От Молдавии к Молдове и обратно

Искандер Хисамов
5 марта 2001, 00:00

Наш ответ Бжезинскому

Двадцать пятого февраля в Молдавии состоялся референдум по внешнеполитическому курсу страны. 49,93% избирателей положительно ответили на вопрос: хотели бы вы, чтобы Молдавия вернулась в состав России? 13,39% проголосовали за сбалансированную политику, при которой сближение с Евросоюзом не мешает укреплению равноправного политического и экономического сотрудничества с Россией. 8,31% высказали пожелание как можно быстрее объединиться с Румынией и вместе вступать в ЕС и НАТО. Остальные 28,37% затруднились с ответом.

Этот референдум назывался досрочными парламентскими выборами. Первый вариант ответа предложила Партия коммунистов Молдавии (ПКМ) и теперь ликует. Центристский блок "Альянс Брагиша" (Думитру Брагиш пока еще премьер-министр) выступал за сбалансированную (между Россией и Западом) политику и потерпел, как видим, сокрушительное поражение. За третий выход ратовала прорумынская Христианско-демократическая народная партия (ХДНП) - бывший Народный фронт. Целый ряд промежуточных вариантов, предложенных другими партиями, избирателями был отвергнут, эти партии не получили требуемых 6% голосов и в парламент не прошли.

Безусловно, не только отношение к России отличает молдавских коммунистов от центристов и тем более от крайне правых христиан-демократов. Все они имеют какие-то свои мнения по поводу устройства жизни в стране, какие-то социальные идеи и экономические концепции. Но это все в глазах избирателя уже ничего не значит. Никакие реформы, никакие концепции не помогут вытащить Молдавию из ямы, и остается рассчитывать только на помощь извне.

Розовый аист

В новом парламенте Молдавии коммунисты имеют 71 голос из 101. Это дает им возможность сформировать правительство, избрать президента страны, проводить любые решения - вплоть до поправок в конституцию - без согласования с другими фракциями. "Альянсу Брагиша" и ХДНП досталось соответственно 19 и 11 мест. Таким образом, заручившись поддержкой менее половины избирателей, коммунисты получили квалифицированное большинство в парламенте - свыше двух третей.

Российским гражданам такая ситуация знакома: победители в виде как бы бонуса получили голоса неудачников, не прошедших квалификационный барьер. Партия возрождения и согласия экс-президента Молдавии Мирчи Снегура и Демократическая партия председателя пока еще действующего парламента Дмитрия Дьякова были близки к тому, чтобы пройти в парламент. Партии Снегура для этого не хватило всего полутора тысяч голосов (0,28%), а демпартии - 0,95%. Между прочим, именно эти партии год назад были инициаторами повышения порога для проведения депутатов в парламент с 4 до 6%. Тогда они голосовали за это изменение в кодексе о выборах, чтобы преградить путь в новый парламент основному конкуренту на правом фланге - Христианско-демократической народной партии. За что боролись, на то и напоролись, а ХДНП - все равно в парламенте.

Партия коммунистов Молдавии намерена придать русскому языку статус государственного, ввести двойное гражданство и войти в Союз России и Белоруссии

Политиком номер один в стране мгновенно стал лидер коммунистов Владимир Воронин, отодвинув в тень и президента Петра Лучинского, и премьера Думитру Брагиша. В ближайшие дни состоится пленум ЦК ПКМ, который и решит главные кадровые вопросы страны. Пока же все напряженно слушают заявления Воронина. Сразу после выборов он подтвердил линию партии на всемерное укрепление связей с Россией и СНГ и объединение на взаимоприемлемых условиях с Приднестровской Молдавской Республикой, намерение придать русскому языку статус государственного, ввести двойное гражданство и войти в Союз России и Белоруссии. Видимо, эти вопросы Владимир Воронин обсуждал с президентом России Владимиром Путиным, который принял его в Москве незадолго до молдавских выборов.

