Совсем другая Хорватия

Загреб хочет забыть Франьо Туджмана

"Я буду совсем другим, непохожим на Туджмана, - заявил сразу же после выборов новый президент Хорватии 65-летний Стипе Месич, набравший во втором туре 7 февраля 56% голосов избирателей. - Там, где он был автократом, я буду демократом, где он был националистом, я буду европейцем".

Глава Адриатической Республики (так хорваты любят называть свою страну), колоритный бородатый мужчина, получил мандат на пять лет и теперь стоит перед необходимостью выполнять свои очень смелые обещания. Среди них - сильное урезание президентских полномочий, повышение роли парламента, вступление в Евросоюз и НАТО, искоренение коррупции и организованной преступности.

Лидер не очень влиятельной Хорватской народной партии ("Народняки") Стипе Месич просит называть его "просто демократом" или, в крайнем случае, "президентом всех граждан Хорватии" (в отличие от Туджмана, именовавшего себя президентом всех хорватов). В 1994 году в знак несогласия с политикой Туджмана в отношении Боснии и Герцеговины Месич вышел из состава правящей партии ХДС (Хорватское демократическое содружество) и ушел с поста премьер-министра. До этого Месич успел побывать и на должности председателя Сабора - парламента Хорватии.

И это было далеко не первое проявление политической твердости Месича. В социалистической Югославии нынешний президент был депутатом республиканского парламента. Но после бурных событий "хорватской весны" 1971 года, вызвавших ярость и жесткие контрмеры Иосипа Броз Тито против сепаратизма, Стипе Месич два года провел в тюремных застенках. Самый пожилой из всех участников завершившейся президентской гонки, Месич хорошо помнит годы второй мировой войны и оккупации, а также освобождение своей семьи Красной Армией. Он утверждает, что неплохо говорит по-русски. Что, учитывая западные приоритеты президента, вряд ли пригодится ему в ближайшем будущем. Впрочем, МИД России, отметив глубокие демократические перемены в хорватском обществе, уже выразил надежду на расширение двусторонней Декларации о дружеских отношениях и сотрудничестве, подписанной в Москве в декабре 1998 года президентами Борисом Ельциным и Франьо Туджманом.

До сих пор Хорватия имела в Европе репутацию второго после Сербии "балканского страшилища". Авторитарные режимы Туджмана и Милошевича, сошедшиеся в кровавой схватке вокруг Сербской Краины в середине 90-х, были с большим трудом разведены международными силами. Сегодня же местные станции радио и телевидения не успевают передавать сообщения о восторженных комментариях из столиц Европы и Америки. Они начались уже после первого тура выборов 24 января и усилились после известия о том, что правительство страны возглавил лидер социал-демократической партии Ивица Рачан. Премьер уже пообещал деполитизировать и урезать полномочия силовых структур, выразил готовность решить вопрос о возвращении в Хорватию бежавших из страны сербов и сотрудничать с Международным военным трибуналом.

Уже после первого тура выборов официальный представитель Госдепа США Джеймс Рубин заявил, что Хорватия может претендовать на вступление в ряды участников "Партнерства во имя мира" уже в этом году. Несложно предположить, что за этим может последовать приглашение в подготовительные структуры НАТО.

ХДС уходит

Нынешние президентские выборы прошли в острейшей борьбе кандидатов и при высокой активности электората. Почти три четверти жителей пятимиллионной страны, обладающих правом голоса, реализовали его на выборах. Претендентов было девять, но всем было ясно, что главный приз разыграет тройка безоговорочных лидеров: яростнее других критикующий прежний режим Стипе Месич; бывший студенческий лидер и библиотекарь, 51-летний социал-либерал Дражен Будиша; соратник авторитарного хорватского президента Франьо Туджмана, медик и бывший министр иностранных дел страны 53-летний Мате Гранич. Так в итоге и произошло.

Еще осенью социологические опросы показывали огромное превосходство Гранича - за него было готово проголосовать 70% избирателей. Но в итоге он получил лишь 22% и не прошел даже во второй тур. Казавшийся прочным каркас политической организации отца-основателя независимой Хорватии стремительно разваливается после его кончины. Руководство партии превратилось в вынужденных затворников, сообщая о себе лишь в принадлежащих им пока изданиях, фактически устранившись от предвыборных разборок.

Независимые СМИ, публикуя статьи с аршинными заголовками типа "Они не поняли, что больше не владеют Хорватией", в нетерпении потирают руки, готовясь к новым скандальным разоблачениям членов семьи бывшего президента и его окружения. Первыми мишенями атак хорватских СМИ уже стали сын Туджмана Степан и супруга первого президента Хорватии Анкица Туджман. Одна из сотрудниц столичного банка сообщила журналистам о том, что госпожа Туджман положила на банковский счет 200 тысяч немецких марок, скрыв их от налогов и хорватской общественности.

Расстроенного Дражена Будишу, прошедшего во второй тур выборов со скромными 28% голосов избирателей, несколько ободрили посыпавшиеся комментарии аналитиков, что он может рассчитывать даже на общий успех 7 февраля, но только в случае, если кардинально изменит старомодную тактику предвыборной кампании.

