О вреде садов и огородов

Дмитрий Гришанков
4 декабря 2000, 00:00

В российской глубинке нет рынка труда и в ближайшие годы не будет

Телевизор, радио, газеты давно внушили нам, что за пределами МКАД все из рук вон плохо. Люди получают копейки. Точнее, должны получать, потому что и эти жалкие копейки задерживают месяцами, а порой даже и годами. Что из этого следует? По сути на периферии свирепствует скрытая безработица. Люди ждут избавителя-работодателя, который наконец прекратит их мытарства.

Но это по логике, по учебнику. А в действительности все далеко не так просто. На днях мои коллеги вернулись из поездки по так называемым малым городам России (читай - райцентрам). В течение нескольких недель они знакомились с реализацией разного рода инвестиционных проектов, беседовали с теми самыми долгожданными работодателями. И те в один голос жаловались на то, что никто их, оказывается, не ждал, не ждет, и, похоже, ждать не собирается. Посудите сами. Средний доход на одного жителя - немногим более 400 рублей в месяц, наивный предприниматель уклеил весь городок объявлениями о найме на работу с зарплатой 2-2,5 тысячи рублей, и никто к нему не идет. Ни бастующие учителя, ни обманутые рабочие с менее благополучных предприятий, ни сохранившие здоровье пенсионеры.

Как же так, не могут заработать и пятисот, а две с половиной тысячи - маловато будет? Ну где, скажите, тут логика? Первое, что пришло на ум, это огромный разрыв между желаемым и возможным. Сериалы, байки родственников и знакомых о крутых новых русских сделали свое дело. Сформировался некий идеал, страшно далекий от действительности. И лишняя тысяча-другая рублей не приближают к этому идеалу ни на йоту. Вот хотя бы пример из личной жизни. Обратился ко мне родственник, с отличием закончивший экономфак областного института. Попросил помочь найти работу в Москве. Я помог разослать ему резюме в ведущие инвесткомпании, банки. И - вот удача - один из крупнейших инвестбанков сделал ему предложение. Что же молодой специалист? Отказался. Он рассчитывал долларов на четыреста, а предложили лишь триста. Я ему: мол, это же старт, испытательный срок, ты получишь уникальный опыт, потом найти работу будет проще простого. В ответ: работа грязновата, взаимозачеты всякие, прямо как в родных местах. Как говорится, комментарии излишни.

Идеалы идеалами, но ведь и жить на что-то надо. Можно сколько угодно восхищаться тем, как парень в телевизоре, сидя в белоснежном офисе с секретаршей, наморщил лоб, воскликнул: "А не заключить ли мне сделку с Шульцем!" - и тут же заработал миллион-другой. Но после этого надо поужинать, починить ботинки и проч.

И вот тут то кроется вторая, наверное, основная причина провинциальной инфантильности. Люди живут в условиях натурального хозяйства. Сами выращивают картошку, огурцы, морковку, гонят самогон и делают мебель. Покупать приходится сущие мелочи: соль, спички, муку (кстати, именно поэтому мукомольное производство невзирая на все кризисы последнего десятилетия оставалось стабильно прибыльным). Работа на полумертвом производстве изрядно способствует такому хозяйству. С одной стороны, она не очень обременительна. Ну кто посмеет ругать за уход раньше времени или прогул в пору урожая? С другой стороны, не платят - не беда. Рано или поздно заплатят, особенно если работаешь на бюджет. Это все равно что положил деньги на сберкнижку.

Не зря в свое время столько сил было положено на борьбу с подсобным хозяйством. Оно давало изрядную долю свободы от советской власти, а это никак не вязалось с генеральным курсом. Казалось бы, почти побороли, но в годы оттепели иметь огород стало незазорно, а в годы перестройки садовые участки едва ли не насильно навязывали.

И вот ситуация воспроизвелась. Только теперь садоводы и огородники свободны не от государства, а от рынка. Человек читает объявление о найме на работу и рассуждает примерно так. Буду я зарабатывать втрое больше, но ведь заставят именно работать, а не номерок перевешивать. Значит, прощай домашнее хозяйство, на него уже не останется ни сил, ни времени. А ведь я за лето одной картошки выращу столько, что никакой зарплаты не хватит. Да и работа эта новая сейчас есть, а через полгода - неизвестно.

Чтобы перебить этот мелкособственнический инстинкт, нужно предложить больше денег. Гораздо больше, чем это позволяет сделать реальная производительность труда на российском производстве. Вот и получается: для того, чтобы в российской глубинке заработали законы экономики, нужно либо инвестировать изрядные суммы в обновление технологий, либо опять вести непримиримую борьбу с огородами.