Перелет

Александр Привалов
научный редактор журнала "Эксперт"

Принятые изменения к Закону об акционерных обществах не только ликвидируют массу старых проблем, но и создают несколько совершенно новых

В ближайшие дни Госдума должна утвердить в третьем чтении законопроект "О внесении изменений и дополнений в федеральный закон 'Об акционерных обществах'". Поскольку при третьем чтении содержательной правки не происходит, мы сочли возможным представить читателю новый закон уже сейчас - тем более что вносимые им в корпоративную жизнь изменения затронут огромное большинство субъектов хозяйствования.

Как известно постоянному читателю "Эксперта", корпоративное право и его отражение в жизни конкретных юрлиц всегда были нашей излюбленной темой. В частности, Закон об АО (и щели в нем) мы неоднократно разбирали не только с момента его вступления в силу, но и ранее - когда начали появляться предвосхищавшие закон указы президента. То ли мы отметили многие слабости закона слишком рано, то ли законодатели принялись читать наш журнал слишком поздно - неведомо. Но только теперь мы можем с законной гордостью отметить, что авторы поправок наконец-то обратили внимание на дыры в действующем законе, указывавшиеся нами еще со времен раннего Черномырдина.

Число поправок, вводимых анализируемым законопроектом, весьма велико - мы расскажем лишь о нескольких, на наш взгляд, наиболее интересных. Законодатель избрал, безусловно, достойный уважения путь обобщения правоприменительной практики и профессиональной аналитики. Говоря о проекте в целом, надо отметить, что принимаемые изменения заметно ослабляют открыто променеджерскую направленность действующего Закона об АО и повышают степень защиты интересов акционеров. Уточнен ряд положений, неясность которых порождала споры и конфликты. Ликвидированы многие дыры и неточности, позволявшие нечистоплотным управленцам и чиновникам грабить собственника. Словом, поправки к Закону об АО весьма актуальны и в целом полезны.

Беда, однако, в том, что авторы законопроекта чересчур творчески переработали некоторые из предложений по усовершенствованию действующего закона - в том числе и высказанных в разное время на страницах "Эксперта". В результате кое-где на месте прежних законодательных дыр образовались новые. О них-то мы сегодня и поговорим. И не из вредности характера, а для пользы дела.

Акции и их размещение - обновленная реальность

Пункт 5 статьи 28 начинается со слов: "Увеличение уставного капитала общества путем размещения дополнительных акций может осуществляться за счет имущества общества". Оторопь, возникающая при прочтении этих слов без контекста (сама по себе свидетельствующая о качестве нормы), частично проходит после осмысления всей статьи. Авторы имели в виду увеличение уставного капитала при сохранении процентного участия всех без исключения акционеров и бесплатно для них. Экономического смысла такое действие не имеет, однако теперь у российских обществ появляется уникальная возможность для построения защитной конструкции от враждебного поглощения.

Суть ее заключается в принятии решения об увеличении уставного капитала (скажем, в десять раз) путем дополнительного выпуска акций за счет имущества общества и размещения их по списку акционеров - зафиксированному, например, на дату проведения собрания. Срок исполнения решения оставить на усмотрение совета директоров или гендиректора. И все. Можете жить спокойно - скупка акций вашего предприятия ("Газпрома" или соседней булочной) заблокирована: ни один здравомыслящий инвестор не станет скупать акции, понимая, что в любой момент его пакет может уменьшиться в десять раз. Ведь при размещении дополнительных акций их получат "старые" акционеры, составляющие зафиксированный ранее список. Кстати, аналогичная конструкция, примененная для защиты Сахалинского морского пароходства, была описана нами в 1995 году и выдержала проверку временем.

