Свободный оцифрованный звук

Марина Шпагина
5 марта 2001, 00:00

Гиганты звукозаписывающей индустрии скорее всего добьются закрытия интернет-компании Napster, обвиняемой в нарушении авторских прав. Однако сами они уже готовы использовать интернет-технологии

"Американский суд закроет американский dot-com по иску пяти других американских же компаний. Да какое до всего этого дело остальному миру! - журналисты Time поднимают на смех попытку Ассоциации звукозаписывающих компаний США (RIAA) остановить пиратское распространение музыки, добившись закрытия интернет-компании Napster. - Если разместить аналогичный сервер в какой-нибудь Тихуане на островах Карибского бассейна, все это правосудие будет бессильно".

"Отлично, - парирует в Wall Street Journal глава RIAA Хилари Розен. - Вы за свободное распространение файлов в Сети? Так давайте попросим Napster разрешить распространение текстовых файлов. Пусть пользователь получит статьи напрямую - зачем ему ходить на эти огромные тормозные сайты и смотреть бесконечную рекламу, ему же нужна информация, а не платные архивные службы. Мы организуем такую службу на нашем сайте и будем получать прибыль, хотя бы в качестве роста популярности. Пока все журналы не задохнутся от недостатка посетителей и средств... Все, кто обладает этой технологией, - пожалуйста, присылайте ее нам. Только не думайте, что мы вам за нее заплатим, - мы же отдаем интеллектуальные ценности даром, так сделайте и вы так же".

Бесконечная судебная тяжба между интернет-компанией Napster и крупнейшими американскими звукозаписывающими компаниями и их ассоциацией RIAA входит в завершающую стадию. Мы еще не знаем, какое решение примет 2 марта последняя судебная инстанция, в которую обратилась Napster, пытаясь отстоять свое право на существование. Вероятнее всего, ни обещание Napster выплачивать звукозаписывающим компаниям по 1 млрд долларов в год в течение последующих пяти лет, ни союз с Bertelsmann и TVT, ни широкомасштабная общественная кампания в ее поддержку не окажут на суд влияния. Napster должна либо перестать позволять своим пользователям распространять музыку, принадлежащую звукозаписывающим компаниям, либо закрыться. Первое невозможно...

Проблема Y2K

Звукозаписывающая индустрия так явно столкнулась с проблемой охраны интеллектуальной собственности в Сети в силу массовости рынка, легкости перевода данных из одного формата в другой и укоренившейся уже привычки пользователей это делать, да и просто в силу ряда субъективных факторов (ну интересно было Шону Феннингу по прозвищу Napster написать для своих друзей программу обмена музыкальными файлами). Однако она была не первой отраслью, которой пришлось бороться с повальным пиратством. Первыми были производители программного обеспечения.

Они по определению внедрены в Сеть и во многом сами спровоцировали этот процесс, но внутри программной же индустрии родилось и первое возможное решение проблемы: автор операционной системы Linux Линус Торвальд десять лет назад начал бесплатно распространять разработанное им ПО, более того, самая "секретная" часть - ядро программы - оставалась "открытой", что означало возможность для любого способного программиста развивать систему и писать для нее прикладные программы. Сейчас в мире насчитывается более 15 млн пользователей Linux, их число удваивается чуть ли не ежегодно, и, возможно, эта операционная система будет выбрана правительством Китая как основная для страны. Компания Торвальда Red Hat зарабатывает неплохие деньги на консультациях, продаже "коробочных" вариантов своих продуктов. Однако богатство Билла Гейтса Линусу Торвальду пока только снится, что вряд ли обрадует тех, кто решится идти его путем.

Первое возможное решение проблемы беззащитности интеллектуальной собственности в эпоху Интернета предложил автор одной из самых популярных операционных систем Линус Торвальд. Он распространял созданное ПО бесплатно

Для индустрии звукозаписи, если говорить именно об индустрии, а не об авторах музыкальных произведений, этот путь сейчас вообще неприемлем, поскольку ставит под угрозу не просто эффективность той системы авансов-контрактов, которая складывалась десятилетиями, но и само существование нынешней инфраструктуры отрасли, на создание которой потрачены очень большие деньги.

