Антикризисное искусство

Инга Коростылева
26 января 2009, 00:00

Нестабильность в секторе естественных монополий и на фондовом рынке заставила многих обратить внимание на альтернативные инвестиционные инструменты. В том числе на антиквариат и предметы искусства. Как вкладывать деньги в прекрасное в период глобального экономического кризиса, выяснял D’

О средних показателях доходности на рынке искусства и старины можно говорить лишь весьма условно: лучшие полотна великих мастеров или уникальные предметы прошлого стоят чрезвычайно дорого, появляются в открытой продаже крайне редко. Но именно они порой приносят своим владельцам баснословную прибыль: может выйти и 200% в год, и это не предел. Недорогие лоты дают скромные проценты — не больше 5% годовых. Средняя доходность от редких, но не раритетных предметов составляет 20%.

В условиях финансового кризиса, когда ценные бумаги, еще вчера казавшиеся вполне надежным средством приумножения и сохранения капитала, существенно потеряли в цене, неплохо получить и такую прибыль. Но результаты последних торгов ведущих аукционов Sotheby’s и Christie’s показывают, что инвесторы склонны попридержать деньги: покупателей находят в лучшем случае чуть больше половины лотов. И русские торги, традиционно проходившие в ноябре, не стали исключением. Например, топ-лот Sotheby’s — подвески великой княгини Марии Павловны, невестки императора Александра II, оцененные экспертами в $1 млн, — так и не были проданы. Не лучше дело обстоит и в сфере современного искусства: торги Sotheby’s едва добрались до половины той суммы, которую планировали выручить устроители ($125 млн вместо $200 млн). «Я думаю, что кризис повлиял на рынок искусства точно таким же образом, как и на банковский рынок, — говорит совладелец аукционного дома “Кабинетъ” Константин Журомский. — Наверняка случится и проседание цен, и сильный отсев участников». Итак, снижение платежеспособного спроса коснулось рынка антиквариата в полной мере.

Только лучшее

Кризис — время, когда инвесторы расставляют приоритеты. Годы экономического благополучия позволили ценам на искусство и антиквариат существенно вырасти, некоторые сферы откровенно перегреты. В частности, посредственные, проходные предметы дорожали порой неоправданно стремительно. Работы художников второго эшелона, интерьерные вещицы — это балласт, именно в них рынок, вероятнее всего, будет искать свое дно, раритеты же останутся стержнем стабильности, цены на них не снизятся.

 pic_text1

«В любом направлении, будь то классика, авангард или прикладное искусство, можно выделить имена, которые были и будут в цене, — объясняет Константин Журомский. — Рынок идет вниз. А работы Федора Рюкерта (выдающийся русский эмальер. — Прим. D’), к примеру, все равно дорожают. Или возьмем фалеристику (коллекционирование наград, знаков отличия. — Прим. D’): если известно, что орденом Александра Невского или Андрея Первозванного за определенный период были награждены всего 30 человек и только пять из этих наград находятся в частных руках, а остальные в музеях, то появление на рынке таких предметов — это событие, спрос на них будет всегда». На торгах Sotheby’s летом 2008 года звезда ордена Андрея Первозванного была продана за £2,7 млн, эстимейт (предпродажная стоимость) инкрустированной бриллиантами награды, датируемой концом XVIII — началом XIX века, равнялась всего £400–600 тыс. В 10 млн руб. оценили эксперты аукционного дома «Империя» комплект ордена Святого Александра Невского (первая половина XIX века) — первый предмет такого уровня, появившийся на отечественном рынке. Столь редкие вещи останутся, конечно, востребованными, однако нельзя исключать того, что ликвидность их несколько снизится: слишком дорого. С другой стороны, владельцы, если уж они решат расстаться с подобного рода сокровищами, все же смогут не снижать цену, покупатель в любом случае найдется. Такие инвестиции воистину беспроигрышны.

Дело в том, что раритетные вещи стоят дорого, позволить себе покупку может крайне ограниченный круг лиц — как раз те, кто прекрасно понимает: второй раз такой предмет может оказаться на торгах очень нескоро. Это каждый раз уникальный шанс, который очень тяжело упускать. На фоне общего снижения цен, казалось бы, можно ожидать и падения стоимости таких предметов. Но это тонкий психологический момент: наверняка найдется человек, средства которого позволят приобрести вещь без «кризисного» дисконта, — и продавец такого отыщет. Попадая в коллекцию, в течение первого года шедевр «отбивает» накрученную продавцом стоимость, а дальше начинает дорожать уже сам по себе. Продавать такие вещи не торопятся, они обычно остаются у одного владельца не годами, а десятилетиями, поэтому определить их стоимость бывает непросто, однако, попадая на торги, они обычно в три-четыре раза превышают оценку экспертов.

Но некоторые специалисты все же прогнозируют снижение показателей ликвидности даже на самые лучшие предметы. По рынку нумизматики и фалеристики кризис ударил в первую очередь, заявили Dв компании «Знакъ»: «Спрос на монеты среднего ценового сегмента, которые всегда были наиболее востребованными инвесторами, заметно упал. Тем не менее сохраняется интерес к редким предметам и, наоборот, к недорогим (до 150 тыс. руб.) монетам в хорошем состоянии. В секторе фалеристики прежний интерес (и, соответственно, цены) сохраняется только к раритетам».

