Только начало

5 июня 2000, 00:00

При обсуждении путинских законодательных инициатив по укреплению вертикали власти Дума проявила редкостный энтузиазм, приняв квалифицированным большинством все три документа уже в первом чтении. Но это бравурное начало лишь прибавляет загадочности всей интриге.

То, что предлагает президент, губернаторам нравиться не может по определению. Приведем только один пример. Если бы законы, скажем, в Башкирии не противоречили федеральным, то вовсе не факт, что ее президентом сегодня был бы Муртаза Рахимов. Он не смог бы с такой легкостью, как это было на выборах республиканского главы в 1998 году, снять с регистрации всех популярных конкурентов, чтобы сохранить свой пост. И как же он после этого может относиться к путинским законопроектам, по которым (если бы они действовали в те времена) он рисковал не только проиграть выборы, но даже не досидеть до конца свой предыдущий президентский срок?

Перспектива перед региональными лидерами открывается весьма мрачная, и ждать страшного конца сложа руки они вряд ли будут. Правда, зампред думского комитета по делам федерации и региональной политике Юрий Конев уверял корреспондента "Эксперта", что есть все-таки государственно мыслящие губернаторы, которые понимают, что Путин прав, но даже он признает, что таких подвижников - абсолютное меньшинство.

Путин и в самом деле заворачивает круто. Его представитель в Думе генерал Александр Котенков открытым текстом сообщает, что в МВД уже готов список из 16 человек, которыми ведомство готово заняться немедленно по лишении их сенаторской неприкосновенности. Да, сразу же последовал шквал опровержений, перемежающихся с сообщениями о том, что с генерала "сняли стружку". Однако тому, кто давно наблюдает, насколько грамотно ведет себя Котенков с такими непростыми клиентами, как думцы, трудно поверить, что его экспромт был несанкционированным. Портрет Петра I в президентском кабинете - отнюдь не случайность: со времен царя-реформатора губернаторам не приходилось так туго.

При этом инструментарий под свои цели президент готовит с запасом. Мало того, что он предлагает формировать Совет федерации без участия губернаторов, а это автоматически лишает их неприкосновенности. Он хотел бы вдобавок получить возможность самому отстранять их от должности в случае нарушения регионом федеральных законов. Самые отчаянные из губернаторов - ростовский Владимир Чуб и приморский Евгений Наздратенко - попытались было организовать лобовую атаку на президентские новации, но быстро поняли (не без посторонней помощи), что Путину их открытая фронда выгоднее - с ней легче бороться.

Второй рефлекс губернаторов на путинские новации - настроить против пресловутого пакета своих одномандатников. Однако Кремль и тут дал понять, что все эти уловки легко просчитываются. Тогда региональная элита решила отложить генеральное сражение до второго чтения, чтобы выхолостить путинское оружие своими поправками. Артподготовку, впрочем, провели уже 31 мая силами слабеющего олигарха Бориса Березовского, которому, судя по всему, терять в глазах Путина особенно нечего, а попытаться что-нибудь отыграть можно. На трибуне олигарх выглядел жалко и очень волновался. То, что Борис Абрамович переживает не лучшие времена, стало ясно даже по той легкости, с которой думцы предоставили ему слово: в иные времена они не отказали бы себе в удовольствии поиздеваться над сильным мира сего. Аргументы Березовского действия на аудиторию не возымели: за самый ненавистный губернаторам законопроект - о формировании СФ - было подано даже больше голосов, чем за все прочие (362).

Следующее слушание назначено на последнюю декаду июня, и можно не сомневаться, что оставшееся время стороны проведут в чрезвычайно энергичных маневрах под ковром. На кон поставлено слишком много, придется явить все свое искусство интриги. Причем положение президента даже более драматично. Главный его ресурс (и фактически единственный) в этой борьбе - пока еще высокая популярность у населения. Не случайно Путин так часто выезжает из Кремля, чтобы пообщаться с народом - пощупать, так сказать, пульс. Но народная любовь - продукт скоропортящийся, поэтому президент так торопится с реализацией своих задумок. Ему выгодно форсировать события, а его оппонентам, напротив, - тянуть волокиту. Что они и делают, ласково объясняя главе государства, что надо бы погодить.