Искусство на колесах

Мария Кравцова
17 июня 2013, 00:00

Культовая биеннале «Манифеста» доедет и до России — в 2014 году

Фото: Kristof Vrancken
Ni Haifeng, Para-Production

О «Манифесте» справедливо говорят как о «биеннале современного искусства нового типа». Сегодня, когда в мире насчитывается более 130 проводящихся раз в два года мегавыставок, именно она, кочующая «Манифеста», наравне со старейшей Венецианской биеннале и проходящей раз в пять лет кассельской «Документой» входит в число событий, которые должен видеть интересующийся искусством человек.

После стены

В 1993 году нескольким кураторам и историками искусства, среди которых были голландцы Хедвиг Фейен и Йоли ван Леувен, пришла в голову гениальная мысль сделать биеннале, которая всякий раз открывалась бы в новом месте. Эти романтики 1990-х, наследники авангардистов начала XX века, уверенных, что искусство способно изменить реальность, мечтали объединить, правда символически, посредством искусства, Западную и Восточную Европу, и говорили, что основной задачей нового панъевропейского художественного форума должно стать восстановление общего культурного поля и изучение процессов в искусстве, начавшихся после падения Берлинской стены. Но создателями «Манифесты» двигал не только политический импульс, идея во многом выросла из критики уже сложившейся художественной системы, центром которой была Венецианская биеннале, воспринимавшаяся в то время как очередная соревновательная площадка, «Олимпийские игры в области искусства», что совершенно не соответствовало идее объединенной Европы. Впрочем, прошлое было отвергнуто не полностью: одним из прототипов будущей «Манифесты» стал раздел Аperto (в переводе с итальянского — «открытый», «свободный») Венецианской биеннале — лаборатория нового искусства, где могли, не боясь кураторского диктата, работать молодые художники.

Прагматики и трендсеттеры

Породившая «Манифесту» эпоха многим сегодня кажется временем романтического энтузиазма. Однако организаторы этого художественного форума были не только романтиками, но и прагматиками. За короткий срок они сумели выстроить эффективную систему, позволяющую этой биеннале не только существовать на основе фандрайзинга, но и с достоинством выходить из самых сложных финансовых и политических ситуаций. Зарегистрированный в Голландии Международный фонд «Манифесты» занимается поиском финансирования, а ее совет — выработкой стратегий, в основе которых лежит весьма жесткий принцип взаимодействия с потенциальными партнерами. Арифметика «Манифесты» проста. Проведение биеннале в основном финансируется принимающей стороной — городом, который выразил желание принять у себя кочующую выставку, но при этом обязался не вмешиваться в выбор ее кураторов, тем и выставочную политику. В начале 2000-х городские власти обязаны были выделить на проведение форума 1,3 млн евро. Еще 300 тыс. получал фонд «Манифесты», основная деятельность которого связана с поиском дополнительного финансирования. Сейчас эти суммы корректируются обстоятельствами, неизменно одно: крупнейшими жертвователями «Манифесты» остаются голландские фонды, хотя иногда дополнительные средства удается привлечь и от местных спонсоров.

Charles Demut 052_expert_99_1.jpg Фото: Kristof Vrancken
Charles Demut
Фото: Kristof Vrancken

Первая «Манифеста» прошла в 1996 году в голландском Роттердаме, через два года она переехала в Люксембург, затем в Любляну, Франкфурт-на-Майне, Сан-Себастьян. Первая и пока единственная осечка случилась в 2006-м, когда очередная биеннале в Никосии не только не состоялась по причине конфликта между местными властями и кураторской командой во главе с американцем Антоном Видоклем, но и обернулась судебным преследованием фонда «Манифесты». Впрочем, «Манифеста» достойно вышла из этой ситуации и, укрепив свой совет опытными голландскими юристами, в обязанности которых входит предотвращение подобных конфликтов, продолжила свою деятельность. В 2008 году «Манифеста» вернулась, чтобы объединить две итальянские провинции — Трентино и Южный Тироль, в 2010-м биеннале встречала испанская Мурсия, а в 2012-м — бельгийский городок Генк.