Дорогу новому

В период кризиса растет интерес к тем направлениям искусства и антиквариата, внутри которых еще не достигнут ценовой потолок. Как правило, это недостаточно раскрученные сферы, интерес к которым ранее был низок по тем или иным причинам. Например, из-за недостатка предметов на рынке или из-за скудности информации по ним. «Сейчас мы замечаем растущий интерес к фундаментальной и скульптурной пластике, — приводит пример Константин Журомский. — Разыскивая новые способы вложения капитала, инвесторы неожиданно вспомнили о том, что был такой предмет дарения, как бронзовая скульптура. Раньше такие вещи заказывали мастерам с именами — полковые, ведомственные, юбилейные подношения создавались лучшими художниками и скульпторами XIX века».

 pic_text2

На рынке древнего искусства — Греции и Рима — наблюдается некое оживление: недорогие еще, недооцененные вещи находят своих инвесторов. Относительно неплохи дела в сфере букинистики. «Все больше участников рынка обращают внимание на бонны (бумажные деньги, купюры. — Прим. D’) и старинные ценные бумаги, — замечают эксперты компании “Знакъ”. — В этом сегменте рынка цены продолжат расти». Привлекает инвесторов и невысокий порог входа. Так, довольно редкий экземпляр — один червонец Банка СССР 1922 года с подписями шести членов правления Госбанка в хорошей сохранности стоит всего 16 тыс. руб., а государственную ассигнацию 5 руб. 1815 года выпуска в хорошей сохранности можно приобрести за 140 тыс. руб. Причина в том, что рынок довольно узок, ведь бумажные деньги плохо сохраняются, до наших дней их дошло немного.

Антикризисная стратегия

Кризис еще не успел существенно отразиться на стратегии продавцов и покупателей. «Владельцы по-прежнему пытаются продать предметы искусства и антиквариата по завышенным ценам, которые уже не актуальны, — говорит президент аукционного дома “Гелос” Олег Стецюра. — На самом же деле давно пора снижать стоимость, привыкать к новым реалиям. Все равно это придется сделать, но выиграет в конечном итоге тот, кто раньше других приспособится к сложившейся ситуации: нужно сбрасывать балласт, продавать часть имеющихся посредственных предметов».

Рынок падает, а покупатели стараются держать прежние планки — все это мешает инвесторам нащупать дно, выйти как раз в тот момент, когда можно совершить покупку по наиболее удачной цене, совершив «длинный» вклад. Эксперты полагают, что к февралю-марту для всех участников рынка уже станет очевидной необходимость некой корректировки цен в сторону понижения: тогда, возможно, наступит время для покупок. Аукционный дом «Гелос» планирует в ближайшие месяцы проводить торги чаще, чтобы максимально эксплуатировать покупательную способность заинтересованных лиц. Коллеги-эксперты считают этот шаг очень разумным: потихонечку распродадутся самые интересные лоты, раз от раза будет появляться что-то новое, и покупатели найдут интересные для себя предметы по привлекательным ценам: процесс привыкания к новому рынку должен быть постепенным — и будет таковым.

 pic_text4

Ситуация в целом крайне нестабильна, специалисты предупреждают о том, что делать прогнозы сегодня сложно. «Какой ценовой расклад будет в конце весны, предсказать трудно, — говорят в компании “Знакъ”. — Сейчас мы формируем коллекцию майского аукциона и в большинстве случаев просим покупателей самим определить стартовую цену предмета — весьма вероятно, что интересная редкая вещь найдет своего покупателя даже по завышенной цене, а простой материал не будет продаваться даже с существенным дисконтом».

Антикризисная стратегия на рынке антиквариата, которая будет актуальна в ближайшие полгода, заключается в том, чтобы отделять вещи, являющиеся стратегическими, от предметов случайных, вспомогательных. Простенькие интерьерные украшения не могут держать прежний уровень цен — и это не должно удивлять и обижать ни продавцов, ни покупателей.

Современное искусство в России, как, впрочем, и за рубежом — это продукт труда галеристов. Покровительство известного критика, эксперта, владельца галереи — полдела, если не больше. И кризис создал интересную ситуацию на рынке. Сегодняшние известные имена, уже раскрученные, в относительной безопасности — ведь если их уже покупали, то сами владельцы не дадут ценам и интересу упасть. Но те, кого только начали вводить, могут оказаться в невыгодном положении: неизвестно, как скажется финансовая сутолока на галеристах, чей интерес распространяется на современное искусство. В отличие от собратьев-антикваров, которые всегда богатеют в период кризиса и при любых сильных потрясениях (люди начинают распродавать свои коллекции, часто уступая в цене, а купить предметы в ситуации экономической нестабильности могут лишь люди состоятельные), приверженцы нового искусства рискуют оказаться на время не у дел.