Смена технологий и форматов, в которых музыка предлагалась пользователям, до сих пор ни разу еще не представляла угрозы этой инфраструктуре, компании звукозаписи лишь укрепляли свои позиции на рынке. Валики для фонографов сменились грампластинками, те - винилом, виниловые пластинки были вытеснены кассетами, кассеты - компакт-дисками. Каждый раз пользователь, которому предлагалось все более качественное звучание, в конце концов отказывался от накопленных записей и покупал многое из того, что уже имел, но на новых носителях (вам не приходилось избавляться от десятков кассет, купив то же самое на CD?). Каждый раз стоимость тиражирования музыки все снижалась, а прибыли звукозаписывающих компаний росли. Колоссальные системы дистрибуции и оптовой и розничной продажи работали без устали, пополняя бюджеты звукозаписывающих компаний, пока в отлаженный механизм не попала наконец песчинка. Превращенная в цифры музыка может размножаться бесконтрольно и распространяться через Интернет беспрепятственно, высокие темпы роста Сети все больше сужают возможности контроля за отчислениями владельцам музыкальных произведений. Инфраструктура индустрии может остаться просто не у дел.

Кто музыку заказывает

"Мы выиграли вчистую", - заявила глава RIAA Хилари Розен после того, как Девятый окружной апелляционный суд поддержал почти все аспекты судебного решения, вынесенного против Napster судом низшей инстанции в июле прошлого года. Но RIAA играла не по правилам.

Якобы "техническая" поправка к закону об авторских правах, пролоббированная RIAA в конгрессе США осенью 1999 года, определила, что создание музыкальных произведений, авансированное звукозаписывающими компаниями, есть "работа по найму". Иными словами - на условиях, аналогичных тем, что у нас приняты в отношении произведений, созданных в рамках "служебного задания". Небольшая поправка, внесенная в закон даже не конгрессменом, а помощником, максимум прав которого заключался в том, чтобы исправить в законе орфографические ошибки, привела к тому, что музыканты потеряли возможность вернуть себе авторские права на записанные ими произведения даже спустя 35 лет, после истечения контракта. И даже расторгнув договор с компанией звукозаписи или объявив о своем банкротстве, они все равно не смогут вернуть себе авторство.

Музыканты, к сожалению, спохватились слишком поздно. "Когда вы посмотрите на указание об авторских правах на компакт-диске, вы увидите, что они принадлежит RCA Records или Atlantic Records, - говорит рок-звезда Кортни Лав. - На книге же будет написано, что-нибудь вроде ©'Сьюзен Фалуди' или © 'Дэвид Фостер Уоллис'. Авторы книг лицензируют свои произведения издателям, когда контракт закончится, издатель вернет им их права. Звукозаписывающие компании получают права на наши произведения навсегда".

Смена технологий и форматов, в которых музыка предлагалась пользователям, до сих пор ни разу еще не представляла угрозы компаниям звукозаписи, каждый шаг лишь увеличивал их прибыль. А вот превращение музыки в цифры оказалось дли них опасным

Поскольку мало кто из музыкантов имеет возможность работать без аванса со стороны музыкального издателя (см. "Забавная математика от Кортни Лав"), авторы произведений оказались просто-напросто лишенными иных источников доходов, кроме роялти от продажи CD, выпущенных в рамках "работы по найму", которые они получают от компаний грамзаписи.

Но RIAA утверждает, что распространившиеся программы типа Napster сильно испортили конъюнктуру рынка и даже привели к падению продаж компакт-дисков, которое - отличное доказательство - стало особенно заметным в магазинах, расположенных возле наиболее "напстеризованных" школ и университетов. Раз продажи компактов падают, то музыканты недополучат своих авторских отчислений, убеждает ассоциация.

К сбору предъявляемых суду и общественности доказательств вредоносности Napster ассоциация подошла очень серьезно, заказав известным научным центрам целый ряд исследований и специальных опросов, многие из которых можно найти на сайте ассоциации. Однако, если не полениться и почитать их, выясняется, что RIAA зря так уж козыряет этим отчетами.