«Манифесту» нередко называют трендсеттером в мире современного искусства, связывая с ней появление новых кураторских стратегий и выставочных форматов. Действительно, именно европейская биеннале одной из первых отказалась от использования традиционных площадок, предпочтя интервенции в городскую среду белому кубу выставочных залов, а высокомерию музеев — пространства алюминиевых заводов, какао-фабрик и даже шахт (как это было в Генке), тем самым устанавливая более прочные связи с городом и его историей. Именно «Манифеста», уйдя от авторитаризма, царившего на художественном Олимпе в предыдущее десятилетие, послужила инкубатором для новой генераций кураторов. Именно «Манифеста» стала хорошим трамплином для многих известных сегодня художников вроде Дугласа Гордона, Пипилотти Рист, Вольфганга Тильманса, Анатолия Осмоловского, Олафура Элиассона, Маурицио Кателлана и, конечно, Олега Кулика, на четвереньках в образе человека-собаки дебютировавшего на международной художественной сцене в 1996 году в Роттердаме. Наконец, «Манифеста» сыграла одну из главных ролей в выработке современных форматов невыставочных стратегий, определив стандарты исследовательских программ, семинаров и дискуссионных платформ.

Манифеста 9. Век угля. Инсталляция 052_expert_99_2.jpg Фото: Kristof Vrancken
Манифеста 9. Век угля. Инсталляция
Фото: Kristof Vrancken

В Санкт-Петербург!

Слухи о том, что «Манифеста» может пройти в одном из городов постсоветского пространства, ходили давно. Среди мегаполисов, которые гипотетически могли бы принять европейскую биеннале, в начале 2000-х фигурировала Москва, потом — Киев, а с лета 2012-го — Санкт-Петербург. Однако до официального объявления в марте этого года местом проведения 10-я юбилейной «Манифесты» Петербурга сама идея проведения в Питере международного художественного форума такого уровня и масштаба казалась смелой, а потому несбыточной фантазией. Мало кто верил в то, что консервативный музейный Санкт-Петербург готов принять панъевропейскую биеннале и тем более выделить на это финансирование, к тому же в России в середине 2000-х появились свои биеннале — Московская, которая в этом году откроется уже в пятый раз, и Уральская в Екатеринбурге. Новость о том, что 10-я «Манифеста» пройдет в 2014 году не просто в Санкт-Петербурге, а в Государственном Эрмитаже (в пространстве Главного штаба), была встречена ликованием.

Для многих альянс фонда «Манифеста» с одним из самых известных в мире российских музеев — символ того, что Россия наконец стала полноправным членом международного художественного сообщества. Однако нашлись и скептики, напомнившие, что в последнее время именно в северной (она же культурная) столице прошел ряд направленных против свободы слова и самовыражения акций — от инициированного местной властью закона против пропаганды гомосексуализма до организованных «казаками Санкт-Петербурга» эскапад против выставки братьев Джейка и Диноса Чепмен в том же Эрмитаже и спектаклей по мотивам набоковской «Лолиты».

Манифеста 9 052_expert_99_3.jpg Фото: Kristof Vrancken
Манифеста 9
Фото: Kristof Vrancken

Но директора фонда «Манифеста» Хедвиг Фейен, как, впрочем, и членов совета биеннале, во главе которого стоит известный российский куратор Виктор Мизиано, трудно испугать казаками. Говоря о том, почему совет «Манифесты» предпочел Санкт-Петербург другим претендентам — швейцарскому Цюриху и ирландскому Белфасту, — Фейен напомнил и о ключевой для «Манифесты» идее объединения Восточной и Западной Европы через искусство, и о том, что между Петербургом и Голландией существует невидимая, образно выражаясь, генетическая связь, ведь заложенный Петром I город был изначально задуман как копия Амстердама. Не смущает «Манифесту», которая на заре своего существования принципиально отказывалась от музейных стен и выставочных залов, и альянс с крупнейшим художественным музеем мира, ведь экспериментальная по своей сути биеннале не раз бросала вызов стандартным выставочным форматам и традициям. А что до возможных эксцессов, в них Хедвиг Фейен не верит, настаивая на том, что цель «Манифесты» — «создание в городе обширной интеллектуальной платформы», а не скандал ради скандала.         

Duncan Cambell 053_expert_99.jpg Фото: Kristof Vrancken
Duncan Cambell
Фото: Kristof Vrancken