве их создавать, мы никогда не получим в стране серьезных цифровых платформ. Наш IT-сектор сегодня слишком мал, тогда как в ведущих странах мира он занимает все более заметную долю экономики.

Но, так или иначе, подчеркивает Петр Пушкарёв, экосистемы должны больше думать о рентабельности, не превращаться в затратные монополии, диктующие людям цены на товары и услуги или, допустим, запрещающие продвижение тех же самых товаров дешевле на других независимых платформах. С опасностью монополизма, когда банковский гигант имеет огромные преимущества перед другими игроками, тоже нужно бороться, возможно, разрабатывая и в этом отношении новые параметры — не жесткие, говорит он, но все же регулирующие и этот аспект бизнеса.