ВТО: клиническая смерть

Андрей Кобяков
17 января 2000, 00:00

Процесс глобализации мировой экономики под угрозой

Прошедшую в Сиэтле в первых числах декабря 1999 года Третью конференцию ВТО на уровне министров торговли можно назвать беспрецедентной.

 Количество участников акций протеста против министерской конференции исчислялось сотнями тысяч. Это была весьма пестрая публика - экологи, профсоюзные активисты, крайне правые националисты, анархисты, защитники прав животных и идейные противники глобализации. Впервые за многие годы полиция в массовом порядке применяла слезоточивый газ и резиновые пули. Только в первый день в Сиэтле было арестовано более 500 человек.

И хотя далеко не все претензии у участников акций протеста совпадали, общим было мнение, что ВТО - это организация, которая не отвечает интересам простых людей, и создана она только для того, чтобы сконцентрировать власть в руках богатых стран и суперкорпораций. На многих плакатах были написаны лозунги, по-новому расшифровывающие аббревиатуру WTO: "World Takeover Organisation" ("Организация по захвату мира"). Участники протестов называли ВТО воплощением оруэлловских антиутопий. Слово "глобализация" употреблялось ими только в негативном смысле и вызывало гнев и проклятия.

Фактически встреча в Сиэтле еще до ее начала была обречена на провал. Конфликт интересов и несовместимость позиций различных сторон переговорного процесса достигли таких масштабов и накала, что решить задачу их примирения и согласования по силам было бы разве что какому-нибудь многомудрому библейскому пророку.

Сельское хозяйство

Согласно данным Cairns group (в ее состав входят 15 стран, которые в значительной степени зависят от экспорта сельхозпродукции), ежегодные субсидии сельскому хозяйству в развитых странах составляют 200 млрд долларов. Это один из наиболее серьезных барьеров в мировой торговле. Его наличие, безусловно, противоречит интересам развивающихся стран, которые в ином случае могли бы существенно поправить свое экономическое положение, расширяя экспорт агропродукции в развитые страны.

Главным объектом международной критики традиционно является сельскохозяйственная политика в странах ЕС и Японии. Однако, согласно опубликованным в журнале The Economist данным, вопреки распространенному мнению размер государственной поддержки сельского хозяйства в расчете на одного фермера в США нисколько не ниже, чем в странах ЕС. Только структура этой поддержки иная - в США львиная доля ее приходится на экспортные субсидии и другие формы поддержки экспорта агропродукции, а в ЕС - на прямую поддержку фермеров.

Страны ЕС руководствуются согласованной Общей сельскохозяйственной политикой (ОСП), причем на ближайшие годы намечено ее частичное реформирование. Однако и после этих обещаний давление США и других стран на ЕС не ослабевает, так как, по мнению международных экспертов, реформы не затронут главных принципов нынешней поддержки сельского хозяйства в рамках Европейского союза.

Известно, что наступление - лучший способ обороны. Поэтому в последнее время ЕС даже перешел в атаку на страны - экспортеры сельхозпродукции. Требования ЕС хорошо мотивированы: раз цель ВТО - способствовать установлению более свободной торговли, в центре ее внимания должна находиться именно торговля сельхозпродукцией. Поэтому ЕС намерен потребовать от США, Австралии, Канады и других стран полностью прекратить предоставление государственных экспортных субсидий, а также отказаться от практики торговли сельхозпродукцией посредством государственных организаций, таких как Австралийское управление по экспорту пшеницы. В то же время страны ЕС не намерены отказываться от прямой финансовой помощи фермерским хозяйствам.

ЕС находит полное понимание и поддержку своей позиции у Японии. Совместно с Японией была разработана концепция "многофункциональности" сельскохозяйственной деятельности. Согласно этой концепции сельское хозяйство помимо производственной функции имеет также большое значение с точки зрения экологии, защиты среды обитания, сохранения сельских ландшафтов, рекреации и т. п. Наиболее радикальные сторонники концепции, особенно в Японии, заявляют даже, что сельское хозяйство представляет собой достойный защиты культурный феномен, общенациональное и общемировое культурное достояние. Эти аргументы используются для оправдания необходимости его дальнейшей поддержки.

