Города для бездетных и одиноких

Сергей Сумленный
25 июля 2011, 00:00

Общемировые экономические проблемы нанесли значительный удар по системе финансирования городской инфраструктуры. О том, как поддерживать жизнь города в новых условиях и как на жизни города отражаются демографические тренды, рассказывает исследователь проблем градостроительства из Лейпцигского университета Оливер Роттманн

Фото: Сергей Сумленный
Оливер Роттманн

— Сегодня многие в России озабочены вопросом, каково должно быть соотношение городской и частной собственности в городском хозяйстве. Расскажите, пожалуйста, о немецком опыте в этой области.

— В Германии уже много лет обсуждается вопрос, где города могут находить деньги на те или иные нужды и надо ли приватизировать городскую собственность, если городское управление не может финансировать основные элементы хозяйства. Раньше это было невозможно: водоснабжение, электроснабжение, вывоз мусора воспринимались как исключительно государственные сферы деятельности. В последние годы, однако, под влиянием Евросоюза многое меняется. Речь идет о том, что город должен обеспечить наличие услуги, но не имеет значения, какое предприятие будет ее оказывать — муниципальное или частное. Многие города решили приватизировать водоснабжение, городской общественный транспорт, больницы и так далее. В большей или меньшей степени это прошло успешно, хотя и не всегда. Проблема прежде всего в том, что город теряет возможность контроля. Речь идет не об оптимизации расходов, а об общественном благе. Есть три основные характеристики городских услуг: высокое качество, достаточное количество и низкая цена. Так вот, все три не всегда могут быть легко обеспечены частным поставщиком. Поэтому в последние годы мы наблюдаем попытки городов выкупить приватизированную собственность обратно. Например, в Дрездене городские власти сначала при­ватизировали, а потом снова выкупили сети энергоснабжения. Вообще, бюджеты немецких городов в тяжелом положении. Провести приватизацию просто — и это разом приносит деньги в городскую казну. Выкупить собственность обратно сложнее. Это очень важная сегодня для Германии тема.

Есть ли еще примеры подобных продаж?

— Например, в том же Дрездене несколько лет назад власти продали хедж-фонду принадлежащий городу жилой фонд. При таких сделках стоит особо думать о том, чтобы найти стратегического инвестора, который заинтересован в долгосрочных проектах. Продажа финансовому инвестору всегда рискованна. Конечно, после продажи имущества Дрезден смог расплатиться со всеми долгами, у города сразу оказалось достаточно денег для строительства детских садов, школ и так далее. И все были рады — в том числе потому, что проданный жилой фонд составлял лишь 15 процентов от общего количества жилья в городе. Однако постепенно, через несколько лет, власти увидели, что новый инвестор не вкладывает деньги в жилой фонд, что стоимость аренды жилья пошла вверх — то есть было достигнуто совсем не то, к чему все стремились. Или другой пример: город продает электростанцию частному владельцу, и у электростанции дела идут хорошо. Но тогда город теряет регулярные доходы, с помощью которых раньше поддерживались другие сферы городского хозяйства — общественный транспорт, например. Поэтому всегда нужно очень тщательно оценивать соотношение разовых и долгосрочных эффектов подобных продаж. Недавно мы провели исследование процесса обратного выкупа бывшей городской собственности и увидели, что в первую очередь это пытаются сделать города со слабыми бюджетами, потому что после продажи имущества у них исчезли последние источники дохода.

Насколько независимы немецкие города в принятии экономических решений, например, по сравнению с федеральными землями?

— В принципе, городские власти независимы. Однако когда они попадают в тяжелое экономическое положение, земли обязаны их поддерживать — и тут города оказываются на коротком поводке земельной политики. Между тем возможности получения доходов городами очень зависят от рыночной конъюнктуры. В первую очередь города получают деньги от налогов, а налоги первыми реагируют на конъюнктурные колебания. Наконец, города имеют задолженность, и она бывает двух типов. С одной стороны, это инвестиционная задолженность, то есть кредиты, которые взяты под конкретные инвестиции, а с другой — краткосрочные кредиты, полученные для быстрого латания дыр в бюджете. Вот эти последние обычно очень дорогие, и их обслуживание оказывает серьезное давление на бюджет. Городские власти вынуждены серьезно заниматься этой проблемой, имея при этом очень малое пространство для маневра. А если федеральная земля должна поддерживать город все больше и больше, то он теряет финансовую независимость. При этом городские власти по закону обязаны обеспечивать множество социальных платежей — их они сократить не могут. Чтобы сэкономить деньги, города вычеркивают расходы на добровольные проекты: закрывают библиотеки, бассейны и так далее. А именно это в первую очередь чувствуют жители.

Тем более кажется логичным продать часть собственности. В конце концов города далеко не всегда были владельцами систем жизнеобеспечения.

— Уже во время индустриализации было понятно, что люди массово приезжают в город. Это привело к росту зависимости горожан от инфраструктуры, и так появился термин «жизнеобеспечение города». Вода, электричество, общественный транспорт. Конкуренция практически не играла тогда роли. Мысль о конкуренции развилась лишь позже, внутри ЕС. Сегодня мы говорим, что системы жизнеобеспечения города могут работать и в условиях конкуренции.