Взять, к примеру, труд, подготовленный Майклом Файном, шефом исследовательской компании SoundScan, среди клиентов которого CBS News, The Washington Post, Ameritech, NYNEX и AT & T. Файн приводит следующие относительные данные о динамике продаж CD: в первом квартале 2000 года по сравнению с первым кварталом 1997 года общие продажи выросли на 18%, продажи в магазинах, расположенных недалеко от школ, выросли на 1%. В магазинах возле тех школ, где замечены пользователи Napster, они упали на 12%, а там, где "напстеризация" особенно высока, - сократились на 13%. Впечатляет? А теперь абсолютные цифры: было обследовано 3,5 тыс. школ и 2,1 тыс. магазинов, из них подверженными зловредному влиянию Napster оказались всего 67 школ и 48 магазинов, то есть 2%. Продажи в этих магазинах составляют 0,33% от общего числа проданных компакт-дисков. Майкл Файн оставляет сей факт без комментариев.

Или другое солидное исследование, подготовленное Деборой Джей, доктором философии и президентом Field Research Corporation, исследовательской компании, специализирующейся на опросах. Оно содержит данные о том, как студенты, пользующиеся Napster, относятся к покупкам CD: 13% опрошенных заявили, что стали теперь покупать меньше компакт-дисков, но в то же время 31% отметили, что пользование Napster позволило им лучше определиться с выбором, какие именно диски покупать, и подтолкнуло к покупке. И чем активнее были пользователи программы, тем больше оказалось среди них "выбирающих". Иными словами, эти студенты - просто меломаны, а значит, они все равно будут тратить много денег на покупку музыки.

Выступая в споре с Napster от имени музыкантов, RIAA грешит против истины. Весь лоббистский потенциал Ассоциации звукозаписывающих компаний направлен исключительно на защиту их интересов. Протолкнув поправку к закону об авторских правах, компании получили весьма солидную прибавку к своему и так не маленькому бюджету. Понятно, что они будут стеной стоять в борьбе против Napster и ей подобных: любая попытка музыкантов собрать деньги, производить и продавать музыку минуя звукозаписывающие компании - для них угроза. А если Napster или кто-то еще попытается стать платной музыкальной службой, взимать со своих пользователей деньги и каким-то образом распределять их среди музыкантов - то это угроза вдвойне.

Кстати, юристы Napster, вероятно, это прекрасно понимают. Думается, компания могла бы собрать сведения о том, произведения каких авторов пользуются в системе наибольшим спросом, и рассчитаться с ними за непроданные диски. Но отступной миллиард был предложен Napster не музыкантам, а владельцам прав на музыку - компаниям звукозаписи. Даже если бы случилось невероятное и RIAA согласилась пойти на мировую на этих условиях, музыканты ничего не получили бы.

Машинам все равно

Закроет американский суд Napster или нет - все равно. Ликвидация этой компании никоим образом не решает проблему охраны интеллектуальной собственности в эпоху Сети и цифровых технологий. Потому что на смену Napster придут программы типа Gnutella, которые позволяют пользовательским компьютерам связываться между собой напрямую (по технологии peer-to-peer, равный-с-равным), таким образом, файлы будут распространяться вообще без посредничества центральных серверов, которые могут быть закрыты решением суда.

Gnutella была создана Джастином Франкелем, основателем компании Nullsoft, затем купленной AOL вместе со всеми своими разработками. И - парадокс времени - ровно тогда, когда крупнейший провайдер Америки вел переговоры о слиянии с Time Warner, подразделение которой Warner Misic является одним из наиболее активных членов антипиратской лиги RIAA, в недрах самой AOL продолжалась разработка ПО, которое сейчас считается наиболее удобным для пиратов. AOL спохватилась слишком поздно, заявив, что разработка Gnutella была несанкционированным проектом, и запретив Франкелю продолжать работать над ней. Тестовая версия программы с открытым исходным кодом пробыла на сервере Nullsoft всего один день, но оттуда ее успели переписать тысячи программистов, которые затем быстро ее усовершенствовали. Подобно Linux, Gnutella стала быстро распространяться, а полгода спустя существовало уже более дюжины усовершенствованных, в том числе обеспечивающих анонимность пользователей, версий этой программы. И оказалось, что не только пиратов, но и разработчиков этого плода коллективного творчества никакой суд поймать за руку уже не может.