Есть еще один спорный аспект торговли сельхозпродуктами. Страны ЕС всячески препятствуют проникновению на свой рынок продуктов питания из США, произведенных с применением генной инженерии, и мяса животных, выращенных с помощью гормональных препаратов. По мнению представителей ЕС, такая продукция небезопасна для здоровья. Однако американцы заявляют, что научных доказательств вредности этой продукции нет, а значит, и запрет ЕС на ее ввоз представляет собой грубое нарушение правил свободной торговли.

Антидемпинговые процедуры

Остро критиковали на встрече в Сиэтле и некорректное использование антидемпинговых процедур. В основном это касалось США, а особое недовольство выражала Япония. Как известно, недавно американская администрация под давлением сильного сталелитейного лобби обвинила Россию, Японию и ряд других стран в демпинге экспортируемой в США продукции черной металлургии. И если Россия, опасаясь введения против ее компаний антидемпинговых мер, пошла на существенное "самоограничение" экспорта стали и проката в США, то Япония так и не признала справедливость выдвинутых обвинений и стала объектом антидемпингового расследования. В последние годы американцы обвиняли Японию в демпинге на такую продукцию, как автомобили, суперкомпьютеры и некоторые другие товары. В результате на японские компании были наложены многомиллионные штрафы, они на долгий срок отлучались от американского рынка и т. д.

Критики утверждают, что факт демпинга, то есть продажи товаров по ценам ниже издержек, практически ни разу не был доказан, так как американское законодательство во многих случаях позволяет не рассматривать аргументы обвиненной стороны и предоставляемые ею данные об издержках. Фактически под видом защиты от демпинга американское правительство осуществляет протекционистскую защиту своих неконкурентоспособных отраслей. Американцы же, естественно, рьяно защищают свое право на использование антидемпинговых процедур.

Инвестиции и финансы

В последние годы острые конфликты возникали при обсуждении вопросов либерализации рынков финансовых услуг и телекоммуникаций. Самый свежий пример - провал соглашения по либерализации международного рынка инвестиций.

Организация экономического сотрудничества и развития, объединяющая наиболее развитые страны мира, вела подготовку многостороннего соглашения об инвестициях. Проект имел весьма амбициозный характер, так как ставил перед собой цель полностью либерализовать всю международную инвестиционную деятельность. Особый упор делался на снятие всех существующих барьеров на пути прямых инвестиций, которые, как считается, непосредственно способствуют развитию стран - реципиентов капитала. Однако проект закончился грандиозным провалом - страны так и не смогли прийти к соглашению. Многие эксперты указали на то, что положения проекта соглашения вступают в непримиримый конфликт со страновыми законодательствами и вторгаются в ключевые области национального суверенитета.

Патентное право

Совсем недавно выявились новые аспекты торговых споров в области ныне действующих положений, связанных с международным авторским и патентным правом. Многие западные фармацевтические компании, например, стали патентовать лекарственные препараты и профилактические средства, в основе которых лежат методы народной медицины. Получается, что они, по сути дела, присваивают себе эксклюзивное право обогащаться на знаниях, полученных в других странах опытом многих поколений, причем эти страны не получают никакой компенсации. Против такого положения вещей выступили как официальные торговые представители ряда развивающихся стран, так и многие неправительственные общественные организации в развитых государствах.

Трудовые стандарты

США под воздействием прежде всего профсоюзных лобби настаивали на включении в повестку дальнейших переговоров в рамках ВТО вопросов, связанных с установлением обязательных стандартов по использованию рабочей силы. Среди них вопросы об использовании детского труда, продолжительности рабочего дня, о размерах минимальной зарплаты и т. д. Развивающиеся страны категорически отказываются обсуждать эти вопросы в рамках ВТО, заявляя, что подходящим местом для таких обсуждений может быть только Международная организация труда (МОТ). Они усматривают в этом попытку развитых стран использовать трудовые стандарты как предлог для ограничения ввоза многих видов продукции из стран третьего мира. Принятие трудовых стандартов, по их мнению, приведет к односторонней выгоде для развитых стран, которые таким образом будут защищать свои трудоемкие отрасли от конкуренции со стороны развивающихся стран.

