Союз меча и орала

Власть готова учитывать мнение бизнеса при подготовке новых законопроектов, требуя при этом неукоснительного соблюдения общих "правил игры" в экономике

Отказавшись от олигархического принципа взаимоотношений с бизнесом, государство пытается установить новые. Появляются первые признаки перехода от тотальной войны и индивидуальных поблажек к конструктивному диалогу о рационализации общих "правил игры" в экономике. Прошедшая в минувшую среду встреча президента Владимира Путина с крупнейшими представителями российского бизнеса еще раз доказала это.

Предыстория

Первая встреча крупного бизнеса с Путиным состоялась в июле прошлого года. Тогда поводом для общения стало преследование правоохранительными органами господ Березовского и Гусинского. Впрочем, президент тогда поломал намеченный бизнесменами сценарий беседы, заявив, что те "сами построили такое государство", им самим и отдуваться.

"Первая встреча была более стихийна, и формат ее был неожиданным для бизнеса, - вспоминает президент компьютерной фирмы IBS Анатолий Карачинский, участвовавший в обеих встречах с президентом. - Там было поднято много конструктивных вопросов, но люди серьезно не готовились, поэтому сказали то, что в первую очередь пришло в голову". В результате, по образному выражению одного из участников той встречи, "президент поменял предпринимателям памперсы".

Впрочем, вопреки многочисленным прогнозам гонения на экс-олигархов довольно быстро прекратились, а страшные предсказания о пересмотре итогов приватизации после той встречи как-то сами собой рассосались.

Спустя полгода бизнесмены почувствовали себя если и не совсем "сухо и комфортно", то гораздо удобнее. Во-первых, потому, что существенно изменился настрой президента, который теперь можно выразить приблизительно так: да, государство заинтересовано в том, чтобы в каждый момент времени брать с вас максимум возможного, но оно - в моем лице - понимает и то, что нужно постоянно заботиться о развитии этой возможности. Во-вторых, президент продемонстрировал хорошее владение всеми достаточно специальными экономическими предметами, которые были подвергнуты обсуждению, что свидетельствует, с точки зрения участников встречи, о серьезности его намерений разобраться в проблемах бизнеса.

"У меня полное ощущение, что президент все время пытается понять, что нужно делать, чтобы экономика росла, - отмечает Анатолий Карачинский. - И за период от первой встречи до второй у него виден ощутимый прогресс в понимании многих тонких вопросов. Например, налоговое законодательство. Чтобы выслушать довольно сложное выступление главы 'Объединенных машиностроительных заводов' Кахи Бендукидзе, его обсуждать, иногда возражать по сути, надо хорошо в этом разбираться. Это непростая вещь. О каждом из пяти вопросов президент имел абсолютно четкое представление, и возражал он сам, а не его помощники. Это показывает, что за то время, пока он у власти, он вник в массу проблем".

Пять тем, о которых упомянул г-н Карачинский, - это налоги, инвестиционный климат, судебная реформа, сокращение госрасходов и реформа банковской системы. Как отмечает президент ОАО "СУАЛ-Холдинг" Виктор Вексельберг, все эти вопросы были поставлены именно бизнесом, а не президентом. По каждому вопросу был выбран докладчик, при этом, как отметил один из участников встречи, "внутри себя договорились на удивление легко".

Диспозиция

Обращает на себя внимание характер представительства российского бизнеса на последней встрече с президентом. Две трети приглашенных "капитанов индустрии" - главы компаний ТЭК и металлургии, еще 20% - банкиры. При этом ни одного представителя телекоммуникационного, пивного, молочного бизнеса, динамично развивающихся торговых сетей и легкой промышленности к Путину не позвали. Мы уж не говорим об инновационном секторе экономики (один глава компании IBS при всем нашем уважении вряд ли способен лоббировать интересы всей отрасли) - за дверями Кремлевского дворца остались даже компании ВПК. Похоже, выборка ходоков к Путину - плод консенсуса между бюро РСПП и президентской администрацией - осуществлялась по двуединому критерию "мощность контролируемого финансово-валютного потока плюс доказанный лоббистский потенциал". Явно за кадром остались наиболее эффективные пласты отечественного бизнеса, определяющие его будущее в стратегической перспективе. Хочется надеяться, что на следующих встречах власть будет менее близорукой.

Разговор

Вопрос о налогах, по которому делал доклад Каха Бендукидзе, оказался одним из самых сложных, что, в общем, неудивительно. Президент сделал акцент на проблеме налогообложения нефтяной отрасли, и в первую очередь на больном вопросе трансфертного ценообразования. Суть проблемы сводится к тому, что львиная доля добываемой в России нефти поставляется в рамках вертикально интегрированных компаний от добывающих предприятий перерабатывающим, входящим в ту же компанию. При этом компании используют для расчетов свои внутренние цены, которые они существенно занижают, чтобы не платить с этих поставок оборотные налоги. Минфин, расценивая данную ситуацию как прямое уклонение от налогов, уже не первый год пытается внедрить идею оценки внутренних оборотов для целей налогообложения по рыночным ценам. Проблема, однако, в том, что Минфин еще не определился с методом расчета "рыночных" цен. По некоторым оценкам, стоимость нефти в таких расчетах должна приниматься на уровне 2,5-3 тысяч рублей за тонну, что, по мнению нефтяников, может привести к подорожанию бензина до 28-30 рублей за литр. Чтобы уладить все существующие противоречия, в начале января даже была создана специальная комиссия по проблемам налогообложения нефтяной отрасли, куда вошли представители нефтяных компаний и правительственные эксперты. Первые результаты своих обсуждений они должны представить в конце февраля, но уже на встрече с бизнесменами президент от лица власти недвусмысленно высказался за ликвидацию заниженных трансфертных цен и призвал нефтяников отказаться от других распространенных сегодня схем уменьшения налоговых платежей, назвав недопустимой ситуацию, "когда две находящиеся рядом нефтяные скважины работают примерно одинаково, но одна из них платит в три раза меньше налогов".

