В поисках жанра

Культура
Москва, 20.03.2000
«Эксперт» №11 (224)
Читательский спрос предопределит развитие русской литературы

Помните историю про забитый гвоздями книжный шкаф - "чтобы добро не пылилось"? Популярный поэт Е. Е. рассказывал, как в конце шестидесятых, придя в гости к известному тогда певцу М. М., увидел над его рабочим столом роскошное поясное фото: Хемингуэй с трубкой в зубах. Перехватив взгляд гостя, хозяин широко осклабился и довольно сказал: "Вот, приобрел намедни! Пошла мода актеров на стены вешать! Только не вспомню никак, в каком он фильме играл..."

Красивая легенда о "самой читающей стране в мире" исчезла вместе с СССР. Получив свободу, граждане сделали свой выбор, уткнув ноги в тапочки, а лицо - в телевизор. Средний россиянин редко читает, редко ходит в театры-музеи, редко путешествует, предпочитая мыльную оперу, развлекательное шоу и программу новостей. Теперь телевидение формирует представление о мире, создает героев, язык и стиль жизни.

Молодой реформатор скажет: тезис о нашей "суперначитанности" - не более чем ярлык, прилепленный советской пропагандой. Приходилось гнаться то за Америкой, то за Европой, вот и хвастались чем ни попадя, а на самом деле и раньше чтению предпочитали передачу "Вокруг смеха".

Пожилой патриот скажет: во всем виновата приватизация, тяжелая экономическая ситуация и повальная американизация. Кроме того, пропаганда секса и насилия, наркотики и ночные дискотеки, где вместо князя Андрея Болконского бал правит какой-нибудь Ляпис Трубецкой.

Независимый эксперт скажет: падение интереса к чтению напрямую связано с падением общего престижа интеллигенции. А заодно и всех ее ценностей: необходимости собирать библиотеку, читать классику, интересоваться только "высокодуховной" литературой и т. д. Как в песне поется - мама, я люмпена люблю.

Однако не спешите вносить читательский вид в Красную книгу - хоронить его рановато. Реальность такова: пациент скорее жив, но мутировал.

Тьма "низких жанров" нам дороже

Во многом в сложившейся ситуации виноваты любимые/ненавистные толстые журналы, имевшие 10 лет назад миллионные тиражи. Через край редакторского портфеля рвануло пожелтевшим от времени там- и самиздатом, и голодающие забыли, что надо есть, а не жрать. Но уже не могли сдержаться. Люди носились с криками: "Смотри, там то напечатали, тут это!" - и складывали эти журналы на полку. За три-четыре года накопленное в застойных пороховницах иссякло, идеи приелись, чувства выплеснулись, и новая реальность потихонечку обогнала самых отъявленных реалистов.

А читательская масса расслоилась на группы по интересам и обрела голос, вернее, разноголосицу. И проголосовала - рублем, разумеется. Зачем было тратить и без того инфляцией обесцененное на впавших в самогипноз "толстячков", когда рядом на лотках лежали Анжелики, Эркюли Пуаро и прочие хроники Амбера?

Сказался многолетний дефицит "низких жанров". Почему он возник, легко объяснить на примере классического детектива: ведь его главный герой - частный сыщик - советскому обществу был классово чужд по определению. В СССР настоящим героем должен был быть если не военный, то госслужащий. Патриарх отеч

Новости партнеров

«Эксперт»
№11 (224) 20 марта 2000
Российские банки
Содержание:
Рискованная экспансия

Качество посткризисного кредитного бума может оказаться сомнительным

Обзор почты
На улице Правды
Реклама