Привычная игра

14 февраля 2000, 00:00

Как только российские войска взяли Грозный, президент Татарстана распорядился закрыть полномочное представительство Ичкерии в Казани. Департамент внешних связей при президенте Татарстана заявил, что это "никоим образом не связано с военными действиями, ведущимися на Северном Кавказе", но никто не поверил. Просто умудренный опытом Минтимер Шаймиев понял, что продолжать "суверенные" игры с коллегой Асланом Масхадовым становится опасно.

Дружить с президентом Ичкерии официальная Казань начала давно. Сразу же после подписания мирного договора с федеральным центром Аслан Масхадов посетил столицу Татарстана, чтобы "воочию убедиться в том, что многонациональный народ Татарстана всегда понимал и разделял чаяния чеченского народа, отстаивавшего свое достоинство, честь и свободу, ибо сам Татарстан прошел тернистый путь налаживания цивилизованных взаимоотношений с федеральным центром". "Нам близки и понятны страдания чеченского народа, - сказал в ответ Шаймиев, - зло и несправедливость чинились ему на протяжении многих десятилетий, даже веков. И Татарстан готов протянуть Чеченской Республике Ичкерия руку действенной помощи в восстановлении разрушенной войной экономики, налаживании жизни".

Оказавшись когда-то в компании "неподписантов" Федеративного договора, Татарстан проявлял подчеркнутую солидарность с Чечней. Когда же пути-дороги так называемых "сепаратистов" разошлись, Татарстан сумел и из этого извлечь политические дивиденды - ведь на фоне радикально настроенной на выход из России мятежной Чечни Татарстан выглядел вполне цивилизованной, умеющей договариваться с центром автономией. Выступив же в 1995 году с инициативой обсуждения проблем урегулирования конфликтных ситуаций между федеральным центром и автономиями на международном уровне в Гааге, Минтимер Шаймиев презентовал так называемую "модель Татарстана".

В мае 1997 года две республики подписали Договор о дружбе и сотрудничестве. Тогда и было открыто полномочное представительство Ичкерии в Татарстане. Однако полноценного сотрудничества не получилось. Минтимер Шаймиев предложил федеральному центру довольно оригинальную схему помощи Чечне: Татарстан посылает в Грозный своих строителей, оплачивая их работы по восстановлению города, а Москва, соответственно, уменьшает на эту сумму налоговые отчисления Татарстана в российскую казну. Кремль на это не согласился. Татарские строители все-таки выехали в Грозный, туда же была направлены медикаменты, оплаченные из республиканского бюджета.

Чеченцы строителей похитили. Представительство Татарстана в Чечне открыто не было, поскольку гарантий безопасности персоналу Масхадов предоставить не смог. Так что дружба оказалась односторонней. Ради таких отношений рисковать расположением Москвы, действительно, не стоило. Власти Татарстана закрыли медресе Йолдыз, воспитавшее несколько боевиков и террористов, а также мечеть Иш-Мухаммат, выдворили четырех пакистанских преподавателей медресе и проводившего пропаганду члена ливанской исламской экстремистской организации "Аль-Джамаа".

Впрочем, президент Татарстана продолжает занимать особую позицию, настаивая на политических методах решения чеченской проблемы. И только что сформированный парламент республики начал свою деятельность с митинга протеста по поводу военных действия России в Чечне. Полностью контролирующий обстановку в республике, Минтимер Шаймиев оставляет без последствий призывы национал-радикалов к прямой поддержке чеченских сепаратистов и бойкоту выборов президента России.

Все это можно связать с недавними заявлениями Владимира Путина о необходимости привести законодательство республик и регионов в соответствие с федеральными законами. Для Татарстана это будет означать в том числе и утрату значительной части с таким трудом завоеванных самостоятельности и привилегий. Руководители Татарстана ненавязчиво демонстрируют центру, с какими проблемами он может столкнуться, если поведет себя слишком жестко. Во времена Ельцина такая тактика неизменно приводила к успеху.