При этом Владимир Путин жестко предостерег нефтяников от противодействия намерениям правительства. Если "эта работа будет затягиваться на подготовительном этапе или в Госдуме, а вы люди талантливые, у вас много рычагов влияния, в том числе и на Госдуму, - обращаясь к бизнесменам, с улыбкой сказал президент, - правительство вынуждено будет увеличить вывозные таможенные пошлины на нефть".

Каха Бендукидзе в свою очередь высказал от имени бизнеса ряд предложений по совершенствованию действующего налогового законодательства. К числу предложений, на которые президент отреагировал "нейтрально" (зачастую, по оценке участников встречи, просто из-за того, что какой-то аспект проблемы оказывался для Путина новым), относится, например, предложение об отмене годичного "испытательного срока" для получения права на пользование регрессивной шкалой единого социального налога.

А вот прозвучавшее в увязке с предыдущим предложение о снижении самой планки регрессивного налога - так, чтобы льготами могли пользоваться не только самые высокооплачиваемые категории работников, президент отмел. И высказался в том духе, что, мол, вот вам стимул для повышения зарплат. (Напомним, что еще во время недавней встречи с редакторами российских изданий Путин просто "плавал" в этом вопросе.)

Проблема улучшения инвестиционного климата, о которой досталось говорить главе холдинга "Интеррос" Владимиру Потанину, обсуждалась в первую очередь в контексте совершенствования валютного законодательства.

Что касается валютного регулирования, участники встречи говорили, что норматив обязательной продажи валютной выручки в 75% пора снижать. Президент пообещал передать эти предложения в правительство (мы обсуждаем подробно этот вопрос на стр. 42). Еще одним шагом на пути либерализации валютного законодательства могло бы стать принятие новой редакции законопроекта "О валютном регулировании и валютном контроле". В ней, в частности, ограничен перечень операций, которые считаются связанными с движением капитала и, соответственно, требуют лицензии Центробанка. Например, по нашим сведениям, из списка таких операций планируется исключить лизинг.

К числу определенно поддержанных президентом идей наши источники отнесли предложение бизнеса о замене разрешительной системы вложения капиталов за рубежом системой уведомительной. "Для меня уже это революция!" - так оценил отношение Путина к этому вопросу один из участников встречи.

"Если высказанные во время встречи идеи по упрощению валютного регулирования и улучшению инвестиционного климата будут реализованы, то для хай-тека это станет очень важным стимулом, - отмечает Анатолий Карачинский. - Нам надо финансировать разработки. Хотя это, конечно, не такие большие деньги, как заводы строить, но это деньги, которые имеют существенно больший уровень риска. Если инвестклимат станет у нас лучше и масса валютных ограничений будет снята, то хай-тек будет развиваться".

По словам наших источников, президент также поддержал высказанную от имени бизнеса главой "Альфа-групп" Михаилом Фридманом идею создания двухуровневой судебной системы, на втором уровне которой располагается сразу кассационная инстанция. Таким образом, из структуры судебных органов должна быть изъята апелляционная инстанция, поскольку, как считают предприниматели, апелляционные суды сейчас так же несвободны от региональных властей, как и суды первой инстанции.

Что дальше

По словам участников встречи, президент намерен созвать специальное совещание с участием представителей правительства и своей администрации, на котором будет еще раз "прокручено все, что обсуждалось". После чего, вероятно, состоится еще одна встреча (ее формат пока не определен) с инициаторами этих предложений - чтобы решить "кто именно и что конкретно должен делать".

А потом начнется самое сложное - реализация предложений бизнеса. "Проблема в том, что внесение поправок в законодательство - это компетенция правительства, а не президента, - отмечает Виктор Вексельберг. - А механизм обсуждения наших предложений с правительством не создан, и никаких действий по созданию такого механизма пока не предпринимается".

Впрочем, возможны и другие пути реализации предложений бизнеса. "Власть создала каналы общения с бизнесом, которых раньше не было, - отмечает Анатолий Карачинский. - Есть, например, Совет по предпринимательству при правительстве, который возглавляет премьер Михаил Касьянов и который довольно эффективно работает. Мы там обсуждаем самые больные вопросы, и все пытаются понять, как их решить. Не всегда это удается, сложные бывают истории. Но подход вдумчивый, надо отдать должное".

В подготовке статьи принимали участие Екатерина Дранкина и Елена Рыцарева