Билл Клинтон, выступавший в роли хозяина встречи в Сиэтле, сделал несколько заявлений, которые были восприняты представителями развивающихся стран как крайне враждебные. Находясь в отеле, осажденном участниками акций протестов, Клинтон дал интервью для телевидения. Он заявил, что США будут вводить торговые санкции и применять другие меры силового воздействия против тех стран, которые не используют цивилизованные трудовые стандарты. Это заявление вызвало гнев среди торговых представителей всех развивающихся стран, многие из них пригрозили своим немедленным отъездом из Сиэтла. Министр внешней торговли Таиланда Супачай Панитчпакди, который в 2002 году займет пост генерального директора ВТО, заявил, что такая позиция США способна полностью сорвать дальнейшие торговые переговоры. Американской делегации пришлось проявить немалую изощренность, чтобы дезавуировать высказывания своего президента.

Интересы развивающихся стран

Выступая на самой конференции, Клинтон избежал повторения своих угроз. Чтобы ослабить организованное сопротивление развивающихся стран и внести раскол в их ряды, он объявил о введении нового льготного режима доступа на рынок США для беднейших стран мира. Однако комментаторы отметили, что льготы эти чисто символические, поскольку коснутся лишь группы из 40 стран, на которые приходится всего 0,5% мировой торговли. Но самое главное, что эти льготы не будут распространяться на ключевые статьи экспорта данных стран - продукцию текстильной промышленности и сельского хозяйства, что подчеркнуло анекдотичный и даже издевательский характер столь "благородного жеста". Чего стоит, например, фраза по поводу нужды беднейших стран в лекарствах: "С этого момента мы заявляем о начале применения такой торговой политики, которая должна рассеять сомнения этих стран, что им придется уехать из Сиэтла без лекарств". Как говорится, "подсластил пилюлю". Отнестись серьезно к таким заявлениям на фоне широкого применения в США антидемпинговых мер против экспорта из развивающихся стран просто невозможно. Даже нынешний глава ВТО Майкл Мур, которого считают ставленником США, отметил, что такие заявления могут вызвать у развивающихся стран сомнения в серьезности данных им обещаний учесть их чаяния и тревоги в рамках нового раунда переговоров в рамках ВТО.

На "уругвайском раунде" было признано незаконным многостороннее соглашение между США, ЕС и Японией, направленное на ограничение импорта текстильной продукции из развивающихся стран. Однако развитые страны продолжают сохранять торговые барьеры в этой сфере практически на прежнем уровне. Это вызывает понятное недовольство стран третьего мира, которые резонно усматривают здесь попытку богатых стран добиться односторонних торговых преимуществ и использовать ВТО исключительно в своих интересах. Ряд торговых представителей развивающихся стран, так же как и многие участники протестов, считает, что богатые страны используют ВТО как отмычку, позволяющую им открывать рынки третьего мира, в результате чего Всемирная торговая организация превратилась в инструмент эксплуатации и закрепления международного неравенства. Не случайно, что среди звучавших на митингах и демонстрациях в Сиэтле призывов наиболее популярным был "установить режим справедливой торговли вместо режима свободной торговли". Неудивительно, что полный провал встречи в Сиэтле большинство развивающихся стран восприняли как свою победу, как удачный пример организованного отпора попыткам богатых стран продолжать навязывать остальному миру несправедливый и однобокий торговый порядок.

Нетарифные барьеры

Наиболее богатые страны мира стремятся представить себя самыми последовательными сторонниками свободной торговли. Однако именно развитые страны наиболее искушены в возведении все более сложных и замаскированных торговых барьеров. Это могут быть санитарные правила, условия сертификации продукции, специфические технические стандарты и прочая и прочая. Но суть остается прежней - стремление защитить свой национальный бизнес и ограничить конкуренцию со стороны незваных пришельцев. Вот только один свежий пример.

