Перекрестное опыление

Владимир Путин попытался оживить угасающую административную реформу

В минувшую среду на совещании в Кремле президент Владимир Путин объявил о некоторых перестановках в силовом блоке правительства. Министром обороны вместо Игоря Сергеева назначен Сергей Иванов. Владимир Рушайло занял пост секретаря Совета безопасности, он сменит на этом посту Сергея Иванова. Министром внутренних дел вместо Рушайло назначен Борис Грызлов, возглавлявший фракцию "Единство" в Госдуме. Федеральную службу налоговой полиции возглавил Михаил Фрадков вместо Вячеслава Солтаганова, который назначен заместителем секретаря Совета безопасности. Евгения Адамова на посту министра атомной энергетики заменил директор Института имени Курчатова Александр Румянцев. Бывший министр обороны Игорь Сергеев назначен помощником президента по вопросам стратегической стабильности.

Назначены также несколько заместителей руководителей этих ведомств и ключевых военачальников.

Не революция

Кремлевский пиар, а вслед за ним СМИ объявили данный акт "кадровой революцией". Это свидетельствует лишь о том, насколько плохо президентские пиарщики знают душу своего начальника. Во-первых, Владимир Путин много раз публично и вполне искренне высказывал острую неприязнь к слову "революция". Во-вторых, какая же это революция, если все вокруг довольны и благожелательны. В комментариях - от Зюганова через Жириновского до Немцова - не содержится ни одного сколько-нибудь острого замечания, если не считать упоминаний о "короткой скамейке".

Нынешняя серия отставок-назначений не есть реализация новой концепции кабинета, не есть второй этап крупномасштабной административной реформы, как ее представляют на Старой площади. Хотя все именно так, возможно, планировалось. Теперь нам уже ясно, кто такой мистер Путин - это мистер Ельцин наоборот, и в этом все дело. Если Борис Николаевич что-нибудь решал, то решал наотмашь, не особо заботясь о долгосрочных последствиях и дальнейших шагах. Страна вздрагивала, вся оппозиция - слева направо - поднимала страшный крик, и в этом крике обычно тонул всякий смысл решения. Встречая сопротивление - как, например, когда Совет Федерации отказался утвердить отставку генпрокурора Юрия Скуратова, Ельцин, что называется, "упирался рогами в стену" и ничего слышать не хотел.

Не таков его преемник. Он вот попытался провести важнейшие поправки в Уголовно-процессуальный кодекс (о том, в частности, что санкцию на арест или обыск может давать только суд, а не прокуратура, как сейчас), обнаружил сопротивление силовиков и немедленно отступил. Президент хотел лишить губернаторов возможности идти на третий срок, они стали резко возражать, и он махнул рукой. Но почему-то кажется, что в итоге все равно все будет так, как он задумал. Владимир Путин до сих пор имеет потрясающий рейтинг, потому что он о нем заботится. Президент наверняка хотел бы произвести гораздо более глубокие изменения в команде, доставшейся ему от Ельцина, однако постоянная дума о консенсусе и стабильности - как в ближнем кругу, так и в национальном масштабе, - уберегает его от резких движений. И это же де

У партнеров

    «Эксперт»
    №13 (273) 2 апреля 2001
    Изменения в правительстве
    Содержание:
    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Культура
    Реклама