"Молдавия обречена войти в этот союз, - подчеркнул он в интервью одному из российских телеканалов. - Вся Европа объединяется, а мы - бывшие советские республики - стоим порознь и ждем подачек от Запада. Это ненормально. Что касается объявления русского языка государственным, то приднестровский конфликт в Молдавии начался именно с перекосов в языковом вопросе. Думаю, этот шаг облегчит урегулирование приднестровской проблемы".

Воронин отметил, что "коммунисты намерены сотрудничать с другими партиями и здоровыми силами в обществе в формировании органов власти и будут привлекать в руководство страны профессионалов". По этой фразе и некоторым другим сведениям наблюдатели сделали вывод, что центрист Думитру Брагиш может сохранить свой пост и в новом правительстве. Тем более что через два дня после выборов на пресс-конференции в Кишиневе Воронин заявил, что "Партия коммунистов Молдавии не собирается менять экономическую систему и возвращаться к государственно-административной системе управления" и "никому не позволит влезать в деятельность Национального банка и коммерческих банков, являющихся кровеносными артериями молдавской экономики".

Таким образом, за молдавские банки, равно как и за почту и телеграф, беспокоиться не следует. Коммунисты их брать не собираются. Символ Молдавии - белый аист - только слегка порозовел.

"Молдавия сегодня получает возможность найти новое измерение своего существования на постсоветском пространстве, - сказал в беседе с корреспондентом 'Эксперта' директор политических программ российского Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) Андрей Федоров. - С одной стороны, повышаются шансы на разумное решение приднестровской проблемы, с другой - есть возможность восстановления в полном объеме экономических связей с Россией со всеми вытекающими позитивными последствиями. Однако проблема присоединения к Союзу России и Белоруссии не может быть решена безболезненно. Она потребует серьезной внутриполитической дискуссии, так как этот шаг означает кардинальную смену вектора развития страны.

Состоявшееся возвращение коммунистов к власти прежде всего имеет под собой экономическую основу - недовольство народа своим материальным положением. Если компартия Молдавии (будучи в реальности социал-демократической организацией) сумеет поднять уровень жизни, то за этим можно будет проводить практически любые политические решения. Если политика встанет впереди экономики, то в Молдавии возможен новый кризис. Воронин однозначно ориентирован на диалог и сотрудничество с Россией, и при этом он не будет создавать Москве тех проблем, с которыми она сталкивается в отношении белорусского президента Александра Лукашенко".

Не Дэн Сяопин

Когда Владимиру Воронину напоминают о предвыборном лозунге "Коммунистов - в парламент, Воронина - в президенты", он скромно отвечает, что это только лозунг, сам он не считает пост руководителя слабой и обнищавшей страны слишком заманчивым. "Мне больше нравится роль Дэн Сяопина", - как-то неосторожно высказался он. Понятно, что Воронин имел в виду такую позицию, при которой он бы принимал главные решения, не будучи официальным руководителем. Однако, упомянув имя отца блистательных китайских реформ, лидер молдавских коммунистов невольно спровоцировал нынешних и, главное, будущих аналитиков на сравнения и параллели. Дэн Сяопин делал ставку на собственные силы и внутренние резервы китайского общества. У Воронина теоретически могут обнаружиться таланты Дэн Сяопина, но у него, точно, нет тех внутренних резервов, которые были у Китая.

Если в России продолжится экономический рост, тяга многих стран СНГ к объединению с ней усилится

Одному российскому "Газпрому" Молдавия должна два национальных годовых бюджета. За десять лет эта бывшая советская республика опустилась на грань физического выживания. Вся более или менее стоящая промышленность осталась в сепаратном Приднестровье, источники энергии - в России, рынки сбыта винодельческой продукции - там же. Десятки тысяч молдавских мужчин батрачат по всей Европе, десятки тысяч молдавских женщин... словом, тоже по всей Европе.

В начале независимости, когда Молдавия пыталась заставить Россию называть себя почтительно Молдовой, многим там казалось, что через братскую Румынию они легко шагнут в Европу и там уж заживут как люди. Вдохновлял пример Португалии, которая до вступления в Евросоюз по уровню жизни находилась никак не выше советской Молдавии. Кстати, почему-то именно в Португалии сегодня особенно много гастарбайтеров и проституток из Молдавии.

