Цены на золото, а также на некоторые другие виды металлов на спотовом рынке били рекорд за рекордом на протяжении последних месяцев, и это не могло не остаться незамеченным. Власти начали обсуждать налог на доходы, полученные металлургами благодаря удачной конъюнктуре на внешних рынках — так называемый windfall tax. Об этом «Эксперту» рассказали три федеральных чиновника, информацию подтвердили два собеседника в металлургических компаниях.
Дискуссия велась профильными специалистами на уровне Минфина, Минэка, правительства, деловых объединений и компаний. По словам федерального чиновника, предполагаемый механизм выплаты схож с windfall tax, который вводился в 2023 г., но отличается по деталям. Власти сформировали перечень металлов, цены на которые устойчиво росли и существенно превышали средние значения последних лет, уточнил он, но конкретный перечень не привел, сославшись на недостаточную проработанность инициативы. Как уточнил другой собеседник «Эксперта», детали налога не прорабатывались, но тема действительно несколько раз обсуждалась на совещаниях. На вопрос «Эксперта», входили ли в перечень серебро, платина, никель, медь, он ответил утвердительно.
На съезде РСПП 26 марта президент Владимир Путин проводил закрытое совещание с бизнесом. На нем, по данным СМИ, Сулейман Керимов (его сын Саид Керимов до 2022 г. владел контрольным пакетом акций золотодобытчика «Полюс») предложил сделать добровольный взнос в бюджет. Источник «Эксперта» подтвердил, что бизнесмен действительно выступал с такой инициативой. Как сообщал Mash, предложение поддержали президент «Норникеля» Владимир Потанин и основатель «Русала» Олег Дерипаска — все три бизнесмена выразили готовность внести в общей сложности 460 млрд руб.
Как уточнил «Эксперту» федеральный чиновник, вопрос windfall tax на золото на и другие металлы после совещания не снят с повестки властей.
Рынки драгоценных металлов активно росли в 2025 г. на фоне геополитической напряженности, роста инвестиционного спроса и спроса со стороны мировых центральных банков. Стоимость золота в прошлом году увеличилась на 64,4% (рекордный рост с 1979 г.) и к концу декабря 2025 г. достигала более $4300 за унцию. Рост продолжился и в 2026 г. — в конце февраля котировки обновили исторический максимум и ушли выше $5000 за унцию. К концу марта 2026 г. цены на золото вернулись на уровень конца прошлого года — около $4400 за унцию. О причинах снижения стоимости золота «Эксперт» рассказывал ранее.
За 2025 г. подорожали и другие драгметаллы: серебро — в 2,5 раза, до $71 за унцию, платина — в 2 раза, превысив $2100 за унцию, палладий — в 1,9 раза, до $1691 за унцию. Из цветных металлов более всего за год выросли цены на медь — на 44%, до $12,5 тыс./т, никель подорожал на 10% — до $16,85 тыс./т.
Вопрос об изъятии дополнительной природной ренты поднимался 26 марта в Госдуме во время отчета Центрального банка. Эту тему прокомментировал глава Минэкономразвития Максим Решетников в ответ на предложение одного из парламентариев изымать дополнительную ренту, например, у нефтяных компаний. Министр заявил, что Минэкономразвития готово к диалогу о налоге на сверхприбыль в отдельных отраслях, но это является предметом отдельного анализа. В пресс-службе министерства пояснили «Эксперту», что пока в министерство не поступало предложений о возвращении к windfall tax. «В любом случае, сейчас все аналогичные решения необходимо также соотносить с инвестиционным циклом в этих отраслях, чтобы не поставить под угрозу уже начатые проекты», — добавили там.
Кто в России уже платил windfall tax
Впервые идея налога на сверхприбыль прозвучала в 2018 г. Занимавший тогда должность помощника президента РФ Андрей Белоусов (сейчас — министр обороны) предложил изъять сверхдоходы у горно-металлургических и химических компаний, но эта идея не была реализована.
В 2023 г., уже на посту первого вице-премьера, Белоусов объявил о «разовом добровольном взносе» из прибылей компаний за 2022 г. Летом 2023 г. налог был принят в следующей концепции: установлен разовый сбор для компаний, чья средняя арифметическая прибыль за 2021 г. и 2022 г. превысила 1 млрд руб., в размере 10% от суммы превышения прибыли за 2021–2022 гг. над показателями за 2018–2019 гг. При этом, если компании платили сбор до 30 ноября 2023 г., то ставка снижалась в два раза.
