Пена дней

Александр Дельфин
5 июня 2000, 00:00

Интернациональные писатели осудили российское правительство, но не российских писателей

С 22 по 28 мая в Москве проходил 67-й конгресс международного Пен-клуба. Эта неправительственная организация существует почти восемь десятков лет (юбилей через год) и являет собой что-то вроде всемирного профсоюза писателей. Эдакий литгринпис, расставивший свои флажки по всему глобусу: отделения Пен-клуба находятся более чем в 130 странах. Впервые ежегодный Пен-съезд проходит в России, да еще на рубеже веков. С одной стороны, это лестно, ведь подтверждается - хотя бы в наших собственных глазах - статус солидной литературной державы, все-таки дали миру и Толстого с Достоевским, и Солженицына с Вознесенским. С другой - интересно, особенно если учесть, что внимание интернациональных литераторов сейчас почти исключительно привлекает одна тема - Чечня. В некоторых национальных Пен-центрах всерьез обсуждалась возможность бойкота российского слета, однако прагматизм возобладал над эмоциями. Сошлись на том, что едут в гости к коллегам из российского филиала, а политика - как те белки и протеины, без которых не обойтись даже самому отъявленному вегетарианцу.

К нам едет Гюнтер Грасс

Работники пера и языка прибыли из Северной и Южной Америки, Западной и Восточной Европы, Азии, Африки и даже из Новой Зеландии и Гвадалахары - добрых шесть десятков государств плюс отдельно помеченные Абхазия, канадский Квебек, Татарстан, Курдистан. Плюс писатели-эмигранты - покинувшие свою родину кубинцы, иранцы, африканцы. Плюс более десятка почетных гостей, а среди них - совесть немецкого народа и нобелевский лауреат Гюнтер Грасс. Всего набралось около трех с половиной сотен делегатов и гостей, не считая журналистов и прочих заинтересованных граждан.

Торжественная церемония открытия мероприятия началась в конференц-зале пятизвездной гостиницы в полдень 23 мая. Гюнтер Грасс - главная звезда - выступил с горячей речью под названием "Никогда больше не молчать" (Silent Never Again). Почтенный нобелевский лауреат посчитал нужным сразу указать залу, что "конгресс проходит в стране, где сильная власть ведет войну против маленького чеченского народа", а затем призвал вспомнить прошлое и наконец извлечь из него необходимые уроки. Вся его речь была преисполнена антивоенного пафоса, а в конце Грасс сказал, что надеется на появление писателя, может, чеченца, может, русского, который расскажет миру правду, как это сделал Франц Верфель, рассказав об армянском геноциде в Турции. Таким образом, под аплодисменты интеллектуалов был поставлен чеченский вопрос, сразу отодвинувший на задний план вопросы литературы. И тактичная реплика Андрея Битова, что российский Пен-центр всегда критиковал войну в Чечне, но огульно ругать Россию - дело бесцельное, прошла не то чтобы незамеченной, а невостребованной. Дело кончилось тем, что писатели приняли резолюцию, осуждающую войну в Чечне. Конгресс Пен-клуба, сказано в ней, "призывает президента России и все компетентные органы немедленно прекратить войну и приступить к переговорам со всеми силами в Чечне", а также "выражает поддержку русскому Пен-центру, который в тягчайших условиях... отстаивает принципы гуманизма и демократии".

Говорит и показывает Москва

Чего же было больше на всемирном конгрессе Пен-клуба - политики или, грубо говоря, культуры? Я спросил у Битова, ответ был басовито деликатен: "Обычный рабочий конгресс, который проводится раз в год в той или иной столице мира. И очень важно, что Москва уравнена в правах, несмотря на все растущее штопанье железного занавеса с той стороны. Такого рода организация, как Пен-клуб, так или иначе относится к политике. Что-либо задуманное, запланированное обычно на этих конгрессах отсутствует. Обсуждается только то, что набегает за год - за год вот это набежало (чеченская война. - А. Д.)".

Я стал спрашивать всех подряд. Спектр мнений, как говорится, отразил целую гамму чувств. Дмитрий Пригов был четок: "Организация 'Пен' вообще не нацелена на разрешение творческих проблем, у нее принципиально другие цели. Все конгрессы 'Пена' обсуждают такие глобальные, общественно-политические проблемы, поэтому требовать от 'Пена' обсуждения каких-то художественных задач некорректно". Андрей Вознесенский сказал немного путано: "Конечно, это культурное явление. Ведь прежде всего здесь писатели и поэты. Я вел поэтический вечер - это было чистое искусство, для этого они, по-моему, и приехали. Ведь культура вне границ и вне перевода, все остальное - это болтовня, но говорить любые люди могут, а вот читать стихи - три часа шел вечер! - этого никто не может". Виктор Ерофеев, наоборот, был весьма четок: "Главное право писателя - это право писать, и вот как раз это почему-то не обсуждается. Мне кажется, 'Пен' в этом плане начинает загнивать".

Глухая столица

Все это было путаней салата из дерева, стекла и молока. Атмосфера муравейника: пять "круглых столов" (темы типа "Малые языки - большая литература" или "Разные режимы - общая культура"), пять комитетов - женский, писателей в изгнании, писателей в заключении и др., ассамблеи делегатов, культурная программа с экскурсиями и посещениями театров, вручение Пастернаковской премии Геннадию Айги и Пушкинской - Юрию Мамлееву, дипприемы, литвечера и прочая мишура.

Типичная фраза: "А вот, кстати, проходит Наташа, которая все это организовала". Типичная картина: куча иностранцев с биркой участника толпится перед "Рэдиссон" в ожидании автобуса, который повезет не то в American embassy, не то в дом-музей Чехова. Успеть повсюду физически не мог никто. Особенно трудно пришлось писателям из провинции.

Наталья Сучкова приехала из Вологды. Год назад на одной из литконференций она познакомилась с гендиректором Пен-центра Александром Ткаченко, подарила ему свою поэтическую книжку. А потом ей позвонили и сказали: "Мы вас поздравляем, вы стали стипендиаткой фонда Альфреда Топфера". "Мы москвичей хорошо знаем, имена на слуху, - говорит свежеиспеченная стипендиатка, - но Москва вряд ли что-то приобрела от того, что приехала провинция. Творчество есть везде, а вот момент его демонстрации происходит в основном в крупных культурных центрах. Поэтому все провинциалы рвутся в Москву. Можно было бы организовать какое-то знакомство с провинциалами, раз уж пригласили". Поэт Марина Кулакова приехала из Нижнего Новгорода: "Пришло приглашение от Пен-клуба, которое меня немного удивило, потому что я не состою в нем. Зато я состою в российском Союзе писателей, видимо, инициатива исходила оттуда. Нас засунули в Переделкино и предоставили самим себе. И почему-то вместе с нами оказалось несколько человек из Израиля. По-видимому, Пен-клуб больше политическими проблемами занимается. Нас приглашают, но никому не интересно, что мы делаем".

Предполагалось, похоже, что иностранцам будет приятно приехать в Москву, поселиться в хорошей гостинице и, не выходя оттуда, заклеймить политику российского правительства. А представителям СНГ и российской провинции просто приятно приехать в Москву. Вот москвичи и постарались.