Закроет американский суд Napster или нет - все равно. На смену Napster придут программы типа Gnutella, которые позволяют распространять файлы вообще без посредничества центральных серверов

Между тем и Gnutella - лишь одна из программ типа peer-to-peer. Это направление в разработке ПО вообще считается очень перспективным, поскольку может применяться, в частности, для совместного использования программ и распределенных расчетов, которые позволят в перспективе экономить колоссальные производственные мощности. Разработкой стандартов программ peer-to-peer занимается специальная рабочая группа, созданная Intel, масса компаний производит соответствующие программы. Так что на смену Gnutella, коли найдется способ ее запретить, прийдут CuteMX, OpenNap, Napigator, MojoNation... список можно продолжить, программисты, как и музыканты, люди творческие.

RIAA все еще утверждает, что в состоянии контролировать процесс распространения в Сети музыкальных файлов, несмотря на то, что программы типа Gnutella децентрализованы и анонимны: пользоваться возможностью обмена файлами выгоднее в крупных сообществах, а выявить те сообщества, внутри которых идет большой обмен трафиком, и найти там козлов отпущения в общем-то можно. Однако децентрализованный характер самого Интернета позволяет таким сообществам организовываться спонтанно, в любое время, в любом месте. Так что судебным органам, к помощи которых хочет прибегнуть RIAA, в конечном счете придется просто-напросто запретить людям пользоваться Интернетом. А уж этого-то RIAA никогда не добьется. Да и вряд ли будет стараться.

Мимикрия

В конечном счете перед звукозаписывающими компаниями стоит ровно такая же дилемма, какую они сейчас поставили перед Napster, - либо приспособиться и действовать с учетом развития технологий, либо умереть. Компании звукозаписи не преследуют, конечно, цели покончить с прогрессом, им просто нужно еще некоторое время для того, чтобы перестроить свою работу и работу индустрии, выработать и согласовать новые стандарты обслуживания потребителей, сохранив, таким образом, за собой не только их, но и огромные инвестиции, сделанные ранее в развитие сетей дистрибуции грампластинок, а затем компакт-дисков.

Недаром немецкий медиа-гигант Bertelsmann пошел на альянс с Napster. Недаром Sony столь быстро наладила производство mp3-плейеров, позволяющих воспроизводить музыкальные файлы того формата, который наиболее распространен в Интернете и используется чаще всего пиратами, против которых, в свою очередь, сражается Sony Music. На днях Universal Music (принадлежит Vivendi Universal) и Sony Music (принадлежит Sony) объявили о возможном начале этим летом работы совместного проекта Duet. Это СП собирается предлагать через Сеть не только музыку, но и видео, и нацелено на пользователей и компьютеров, и цифровых телевизоров, и беспроводных устройств.

Звукозаписывающие гиганты перестраиваются, пытаясь еще раз заставить нас заплатить за эту перестройку.

Что такое Napster и за что ее судят

Собственно Napster - это небольшая программа, написанная восемнадцатилетним Шоном Феннингом первоначально для своих друзей. Будучи установленной на компьютере пользователя, собирает сведения о размещенных на нем музыкальных файлах в цифровом аудиоформате MPEG Layer III (mp3), пересылает эти сведения центральному серверу, где они становятся доступными всем, кто к этому серверу подключен. Компьютеры, таким образом, могут обмениваться этими файлами между собой. Программа понравилась друзьям Феннинга и друзьям его друзей и почти мгновенно завоевала большую популярность в Сети. В мае 1999 года этот успех был инкорпорирован в компанию Napster Inc., спустя год недоучившийся студент был уже миллиардером.