Более 90% транспортных торговых потоков между Мексикой и США осуществляется по автомобильным дорогам. Но сразу после создания Североамериканской зоны свободной торговли (NAFTA) США ввели запрет на въезд на свою территорию мексиканских грузовиков сроком на пять лет. И хотя это решение было принято под сильным нажимом профсоюзов, связанных с грузоперевозками, в качестве причины была выдвинута безопасность на дорогах. Несмотря на полную готовность мексиканских властей привести лицензирование водителей грузовиков и другие нормативные процедуры в соответствие со стандартами, действующими в США, 6 января президент Клинтон заявил, что продлит на неопределенное время существующий запрет.

Политика берет верх над экономикой, это не ново. Пожалуй, самое интересное в приведенном примере то, что представители администрации США исключили возможность принятия мексиканскими властями ответных ограничительных мер против американских грузоперевозчиков, заявив, что такие меры будут являться грубым нарушением договора, лежащего в основе NAFTA. Похоже, что в международных торговых отношениях продолжает действовать принцип, в соответствии с которым прав оказывается тот, у кого больше прав.

Бедные против

Согласно социологическому опросу, проведенному в США перед встречей в Сиэтле, отношение к свободной торговле у американцев носит классовый характер. Среди семей с доходом до 20 тысяч долларов в год противников свободной торговли в три раза больше, чем ее сторонников. Сторонники либерализации торговли начинают с небольшим перевесом преобладать только в социальных группах, где семейный доход превышает 50 тысяч. Широкая же поддержка свободной торговли наблюдается лишь у самых высокооплачиваемых слоев населения.

Видимо, не случайно протекционистские настроения в США сейчас преобладают и распространены среди представителей низших и средних классов, ведь экономическая глобализация и либерализация в последние три десятилетия сопровождались социальным расслоением и усилением дифференциации доходов. При этом не только не сократился, а, наоборот, увеличился разрыв в душевых показателях ВВП между развитыми и развивающимися странами, поэтому усиление протекционистских настроений в последних также понятно.

Тупик глобализации

Содержание и сам характер встречи министров внешней торговли в Сиэтле показали, что страны в переговорном процессе руководствуются не столько стремлением к установлению свободной торговли, сколько к получению односторонних преимуществ. Впрочем, это не ново. Аналогичный вывод можно было сделать и по итогам последнего "уругвайского раунда" переговоров в рамках ГАТТ, продлившегося больше семи лет. Уже тогда комментаторы отмечали, что все участники переговоров хотели бы получить преимущества от установления новых, более либеральных правил торговли, но фактически ни один из участников не желал открывать свои рынки. Переговоры о свободной торговле свелись к отысканию компромиссов, целью которых было увязать уступки, на которые шли определенные страны, с какими-нибудь преимуществами, которые они могли бы получить взамен. Но на нынешнем этапе мнения стран о возможных направлениях либерализации и ее масштабах настолько разошлись, что в Сиэтле стороны не смогли согласовать даже повестку переговоров. Это весьма серьезный симптом кризиса ВТО и острых противоречий самого процесса глобализации. Как говорится, "низы" не хотят, а "верхи" не могут. Беднейшие страны заявили, что они не только не могут позволить себе расширить рамки либерализации, но и выступили с предложением затормозить темпы введения в действие ранее достигнутых (на "уругвайском раунде") договоренностей. Отчасти это связано с тем, что, хотя развивающиеся страны снизили барьеры проникновения в их страны промышленного импорта из развитого мира, богатые не торопятся выполнять свои обязательства по либерализации импорта из развивающихся стран, прежде всего сельскохозяйственной и текстильной продукции.

Богатые страны потерпели неудачу, уговаривая своих менее развитых партнеров не оставлять усилий на пути установления свободной торговли. Более того, они даже не сумели преодолеть все усугубляющиеся противоречия в своем собственном стане, утратив таким образом моральное право на лидерство в процессе либерализации торгово-экономических отношений.

