Новый законопроект Минцифры об ИИ не устанавливает напрямую, кому принадлежат права на контент, созданный нейросетями. Вместо этого он обязывает владельцев сервисов (таких как Suno, ChatGPT и их российские аналоги) прописать это условие в пользовательском соглашении. При этом законопроект вводит специальные основания для использования произведений, охраняемых авторским правом, в целях обучения ИИ — в рамках ограничений, предусмотренных для машинного обучения. Ответственность за нарушение прав третьих лиц при использовании такого контента возлагается на пользователя. Кроме того, законопроект вводит обязательную маркировку ИИ-контента.
Александр Николайчук, специалист в области искусственного интеллекта компании Artezio (входит в группу «Ланит»), в интервью «Эксперту» обратил внимание на то, что вопрос о правах на контент, созданный с помощью нейросетей, — один из самых болезненных в нынешней правовой повестке и простого ответа на него нет. Чтобы разобраться, нужно понимать, как устроен процесс. «Когда человек задает нейросети промпт — допустим, „создай трек в стиле джаз-фьюжн, минорная тональность, с саксофонным соло“ — и получает готовую композицию, возникает фундаментальный вопрос: кто здесь автор? Человек, который описал задачу, но не написал ни одной ноты? Нейросеть, которая сгенерировала звук, но не является субъектом права? Или, может быть, создатели платформы, которые написали этот алгоритм?»
Александр Николайчук настаивает на том, что по действующему российскому законодательству — статьи 1228 и 1257 Гражданского кодекса — автором может быть только гражданин, то есть физическое лицо, создавшее произведение своим творческим трудом. Нейросеть — это программа, набор алгоритмов, и она не может быть автором ни при каких обстоятельствах. Это принципиальная позиция, и она совпадает с подходом большинства юрисдикций мира. Ни в США, ни в Европе, ни в Китае ИИ не признается автором.
В интервью «Эксперту» руководитель практики правового и инвестиционного обслуживания «МойФильм48 Консалтинг» Иван Шевелев так оценил отечественную юридическую практику, связанную с ИИ-контентом: «Существующее законодательство уже способно регулировать большинство вопросов, связанных с ИИ-контентом. Ключевое в авторском праве — степень творческого вклада человека: один промпт охраны не дает, глубокая редактура и монтаж — дают». Для того чтобы при необходимости подтвердить, что ИИ-контент является реализацией человеческого замысла, Иван Шевелев рекомендует на каждом этапе работы над проектом вести документацию «что нового было создано». Человек, который может показать историю своей редактуры, монтажа, композиционной и сценарной работы, значительно повышает свои шансы на признание автором контента, при создании которого использовались нейросети.
Среди основных правовых рисков при создании видео с помощью нейросетей он назвал нарушение исключительных прав третьих лиц. Если генеративные модели обучаются на больших массивах данных, среди которых могут быть защищенные произведения, и если искусственный интеллект повторил чужой результат интеллектуальной деятельности, то правообладатель может подать иск с требованием компенсации и изъятия контента.
Именно с этим препятствием пришлось столкнуться Suno — платформе для генерации музыкальных композиций. До конца ноября 2025 г. она работала в «серой» зоне, обучая модели на массиве данных, состоящем из произведений, защищенных авторским правом. Suno признавала это, оправдывая свои действия доктриной «добросовестного использования», которая допускает ограниченное использование материалов без разрешения правообладателя. Права на треки, созданные в этот период, не обладают юридической чистотой, и их коммерческое использование может привести к судебным искам.
В ноябре 2025 г. Suno заключила партнерское соглашение с лейблом Warner Music Group и урегулировала судебный иск. Компания обязалась постепенно отказаться от старых моделей, обученных на «пиратском» контенте, и в 2026 г. запустила новые, обучающиеся исключительно на лицензионном каталоге WMG. При этом если пользователь использует тариф Basic/Free, компания сохраняет за собой право собственности на сгенерированные треки; если тариф Pro/Premier — сгенерированными треками владеет пользователь и может монетизировать их на стримингах.
Генеральный директор Национальной федерации музыкальной индустрии Никита Данилов на вопрос «Эксперта» о том, кто является автором музыки, созданной с помощью таких платформ, как Suno, заявил: «Вне зависимости от того, кто признается автором согласно пользовательским соглашениям нейросетей и платформы Suno, приоритет должны иметь нормы национального законодательства. В России автором произведения может быть признан только человек. Соответственно, автора у генеративного контента, целиком созданного при помощи ИИ, быть не может». По его мнению, в настоящее время правовое регулирование контента, созданного исключительно с использованием искусственного интеллекта, находится в «серой» правовой зоне и имеет ряд пробелов, вызванных прежде всего правоприменительной практикой. «Поэтому с целью защиты интересов субъектов креативных индустрий, — настаивает Никита Данилов, — предлагаем однозначно закрепить в законодательстве, что охраноспособностью обладает только контент, созданный человеческим трудом».
«ИИ неизбежно станет частью привычного технологического ландшафта, — считает Иван Шевелев, — и разговоры о нем как об исключительном явлении утихнут сами собой. Тем важнее сформировать специальный правовой инструментарий до того, как риски станут повсеместными».
Больше новостей читайте в нашем телеграм-канале @expert_mag