И какие из них особенно важны и уязвимы?

— Классические составные части этих систем — системы водо- и электроснабжения, общественный транспорт и вывоз мусора. Сюда также относятся сберкассы, школы, театры, дома престарелых. Но в первую очередь мы всегда говорим о сетях: вода, свет, транспорт. С экономической точки зрения интересно, что в данном случае речь идет о так называемых естественных монополиях. В области естественных монополий один поставщик может оказывать услугу лучше, чем несколько поставщиков. И тут возникает вопрос: этот поставщик услуги должен быть в городской собственности или в частной? Речь в конечном итоге идет о том, кто определяет цены. Экономическая теория говорит, что было бы лучше, если бы этот поставщик остался в общественной собственности, тогда это нужно было бы только целенаправленно регулировать. Повторю, я говорю о таких классических сферах, как вода, общественный транспорт и свет, то есть о сетях.

Но если в Германии кто-то переезжает в другой город, то последнее, о чем он думает, есть ли в этом городе хорошее водоснабжение. Куда больше люди думают о школах, детских садах и так далее.

— Это так называемые мягкие факторы. Они оцениваются иначе, чем сетевые структуры. Здесь речь идет о культурной среде в городе, об экологии, о школах и детских садах. Эти факторы тоже крайне важны для обеспечения жизнедеятельности. В Германии в этих сферах наблюдается страшный дефицит, несмотря на экономическое процветание. В бывшей Западной Германии дефицит детских садов еще больше, поскольку общественная мораль там рисовала другой идеальный образ женщины — женщины, которая проводит больше времени с семьей и детьми.

И если города конкурируют за жителей с помощью этих факторов, то как именно они привлекают новых жителей? Я знаю, что некоторые города в Восточной Германии платят приезжающим молодым людям денежные премии…

— Конкуренция между городами за фирмы и население возможна только в парах схожих между собой городов. В Германии эта конкуренция очень сильно развита. Многие восточногерманские города столкнулись с серьезным оттоком населения, в первую очередь молодых, образованных людей. Городские власти пытаются противодействовать этим тенденциям, выплачивая жителям денежные премии, компенсируя часть арендной платы и так далее. Как город вы должны всегда представлять себе, чем вы удержите население и как привлечете компании. Налоговое регулирование дает мало, потому что пространство для налогового маневра у городских властей очень ограниченно. Городские налоги составляют лишь малую часть налогообложения компаний, и, кроме того, город не может полностью отказаться от них, потому что ему тоже нужны доходы. Однако он может попытаться сделать привлекательной инфраструктуру: дороги, вокзалы и так далее. Образование и университеты тоже повышают привлекательность города, поскольку они привлекают молодых людей. Вообще, культура очень важна, некоторые города Германии, например Веймар, выросли только вокруг культурной истории.

Можно ли говорить, что в самом хорошем положении сегодня находятся небольшие города, расположенные в тени крупных, успешных городов и получающие выгоду от этого соседства?

— Подобные города, несомненно, получают выгоду от успеха соседей. Если такой город, как Берлин, успешен, то и городки вокруг Берлина автоматически чувствуют себя хорошо. В Германии есть понятие «жирный пояс»: город Эшборн под Франкфуртом-на-Майне или городки вокруг Гамбурга типичные примеры таких поясов, где маленькие города получают выгоду от соседства с большим и привлекательным центром. Субурбанизация тоже играет здесь большую роль: люди работают в крупном городе, но предпочитают жить на окраине или в сельской местности и реализовывать там свои представления о жилье.

Но, с другой стороны, жители окрестностей могут попытаться переехать в большой город, если жизнь там так хороша.

— Такая тенденция тоже наблюдается. Вообще, в Германии есть две тенденции: субурбанизация и реурбанизация. Например, семьи с детьми пытаются покинуть город и переехать в пригородные зоны. Но не слишком далеко, потому что им нужны детские сады, школы, а позднее и университеты. Одинокие же граждане и бездетные семьи переселятся скорее в город.

Часто можно слышать, что бездетные семьи и пожилые люди стараются вытеснить из своих кварталов семьи с детьми.

— Я не могу полностью подтвердить наличие такой проблемы, но действительно, Германия в последние годы не была особенно дружелюбна к детям. В крупных городах семьям с детьми всегда было сложнее найти жилье — вне зависимости от дохода, — а также совмещать семью и работу. Даже были дискуссии, не стоит ли законодательно ограничить детский шум, хотя в нынешней демографической ситуации говорить, что детский шум мешает, — совершеннейший гротеск. Однако свидетельство наличия в обществе определенных структур, отражающих демографические изменения. К счастью, в этой сфере многое сделано — и сегодня в городах можно найти дружелюбные к детям уголки: детские площадки, детские комнаты в ресторанах и так далее.

Кроме того, можно констатировать растущий спрос на небольшие жилые единицы, для одного или двух человек. Имеется тенденция в рамках капитального ремонта домов, особенно расположенных в привлекательных районах, перестраивать большие квартиры в маленькие. Это, конечно, негативно сказывается на предложении многокомнатных квартир, которые нужны семьям с детьми.

Берлин