Идем дальше. Статья 36 нового закона гласит: "Оплата акций общества при его учреждении производится его учредителями по цене не ниже номинальной стоимости этих акций. Оплата дополнительных акций общества, размещаемых посредством подписки, осуществляется по цене, определяемой советом директоров (наблюдательным советом) общества в соответствии со статьей 77 настоящего Федерального закона, но не ниже их номинальной стоимости". Напомним, что раньше при учреждении акции оплачивались строго по номинальной стоимости. Такое, казалось бы, незначительное изменение нормы закона откроет широкий простор для злоупотреблений со стороны исполнительных органов общества. Схема проста. Из крупного предприятия выделяется в стопроцентную "дочку" большой объем активов на сумму, скажем, 10 млрд рублей. Обоснование реструктуризации при этом может быть самым различным - например, для привлечения инвестиций. При этом уставный капитал новорожденной дочерней компании объявляется в сумме, которая на три порядка меньше выделенных активов. Теперь поиск "стратегического" инвестора для денежных "инвестиций" значительно облегчен: контроль над новым образованием может быть приобретен за 10 млн рублей путем покупки дополнительного выпуска акций, для проведения которого достаточно решения генерального директора материнской компании. Как тут не пожалеть, что законодатель не послушался (пока!) призывов "Эксперта" (да и не только его) каленым железом выжечь из Закона об АО (и, разумеется, не только из него) самое слово "номинал"...

Еще одно любопытное новшество содержится в статье 34: "Акция, принадлежащая учредителю общества, не предоставляет право голоса до момента ее полной оплаты, если иное не предусмотрено уставом общества". Ранее это положение закона выглядело так: "Акция не предоставляет права голоса до момента ее полной оплаты, за исключением акций, приобретаемых учредителями при создании общества". Нововведение не смертельно для вновь создаваемых обществ, но вводит для добросовестных учредителей дополнительные риски. Дело в том, что при создании общества всеми учредителями принимается, как правило, компромиссное решение об уставе, о формировании исполнительных органов и т. д. Ранее это решение гарантированно (в пределах квалифицированного большинства) действовало в течение первого года с момента создания общества, поскольку на всех возможных внеочередных собраниях акционеров учредители голосовали своими акциями независимо от их оплаты. Известно, что срок оплаты не всегда зависит от желания или поворотливости самих учредителей: внесение недвижимости или некоторых видов ценных бумаг требует дополнительной регистрации сделок с ними.

Теперь это "водяное перемирие" может быть легко нарушено (и зачастую необратимо, поскольку изменения можно закрепить в уставе) в первый год существования общества, что может быть использовано в схемах, приводящих к серьезному ущемлению имущественных прав, скажем, миноритарных акционеров самих учредителей.

Собрания - новая реальность

Очень тонкая материя - порядок созыва внеочередного собрания. В старой редакции закона она описывалась довольно постными нормами, которые скорее мешали созыву собрания по инициативе крупного акционера, чем способствовали. В этом в полной мере проявлялся дух Закона об АО - везде, где можно и где нельзя, стоять на стороне менеджера. Проведение собраний инициативными группами можно пересчитать буквально по пальцам, да и в этих считанных случаях они происходили в результате грубейших ошибок со стороны советов директоров. При этом акционеру по определению нельзя было провести это собрание, не нарушив хоть в чем-то буквы закона.

В новом законопроекте появилась следующая формулировка: "В течение пяти дней с даты предъявления требования ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора общества или акционеров (акционера), являющихся владельцами не менее чем 10% голосующих акций общества, о созыве внеочередного общего собрания акционеров советом директоров (наблюдательным советом) общества должно быть принято решение о созыве внеочередного общего собрания акционеров либо об отказе в его созыве" (п. 6 ст. 55). Новый текст законопроекта перемещает нас в реальность с принципиально иным балансом сил: акционер с 10% акций теперь и вправду способен в короткие сроки добиться права самостоятельного созыва и проведения внеочередного собрания. Пятидневный срок с момента предъявления требования - очень эффектная норма.

Однако она предоставляет неограниченные возможности для ненаказуемого злоупотребления правом созыва внеочередного собрания, поскольку созыв совета директоров - вполне инерционный процесс со своими повестками дня, рабочими материалами и планами по срокам его проведения. В некоторых обществах, например, существуют правила предоставления проектов решений совета директоров за семь-десять дней. В любом случае акционер может выбрать момент предъявления требования о созыве внеочередного собрания, когда необходимого для правомочности кворума в течение пяти дней просто не будет. Такая ситуация теперь автоматически приведет к перехвату контроля за проведением собрания акционеров со стороны миноритарного акционера. К чему это приводит, "Эксперт" показал в статье "Технология абсолютной власти" (N23 за 1999 год).