С позиции силы

Несмотря на пафос, с которым неизменно ведутся все разговоры о принципах свободной торговли, когда доходит до дела, в богатых странах столь же неизменно торжествует прагматизм.

Развивающиеся страны и многочисленные общественные организации, провалив встречу в Сиэтле, продемонстрировали солидарный протест против лицемерия лидеров мировой экономики, их стремления к получению односторонних преимуществ и нежелания учитывать жизненно важные интересы той части мира, где проживает 80% населения планеты.

Но протест - явление во многом стихийное и эмоциональное. Куда важнее было бы осознание необходимости выработки собственной прагматичной позиции на будущих переговорах в рамках ВТО, основой которой могла бы стать совместная борьба за установление равноправного режима международной торговли и справедливых основ глобального экономического порядка. Но глубокая разобщенность развивающихся стран, отсутствие организационной воли и опыта отстаивания своих интересов в международных организациях всегда препятствовали выработке такой солидарной позиции.

Шансы установления в новом веке более гармоничного миропорядка не стоит переоценивать. Силы все же крайне не равны. Поэтому, скорее всего, историки будут с иронией писать о встрече в Сиэтле как о последнем бунте экономических луддитов.

ВТО и США: брак без любви

Всемирная торговая организация (ВТО) в 1995 году пришла на смену ГАТТ, организации, созданной на основе Генерального соглашения по тарифам и торговле в 1948 году. Сейчас в ВТО входят 135 стран и еще 30 ожидают приема.

Главная инициатива создания ГАТТ исходила от США. Менее остальных развитых стран пострадавшие от мировой войны США на тот момент были бесспорным экономическим лидером. Их доля в мировой экономике составляла 40%. Поэтому естественно, что установление режима свободной международной торговли служило интересам их экономики. Со временем стали подтягиваться конкуренты, и позиция США стала уже не столь однозначной. Америка стала все чаще применять протекционистские меры защиты, постоянно расширяя круг охраняемых отраслей.

Сейчас в США отношение к ВТО крайне противоречивое. В политических кругах наиболее горячие сторонники ВТО находятся в администрации президента. Согласно традиционному взгляду ВТО отвечает не только экономическим, но и политическим интересам США, поскольку служит инструментом глобального распространения либеральных и демократических ценностей. Однако серьезные претензии к членству США в ВТО существуют даже в президентской администрации. Недавно штаб советников президента подготовил специальный доклад, посвященный возможности США проводить выгодную для себя политику в рамках различных международных организаций. В этом докладе ВТО отведено одно из последних мест. Авторы доклада подчеркивают, что практика принятия решения в ВТО методом консенсуса и отсутствие у США права вето на решения организации затрудняют ее использование в интересах американской политики. А наличие в рамках ВТО специального независимого органа, созданного для разрешения торговых споров, делает эту организацию потенциально опасной для США.

ВТО в отличие от ГАТТ имеет значительно большие возможности обязать страны-ответчицы к исполнению своих решений. В силу этого ВТО стала популярным местом для выяснения отношений между странами - с момента образования в 1995 году ВТО рассмотрела 185 торговых споров (за всю свою 47-летнюю историю ГАТТ рассмотрела 300). В 98 разбирательствах США выступали либо истцом, либо ответчиком (ЕС - в 66 случаях). По мнению сотрудника отдела правовых вопросов ВТО Габриэля Марсо, если Всемирная торговая организация будет с такой же беспристрастностью и тщательностью осуществлять контроль над международной легитимностью торговой политики США, с какой она ныне подходит к другим странам, это может нанести серьезный ущерб американским торговым интересам.

Чтобы предотвратить это, в дело идет элементарный шантаж. За последние два-три года американские официальные лица в своих заявлениях неоднократно намекали на возможность выхода США из состава ВТО, который во многом обессмыслит само существование организации и поставит ее на грань краха.