Этого не последовало, хотя оказавшемуся вторым Будише удалось-таки набрать 44%. Как и Месич, Дражен Будиша был в гуще событий "хорватской весны", за что отсидел в тюрьме даже вдвое больше своего нынешнего конкурента на президентское кресло. Будиша прошел и искушение приближением к прежней власти: был членом кабинета министров, а также занимал пост заместителя председателя парламента. Многие в Хорватии считают его вполне лояльным политиком, ладившим с ХДС. Тем не менее на последних выборах в Сабор в начале января именно его партии в коалиции с социал-демократами Ивицы Рачана и еще четырьмя менее известными союзниками сопутствовал грандиозный успех: совместными усилиями они получили 95 из 151 депутатского кресла в нижней палате парламента.

Он развалил Югославию

В Загребе гадают над политическим парадоксом поведения хорватских избирателей, поскольку по логике вещей перед грядущими президентскими выборами Дражен Будиша имел вроде бы неоспоримое преимущество.

Возможно, избиратели решили перестраховаться и, сделав ставку на доступного, внятного "народняка" Месича, предпочли уравновесить комбинацию "парламент-президент". Чего, в общем, формально не отрицает и сам Стипе Месич, заявивший, что не будет мешать конструктивной деятельности нового правительства.

Не исключено, что избирателей привлекли заверения Месича в том, что он будет безжалостно бороться с коррупцией и со всеми атрибутами исключительных президентских полномочий, выстроенных в конституции страны под конкретного человека - Франьо Туджмана. Несмотря на безусловные заслуги первого президента Хорватии - обретение республикой независимости, международного признания и, наконец, возвращение "оккупированных" территорий Сербской Краины, его авторитарный режим уже давно вызывал брожение в хорватском обществе. Столь открыто и искренне заявлять о своем разочаровании в политическом устройстве страны, как это делал Месич, не позволял себе, пожалуй, никто другой. Хотя Месича критикуют за его отчаянный популизм: он предлагает легкие решения сложных проблем, говоря с простыми людьми незатейливыми фразами.

Неординарность своего политического поведения в новейшей хорватской истории новый хорватский президент доказывает уже не первый раз. В начале 90-х настоящим бестселлером стала его книга "Как я развалил Югославию", в которой Стипе Месич подробно рассказывает о своем назначении на ротационную должность последнего по счету выборного председателя СФРЮ. Сегодня Месич мыслит исключительно "европейскими категориями", он обещает приложить все усилия для выхода Хорватии из довольно чувствительной международной изоляции от демократической Европы, виной чему, по его мнению, была авторитарная политика Франьо Туджмана. Возможно, новому президенту не стоило так отчаянно критиковать своего партийного наставника, доверявшего ему ключевые посты в государстве.

Причины поражения Дражена Будиши аналитики видят в его примитивных, по старинке, действиях, проверенных в 1997 году. Тогда, в условиях тотального контроля за СМИ, провести альтернативную пропагандистскую кампанию на телевидении было просто немыслимо. Нынешний советник Будиши по избирательной кампании и руководитель штаба социал-демократов Здравко Томац отправился в многодневный тур по Хорватии, арендовав маленький автобус. Не имея практически никаких шансов в противостоянии с тяжеловесной идеологической машиной Франьо Туджмана, представитель социал-демократов набрал-таки 20% голосов поддержки на президентских выборах. Это казалось чудом.

И в нынешних условиях, когда большинство конкурентов и не думало выезжать из Загреба (в городе на Саве проживает каждый четвертый хорват), Будиша предпочел прежние схемы, невольно скрывшись от участия в жестких теледебатах. Да и его лозунг "Завершим 24 января" показался даже многим сторонникам весьма опрометчивым.

Обременительная Герцеговина

Еще один мощный удар имиджу Дражена Будиши был нанесен со стороны тех, от кого он никак не мог ожидать подвоха: функционеры ХДС в соседней Боснии и Герцеговине призвали голосовать за него своих сторонников. Герцеговина давно является сущей головной болью для Загреба, поскольку фактически превратилась для Хорватии в дотационный регион. Ежедневно в этот слаборазвитый край из Загреба перечисляется около миллиона немецких марок на поддержку хорватской диаспоры. В то же время в самой Хорватии каждый пятый трудоспособный житель страны не имеет работы.

Стипе Месич, обожающий говорить притчами, заявил, что "жителям Герцеговины надо научиться ловить рыбу, нам не следует дарить ее герцеговцам". На что он намекал, было ясно всем в Хорватии. И не потому, что в Герцеговине не водится рыба (14 километров морского побережья, занятого по преимуществу добротными туристическими объектами, кстати, весьма охотно наполнявшимися гостями из СССР в 80-х годах, не в счет). А потому, что самые радикальные представители ХДС, в том числе и в Загребе (а также занимающие влиятельные позиции в хорватской армии, полиции, финансовых и торговых кругах), являются выходцами из этого слишком обременительного для Хорватии региона.

По мнению западных наблюдателей, выборы в Хорватии прошли без нарушений, участники корректно относились друг к другу. Зарубежные комментаторы особо подчеркивают, что эту страну теперь уже нельзя сравнивать с Сербией, поскольку избиратели впервые отказались голосовать за правящую партию.