Школа для генеральных директоров

Андрей Цунский
24 марта 2008, 00:00

Швеция экспортирует в другие страны не только товары и услуги. Хотя деятельность Стокгольмской школы экономики номинально можно отнести к образовательным услугам. Такая формулировка, как «экспорт знаний», не появляется в официальных документах — но суть лучше всего передает именно она

Совместный проект журнала «Эксперт» и посольства Швеции в России

О

тделение школы работает в России более десяти лет, ее популярность растет — значит, те знания, которые приобретают воспитанники, оказываются полезными. Но приобретают их и буквально: обучение стоит недешево. За что готовы платить предприниматели, люди, которые знают цену деньгам? На вопросы «Эксперта» отвечает ректор Стокгольмской школы экономики в России Андреш Лильенберг.

— Насколько расходятся представления об экономике у шведских и российских ученых и преподавателей? В чем основная специфика взглядов на теорию и на практику?

— Я думаю, очень важно различать содержание обучения и манеру подачи материала. Здесь я могу только обратиться к нашему опыту преподавания по программам MBA для руководителей и обратной связи с участниками и выпускниками этих программ.

Что касается содержания обучения, тут очень важно идти в ногу с происходящим в конкретной сфере практической деятельности и смотреть, как это соотносится с тем, что преподается в школе. Достойная репутация и исторические традиции — ключевые компоненты в процессе создания по-настоящему международной школы, с большим количеством студентов и преподавателей из разных стран. В настоящий момент Стокгольмская школа экономики находится в привилегированном положении по сравнению с другими бизнес-школами в России, которые только несколько лет назад начали осуществлять международный обмен и интеграцию в глобальное бизнес-сообщество. Этот факт также дает нам право относиться более критично к «новым» идеям, которые появляются как в бизнесе, так и в процессе обучения. В Стокгольмской школе экономики мы очень редко идем на поводу у новых трендов, пока не получаем подтверждения, что они действительно работают. С другой стороны, если появляется что-то стоящее, мы хорошо подготовлены для того, чтобы извлечь максимальную пользу из этого как для себя, так и для участников наших программ.

В Стокгольмской школе экономики манера преподавания в большинстве случаев принимает форму так называемого обучения методам, а не простого обучения. Оно в значительной степени основано на прямом интерактивном диалоге между преподавателями и учащимися. Такая форма общения требует усилий от обеих сторон, но это единственный реальный путь настоящего обучения. Обычно мы говорим, что если преподаватель ничему не научился от своих студентов, то очень сомнительно, чтобы они, в свою очередь, чему-нибудь научились у него.

— Какие задачи ставит ваша школа перед российскими студентами? Есть ли различия в программах обучения для шведских, западных и российских слушателей?

— Участники наших программ ставят перед собой самые разнообразные цели — от импульса, который они хотят дать своей карьере в желаемом направлении, до полного переворота в собственной жизни — и оба варианта возможны. Если постараться обобщить, то цель — получение новых навыков, структурирование уже имеющихся знаний, общение с представителями бизнес-сообщества и опытными преподавателями из разных стран. Программы, по которым проходит обучение в Стокгольме, более или менее схожи с тем, что мы предлагаем в России, так как состав преподавателей один и тот же, а выпускники получают идентичные дипломы, имеющие международное признание.

— Обучившись шведской теории, российские (и шведские, желающие строить бизнес в России) специалисты окажутся в реальности нашей страны, где новая экономика еще не выработала традиций, внятных правил, где часто приходится сталкиваться с коррупцией. Есть ли в программе обучения специальные предметы, помогающие понимать и преодолевать трудности «молодого капитализма»?

— Это очень интересный вопрос. Для начала мы всегда говорим, что мы на стороне «капитализма с человеческим лицом». То есть мы признаем недостатки рыночной экономики, а также то, что она требует своих законов, формальных и неформальных, чтобы нормально функционировать. Для примера: мы посвящаем целый учебный модуль в программе «рыночной системе», требованиям рыночного законодательства и антимонопольным законам. Мы также постепенно вводим в наши программы понятие корпоративной социальной ответственности — это тот предмет, интерес к которому, на мой взгляд, в России постоянно растет. В Стокгольмской школе экономики у нас есть несколько всемирно известных профессоров, которые проводят обучение по этой дисциплине. Совместно со Шведским консульством в Санкт-Петербурге мы организовали круглый стол, посвященный вопросам коррупции. Если взять конкретный пример из моей профессиональной сферы — маркетинга, я всегда подчеркиваю важность долгосрочного планирования в бизнесе. Скорее всего, вам придется постоянно встречаться с вашим потребителем, и если вы не будете постоянно заботиться об удовлетворении его потребностей в долгосрочной перспективе, то вам придется рано или поздно уйти с рынка.

— В России немало экономических вузов. В чем и для кого привлекательность именно Стокгольмской школы?

— Иногда я сам задаюсь этим вопросом, но думаю, что мы предоставляем уникальный продукт на российском рынке — наши идеи выделяются из общего ряда, а посредством наших преподавателей и наших блестящих выпускников мы создаем сообщество, которому практически нет равных. В России Стокгольмская школа экономики работает уже более десяти лет, и мы на деле показали, что можем делать и как можем обучать. В следующем году мы будем отмечать столетний юбилей со дня основания школы в Стокгольме! Конечно, обучение в Стокгольмской школе не для каждого, но оно для тех, кто заинтересован в долгосрочных результатах, для тех, кто может посвятить себя процессу обучения — это единственный способ получить что-то от современного бизнес-образования. Наши программы требуют гораздо больше усилий (это касается общения в международной среде), но они дают и гораздо большую отдачу. Мы стремимся к тому, чтобы наши студенты использовали время, проводимое на занятиях, с максимальной эффективностью.

— Есть ли среди научных разработок школы какие-то особые теоретические и прочие исследования, которыми ваша школа отличается от других, которые создали ее лицо?

— Все преподаватели школы являются учеными и непрерывно пребывают в процессе исследования (некоторые, к коим я отношу и себя, имеют также опыт практической работы в различных сферах бизнеса). Могу, скажем, назвать профессора Карла Фея, чьи работы перечислены на сайте Стокгольмской школы экономики. Профессор Фей — самый признанный в мире специалист в области исследований. Исследованиями также занимается у нас профессор Игорь Дюков, автор недавно опубликованной книги «Стратегия развития бизнеса. Практический подход».

— Каким вы видите российского студента вашей школы и кто может таковым стать? И, кстати, дорогое ли у вас обучение?

— Программы Стокгольмской школы экономики не для всех, а только для тех, кто готов упорно работать и «провоцировать самого себя». Мы являемся одним из самых дорогих институтов, поэтому, когда речь идет о плате за обучение, безусловно, нужно быть готовым к некоторым тратам. Но помимо этого вы должны быть также готовы потратить время и приложить усилия (что мы, как экономисты, называем скрытыми издержками). В этом смысле, я думаю, мы относительно дешевы, если говорить о ценностях, которые вы получаете в обмен на ваши деньги, — то, что называется value for money. Типичный участник программы Стокгольмской школы экономики — это человек, занимающий руководящую позицию или позицию, которая в скором времени позволит ему занять руководящий пост. Мы обучаем генеральных директоров, а не просто специалистов.