От налога были освобождены нефтегазовые и угледобывающие компании, а также застройщики, которые реализовывали проекты с привлечением средств граждан через эскроу-счета. В итоге, по данным Минфина, бюджет получил 318,8 млрд рублей в федеральный бюджет от налога на сверхприбыль. Основными плательщиками windfall tax стали металлурги.
Замглавы Минфина Алексей Сазанов заявил журналистам 27 марта, что все компании сдали налоговую отчетность за 2025 г. только на прошлой неделе, поэтому предметных обсуждений по windfall tax не ведется. В Минфине на вопросы «Эксперта» об идее налога на сверхприбыль для производителей драгоценных металлов не ответили.
«Эксперт» направил запросы в крупнейшие компании, добывающие драгоценные и цветные металлы («Полюс», «Норникель», УГМК, «Мангазея», Nordgold, «Ареал» (бывшая Highland Gold) и др.) с просьбой подтвердить обсуждение налога на сверхододы для отрасли, но на момент публикации не получил ответов. В Минпромторге также не стали комментировать, какие отрасли обсуждаются в контексте налога на сверхприбыль.
С начала 2025 г. для золотодобытчиков уже были предусмотрены нововведения в налоговой части — начал действовать новый расчет НДПИ. К стандартной ставке 6% от рыночной стоимости золота введена надбавка в размере 10% от превышения мировой цены над уровнем $1900 за унцию. Минфин рассчитывал на поступления от НДПИ на золото в 2025 г. в размере 105 млрд руб.
Windfall tax сверх уже увеличенного НДПИ подорвет инвестиционные возможности золотодобытчиков, считает эксперт ЦМАКП Эмиль Аблаев. Он называет «нехорошей практикой» вмешательство государства в естественный цикл сырьевых компаний, когда при положительной конъюнктуре они наращивают запас прочности, а при снижении цен — расходуют. «Кончится тем, что в плохие годы бизнес обратится за помощью, и придется помогать, потому что это важные отрасли для притока валюты, на них завязаны многие города», — предупредил аналитик.
О рисках для отрасли при ухудшении внешней конъюнктуры предупреждает и собеседник «Эксперта», близкий к золотодобытчикам. В пример он привел ситуацию в угольной отрасли, которую фактически сейчас приходится «спасать» из-за снижения мировых цен.
Вопрос в том, насколько остро стоит перед Минфином необходимость закрывать проблемные зоны, рассуждает экономист, автор телеграм-канала TruEcon Егор Сусин. «Сейчас, когда таких зон стало чуть меньше благодаря подорожавшему экспорту российской нефти, windfall tax может быть отодвинут на второй план до конца года», — не исключил он. Но в целом конструкция разового налога вполне рациональна, если бюджет сталкивается с расширением дефицита, а в экономике есть конъюнктурные прибыли — они формируются из-за внешних цен, а не из-за роста бизнеса, инвестиций и прочего, отметил экономист.
В качестве windfall tax государство может изъять долю из сверхдоходов золотодобытчиков, которые оцениваются на сумму до 1 трлн руб., допускает экономист, автор телеграм-канала Truevalue Виктор Тунев. Такие расчеты он приводит, исходя из средневзвешенной цены на золото в 2025 г. — около $3000 за унцию. «Вопрос лишь в том, сколько решит взять государство — от четверти до половины», — считает собеседник. Экономист подчеркивает, что для получения доходов разумнее было бы просто увеличить ставку НДПИ для отрасли. Но он уточнил, что с точки зрения проинфляционности налог на сверхприбыль, «особенно в золоте, которое экспортируется», — не такой болезненный, как НДС, акцизы, пошлины и НДПИ.
Потенциал золотодобытчиков и других производителей драгметаллов для наполнения бюджета в феврале 2026 г. оценивали аналитики SberCIB. По их расчетам, повышение ставки НДПИ на золото могло бы привести к сокращению дефицита бюджета на 1 трлн руб. А увеличение в три раза ставки НДПИ на металлы, производимые «Норникелем» (никель, медь, платина, палладий), принесло бы бюджету еще 200 млрд руб., подсчитали в SberCIB.