Американское законодательство (The Audio Home Recording Act of 1992) освобождает от судебного преследования за нарушение прав владельцев музыкальных произведений в случае, если эти произведения копируются для частного некоммерческого использования. Однако в отношении изготовителей устройств, которые позволяют копировать и прослушивать такие произведения, сказано, что они должны предусматривать защиту произведений от копирования, зарегистрироваться в Copyright Office и делать лицензионные отчисления с каждой единицы проданного товара. Компьютеры и Сеть под этот закон не подпадают. Другой закон, The Digital Millennium Copyright Act, однако, обязывает поставщиков интернет-услуг препятствовать нарушениям авторских прав и удалять продукты и услуги, которые приводят или могут приводить к нарушению авторских прав.

На этом и было построено обвинение против Napster Inc. - эта компания должна была воспрепятствовать обмену файлами между пользователями программы Napster. Пока они переводили файлы с компакт-дисков и хранили их у себя на компьютере (или на внешнем сервере, как это можно делать на My.Mp3.com), нарушения закона не было, но Napster обязана была предотвратить обмен музыкой без уплаты лицензионных отчислений владельцам произведений.

Забавная математика от Кортни Лав

- Это история музыкантов группы N, которые записывают новый альбом, договорившись со звукозаписывающей компанией о двадцатипроцентных лицензионных платежах и получив от нее аванс в один миллион долларов. На самом деле никому еще не удавалось добиться таких роялти, но в остальном пример реальный.

Что случается с этим миллионом долларов? Половину группа N расходует на запись альбома, и в ее распоряжении остается 500 тысяч долларов. 100 тысяч - это комиссионные менеджеру N, по 25 тысяч получают адвокат и бизнес-менеджер. И у группы из четырех музыкантов остается 350 тысяч. После уплаты налогов, это 170 тысяч долларов, останется 180 тысяч, или 45 тысяч на человека, это те деньги, на которые музыкантам предстоит жить в течение года, пока выпускается альбом.

Группа выпускает два сингла и делает два видеоролика, при этом половину расходов на создание видеопродукции она должна возмещать из будущих лицензионных платежей. Группа также получает от компании звукозаписи 200 тысяч долларов на организацию тура в поддержку альбома, которые должны быть полностью возмещены.

Компания грамзаписи тратит 300 тысяч долларов на "независимое" продвижение альбома на радио. Система "независимого" продвижения заключается в том, что звукозаписывающие компании оплачивают услуги посредников и, таким образом, могут делать вид, что понятия не имеют о том, что платят радиостанциям, но группе придется заплатить эти деньги, если она хочет, чтобы ее музыка звучала по радио. Так как все эти расходы и первоначальный аванс нужно возмещать, выходит, что группа N задолжала компании звукозаписи уже два миллиона долларов.

Положим, запись имела шумный успех и N удалось продать миллион записей без скидок и ничего не раздав клубам, хотя и это большая натяжка, если говорить о дебютных альбомах. С учетом 20 процентов роялти группа получит по два доллара с диска и заработает два миллиона долларов. И что у нее останется? Ноль!

А что у компании звукозаписи? Ее доход - 11 миллионов долларов.

На производство компакт-дисков они затратили 500 тысяч долларов, и на миллион авансировали группу. Они также израсходовали миллион долларов на создание видео, еще 300 тысяч - на содействие в продвижении альбома на радио и 200 тысяч - на организацию тура. Звукозаписывающая компания также заплатила 750 тысяч долларов роялти музыкальному издателю (крупные компании звукозаписи выпускают под своей маркой продукцию более мелких студий, которые и являются на самом деле издателями. - "Эксперт") и потратила 2,2 миллиона на маркетинг, главным образом на рекламу альбома в рознице, хотя в маркетинговые расходы включаются, конечно, и огромные плакаты Мэрилина Мэнсона на Times Square, и оплата бойскаутов, раздающих бейсболки в переходах метро. Ну плюс еще расходы на поездки и мелкая наличность на иные нужды, которые мы считать не будем.

Сложите: компания грамзаписи потратила 4,4 миллиона долларов. Их прибыль - 6,6 миллиона долларов.

Что касается группы N, то она может снова работать с семи до одиннадцати.

Из выступления Кортни Лав на Digital Hollywood Online Entertainment Conference, Нью-Йорк, 16 мая 2000 года, опубликованного в журнале Salon.com.