В Лондоне все спокойно

Павел Быков
17 апреля 2000, 00:00

Британский фондовый рынок - идеальный спусковой крючок для мирового финансового кризиса

Случившаяся в начале апреля восьмичасовая задержка начала торгов на Лондонской фондовой бирже сделала местных брокеров не в меру суеверными. Мало кто верит в официальную версию - сбой в биржевом компьютере. Широкое распространение получила легенда о "черном вертолете", который якобы появился в небе над лондонским Сити в среду 5 апреля незадолго до того, как как было принято решение задержать открытие рынка.

Существовал ли этот "черный вертолет" или нет, не столь уж и важно. В конце концов над Лондоном регулярно летают полицейские вертолеты, оберегая британскую столицу от вероятных терактов Ирландской республиканской армии, а расцветку можно и перепутать. Но то, что подобный слух взбудоражил финансовое сообщество Сити, уже само по себе показательно. Особенно если вспомнить, что предыдущий технический сбой произошел на Лондонской бирже в октябре 1987 года, аккурат перед памятным провалом американского фондового рынка.

Передача хода

Ни один брокер, аналитик или просто наблюдатель в лондонском Сити, с кем нам удалось побеседовать, ни на секунду не усомнился в том, что никакого технического сбоя на бирже не было. Задержка, по общему мнению, обусловлена желанием финансовых властей Великобритании не допустить обвала цен на фондовом рынке в качестве реакции на бурные нью-йоркские торги накануне. И хотя абсолютно надежной инсайдерской информацией на этот счет не располагал никто, мнение о целенаправленном вмешательстве вполне оправданно.

Британцы имели все основания опасаться в тот день, в среду 5 апреля, значительного снижения котировок. Только за предыдущие два дня (понедельник и вторник) лондонский высокотехнологичный индекс TechMARK-100 потерял 14% своей стоимости, а индекс телекоммуникационных компаний - 13%. После безумных торгов 4 апреля в Нью-Йорке и после снижения курса технологических акций, зафиксированного вслед за этим на азиатских биржах, и в Лондоне, скорее всего, продолжилось бы падение.

Появилась опасность цепной реакции, хорошо известной еще по временам азиатского кризиса, когда акции в Нью-Йорке падали потому, что упали в Гонконге, и наоборот. Поэтому лондонский тайм-аут пришелся очень кстати. Косвенным доказательством того, что это была сознательно выдержанная пауза, служит и момент возобновления отложенных торгов. Сессия в Лондоне началась спустя примерно час после того, как "открылся" Нью-Йорк и стало ясно, что неприятных сюрпризов больше не будет. Британцы вежливо уступили американским коллегам право самим определить глобальную тенденцию.

Еще один аргумент, который приводили собеседники "Эксперта", напрямую связан с историей о "черном вертолете". Злополучный компьютерный сбой пришелся на конец британского финансового года. В этот день обычно торги проходят очень оживленно, так как финансисты стремятся за счет реструктуризации инвестиционных портфелей сократить налогообложение. Но интереснее то, что подавляющее число британских финансовых институтов и инвесторов готовит и подает отчетность заранее, оставляя себе возможность в последний день привести реальное положение дел в соответствие с бумажным (эта "традиция", в общем-то, известна властям).

Длительная задержка торгов, не говоря уже о полной их отмене, угрожала поставить Сити в неловкое, мягко говоря, положение - огромная часть официальной отчетности оказалась бы не соответствующей действительности. Поэтому решение о переносе начала сессии, если только это действительно не был технический сбой, могло быть принято лишь очень высокопоставленным лицом, способным взять на себя всю ответственность за возможные последствия. С вероятным визитом этого лица в сердце Сити и связана одна из популярных среди лондонских брокеров версий о появлении таинственного вертолета в небе британской столицы.

Тонкий лед

Казалось бы, самое страшное позади, ситуация стабилизировалась, и теперь власти Великобритании могут перевести дух. К несчастью, это не так. Многие фундаментальные экономические показатели говорят о том, что на Британию надвигается рецессия. Кроме того, именно лондонский финансовый рынок представляет из себя идеальный детонатор для давно ожидаемого обвала на фондовом рынке США.