Кстати, об этой технологии. Мы с удовлетворением отмечаем, что предложенные в упомянутой статье изменения закона, исключающие злоупотребления со стороны исполнительных органов, почти полностью вошли в текст новой редакции. Почти - поскольку наиболее одиозная "дырка", связанная с простодушным упоминанием необходимых для текста доверенности "паспортных данных", законодателем опять оставлена.

В третий пункт статьи 77 было добавлено всего четыре слова, и он теперь выглядит так: "В случае, если владельцем более двух процентов голосующих акций общества являются государство и (или) муниципальное образование, обязательно привлечение государственного финансового контрольного органа". Понятно, что неопределенность термина "привлечение" оставляет широчайшее поле для злоупотреблений со стороны чиновников. Но даже не это главное. Гораздо важнее то, что Конституция РФ, статьи 1, 2, 124 и многие другие Гражданского кодекса РФ устанавливают равенство участников гражданских правоотношений. Поэтому нужно либо предоставлять право "привлекать" к определению рыночной стоимости собственные "финансовые контрольные органы" всем акционерам, имеющим более 2% акций, либо быть готовым к тому, что Конституционный суд отменит эту норму в целом.

Транспарентность - немыслимо новая реальность

Некоторые разделы новой редакции написаны безнадежно рафинированными теоретиками. Статья 80 из их числа. Суть ее сводится к простой формуле: хочешь иметь вместе с аффилированными лицами более 30% акций - извещай общество и будь готов выкупить акции остальных акционеров.

Российский бизнес сегодня имеет на вооружении такое число проверенных в боях схем сокрытия аффилированности (применявшихся и в алюминиевой отрасли, и в нефтянке, и в цветной металлургии), что писать такие благоглупости - только беса тешить. Для тех, кто в силу каких-либо причин не хочет использовать офшоры, есть, например, такая схема. Все акции (например 60%) делятся на пакеты по 20% минус одна акция и вносятся в качестве взноса в уставный капитал в три разных ООО. Сделки с отложенным платежом или репо по стопроцентным пакетам этих ООО позволяют исходному (реальному) владельцу соответствовать требованиям новой редакции Закона об АО и даже более жестким требованиям антимонопольного законодательства. Опять же - существенная экономия на транзакционных издержках перерегистрации акций у регистратора.

Наконец, для полноты картины приведем еще две нормы из нового закона. Статья 83: "Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров". Статья 91: "К документам бухгалтерского учета и протоколам заседаний коллегиального исполнительного органа имеют право доступа акционеры (акционер), имеющие в совокупности не менее 10% голосующих акций общества".

Совсем недавно "Эксперт" писал о схеме шантажа АО со стороны мелких акционеров с использованием соответствующих глав действующего закона ("Купите кирпич!", N16 за 2000 год). Поправки, с одной стороны, несколько облегчают жизнь обществ, отсекая от "информационного рэкета" совсем уж мелких акционеров, но уж зато с другой стороны, гарантируют тем же обществам полнейшую невозможность отбиться от акционера десятипроцентного. По нашему мнению, совокупность процитированных норм приведет к вынужденному повальному эксгибиционизму акционерных обществ. Само понятие "коммерческая тайна" будет использоваться только в учебниках по международному бизнесу и по истории российского бизнеса.

В этом, впрочем, есть и свои плюсы. Во-первых, технически очень сложные нормы, регулирующие обращение с инсайдерской информацией, в России просто не потребуются по причине отсутствия таковой. Во-вторых, создаваемая (не только упомянутыми в нашей статье поправками, но и всем их корпусом) реальность акционерной жизни по своей остроте и занимательности несколько приблизилась теперь к процессам банкротств предприятий, достойным зависти иных юрисдикций.

В подготовке статьи принимал участие Сергей Скляров