Однако скоро выяснилось, что и Румынию-то Евросоюз брезгливо держит за порогом, а уж молдаванам и вовсе не убедить Запад в своей геополитической, экономической или хотя бы идеологической нужности. Трагедия молдавского народа - это трагедия всего бывшего советского народа. Советский Союз был империей только в отношении Прибалтики. Только Прибалтика всерьез хотела независимости, только она ее заслужила и только она сумела с этой независимостью совладать. Все остальные слишком долго жили вместе, слишком вросли друг в друга. Жить врозь и собственным умом они пока не могут. Оказалось, что все они - пока еще - нужны только друг другу, и больше никому на свете. Окружающий и так много поначалу обещавший мир опутал всех бывших советских братьев долгами, поматросил и бросил. Сегодня одни делают вид, что чрезвычайно довольны своей свободой и вот-вот приступят к благоденствию, а другие даже делать вид не в силах.

То, что творится сейчас на Украине, есть отражение мучительного внутреннего раздрая между ощущениями самостоятельности и несостоятельности. Страны так называемого Евразийского союза - помимо России в него входят Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан, а также примыкающая к нему Армения - просто настаивают на передаче хотя бы части своего непосильного суверенитета России. Миллион гордых жителей Грузии (пятая часть всего населения) зарабатывают свои деньги на территории России, и именно эти деньги составляют материальную основу существования этой страны. Пожалуй, только Азербайджан, Узбекистан и Туркмения - благодаря сочетанию хороших природных ресурсов, крепкого исламского фактора и жесткой власти - готовы пройти точку, за которой повторный брак с Россией невозможен. Да и тут все очень зыбко.

Иго Москвы

Но все эти рассуждения лишены смысла без ответа на главный вопрос: а что Россия? 28 февраля в International Herald Tribune появилась статья Стивена Эрландера под заголовком "Заявления Путина о российских интересах пугают страны бывшего восточного блока". Он пишет, что жителей этих стран "беспокоят действия российского президента Владимира Путина, который не просто говорит о воссоздании империи, но и движется в этом направлении, несмотря на многочисленные проблемы внутри страны". Утверждений о том, что ближнее зарубежье является частью российской сферы влияния и остается стратегически крайне важным, "достаточно для того, чтобы расстроить тех, кто жил когда-то под игом Москвы, а действия Путина в таких странах, как Украина, Грузия, Молдавия и Азербайджан, повлияют на будущее отношений Запада и Востока. Кроме того, они делают проведение очередного этапа расширения НАТО более неотложным... Альянс остается основным сдерживающим фактором для будущей российской экспансии".

"Ничего не сделал, только вошел" - так, кажется, причитал товарищ Саахов, получив подносом по голове. Достаточно было нескольких весьма скромных по меркам США и НАТО заявлений о наличии у России своих национальных интересов вовне, чтобы они там перепугались и стали размахивать руками. Как бы кто ни говорил, а именно Россия была инициатором Беловежских соглашений. Именно Россия поговаривает сегодня о выходе из СНГ и вежливо осаживает наиболее активных интеграторов из числа соседей, хорошо понимая, что платить за все придется ей, а она не может пока.

Если бы выборы в Молдавии происходили, скажем, сразу после августовского кризиса 1998 года, коммунисты с лозунгами объединения с Россией, думается, не получили бы и четверти голосов. По мере экономического роста России желание соседей вернуться под "иго Москвы" тоже будет горячеть. На демократических выборах в этих странах, как сегодня в Молдавии, станут уверенно побеждать сторонники скорейшей и всеобъемлющей интеграции. А если у нас не будет роста, то они не станут побеждать и не захотят дружить. Таким образом, единственным препятствием в реализации мерзких планов Збигнева Бжезинского является экономический рост России. Напомним, что этот человек предлагал, в частности, отделить Россию от Западной Европы двойным санитарным кордоном из недружественных стран. Первый кордон - страны бывшего соцлагеря, второй - бывшего СССР.