Во-первых, форма кривой доходности британских гособлигаций уже практически полностью инвертирована (то есть краткосрочные бумаги доходнее долгосрочных), что является весьма сильным предупреждающим сигналом о грядущем экономическом спаде. Причем степень инвертации по британским бумагам значительно выше, чем по американским госдолгам. Курс фунта завышен, по оценкам экономистов, на 30% и угнетающе действует на нефинансовый сектор британской экономики, промышленное производство падает уже третий месяц подряд. Все вместе это позволяет говорить о постепенном соскальзывании в рецессию.

Оптимисты могут возразить, что ситуация в конце 1998-го - начале 1999 года складывалась для Британии аналогичным образом, и аналитики предсказывали стране достаточно глубокий спад, которого в действительности не случилось. Но внешнее окружение Британии с тех пор сильно изменилось. Год назад экономика еврозоны еще только начинала расти, и ставки на континенте были заметно ниже британских. Ниже были ставки и в США: когда Банк Англии осенью 1998 года резко снизил стоимость кредита с 7,5% годовых до 5,25%, это все равно было больше, чем в Штатах (там ставки снизили с 5,25 до 4,75%). Иностранный капитал, привлеченный высокими ставками, помог Британии пережить спад относительно безболезненно. Сегодня континентальная Европа растет все увереннее, да и в США еще высока вероятность дальнейшего повышения ставок. Так что шансов на столь же благоприятное развитие событий, как год назад, у Британии куда меньше.

Во-вторых, как показывает исторический опыт, крупные экономические кризисы начинаются не там, где их большинство ожидает. Так, например, в 1987 году общим местом были прогнозы грядущего краха в Токио, а "рвануло" в Нью-Йорке. О том, что американский фондовый рынок перегрет, знают все, и биржевого краха ждут именно там, забывая о не менее перегретом британском рынке. Пузырь в Лондоне раздут меньше нью-йоркского, но и возможности Банка Англии по защите этого пузыря несопоставимы с возможностями Федерального резерва США.

В-третьих, европейские инвесторы, и британские в частности, далеко не столь оптимистичны в отношении перспектив "новой экономики", как американцы, а потому в гораздо меньшей степени способны сопротивляться "плохим" новостям. Наиболее циничные наблюдатели даже недавнюю историю с заработанным на интернет-акциях королевой Великобритании Елизаветой II миллионом долларов рассматривают как PR-акцию, раскрученную, дабы поддержать на рынке "быков", которые уже почти выдохлись. Таким образом, аргументы в пользу того, что в Лондоне биржевой крах может произойти раньше, чем в Нью-Йорке, выглядят вполне весомо. А его возможные последствия впечатляют.

Сценарии

В том случае, если биржевой кризис в Лондоне действительно состоится, и в том случае, если Британия вступит в фазу глубокого спада, возможны два основных варианта развития событий.

Первый сценарий - пострадает Европа. Экономический спад в крупнейшем нетто-импортере в рамках Евросоюза неизбежно ударит по экономике ЕС и по позициям евро. Негативный эффект может усилиться, если одновременно нечто аналогичное произойдет во входящей в еврозону Ирландии, чья экономика чрезвычайно перегрета (рост ВВП 8,7% в год, инфляция 4,6%) и глубоко интегрирована во внутрисоюзную экономику. В совокупности это может оказаться очень серьезным испытанием на прочность для единой Европы.

Второй вариант состоит в том, что волны от кризиса в Лондоне не просто достигнут Нью-Йорка, но и вызовут там значительные потрясения. В пользу этого сценария говорит то, какую роль играет Лондон в качестве связующего звена в трансатлантических потоках капитала. Речь идет не просто об общем значении Лондона как мирового финансового центра, но о конкретных корпоративных и капитальных связях крупнейших банковских групп США с инвестиционными домами в Британии. Только с начала этого года были совершены две крупнейшие сделки - Citigroup купила инвестиционные подразделения частной финансовой группы Schroders, а Chase Manhattan получил контроль над инвестбанком Robert Fleming. Понятно, что потери лондонских инвестподразделений самым серьезным образом скажутся на их американских владельцах. Дополнительный аргумент - та же Ирландия является основным плацдармом американских высокотехнологичных компаний в Европе.

Наконец, прослеживается еще одна интересная параллель с кризисом 1987 года. По одной очень популярной версии, тот биржевой крах был инициирован продажами американских государственных облигаций японскими инвесторами, столкнувшимися со внутренними финансовыми проблемами. Тогда крупнейшим зарубежным держателем гособлигаций США была Япония, сегодня это Великобритания.