Все хорошо, кроме главного

Культура
Москва, 16.04.2001
«Эксперт» №15 (275)
Фестиваль "Золотая маска" показал: в драматическом театре ценятся спектакли про счастье и про торговлю презервативами

Беспечность фраера сгубила

Мне приходится заново переписывать статью о фестивале "Золотая маска" - не по требованию редакции, а во исправление собственного благодушия. Я, бедолага, вознамерился после торжественной раздачи призов, имевшей место в театре им. Моссовета, расслабиться и возрадоваться. "Мне должно после долгой речи и погулять и отдохнуть", как сказано в третьей главе "Евгения Онегина". Поэтому я написал статью о фестивале примерно за сутки до вышеозначенной церемонии. В статье, помимо прочего, говорилось:

"Не думайте, пожалуйста, что все заранее известно. Предстоит 'Ночь жюри' - это когда они запирают двери, спорят, доказывают, выдвигают контраргументы, голосуют - и после этого сами не знают, кто кого победил (это высчитывает специальная, за другими закрытыми дверями сидящая комиссия). Единственное, в чем можно не сомневаться: голосование жюри - дело честное. Состав жюри - дело другое. Прочитав именной список, хочется возмутиться: ну почему этот бурундук, это волоокое безмозглое существо или этот увядший тюльпан, которому давно все безразлично, - почему именно они решают, кого в этом году назвать лучшими из лучших? Впрочем, неважно. Этой весною возмущаться не придется, поскольку жюри, при всем желании, не сможет наделать каких-либо сугубо непотребных глупостей. Претенденты на главные призы достойны друг друга, выбор меж ними остается делом вкуса, а о вкусах спорят только искусствоведы".

Что называется: попасть пальцем в небо. Глупостей наделано с лихвою. Пишу заново.

Как известно, в этом году по воле Союза театральных деятелей, учредителя премии, драматические спектакли разделены на две группы: на широко- и малоформатные. Единственным критерием дележа было количество людей, которое вмещает зал. Только этим объясняется, почему моноспектакль Константина Райкина "Контрабас" заявляется в "большой" номинации (и Константин Райкин совершенно справедливо получает приз за лучшую мужскую роль), а сложный, длинный, многофигурный спектакль "На дне" (Театр-студия п/р Олега Табакова) - в "малой". Количественный фактор - дело проблематичное: как не вспомнить остеровскую Обезьянку, замученную вопросами Слоненка. Десять орехов - это куча, один или два - не куча, а семь, шесть, пять, четыре - это что? Большая форма - это как минимум сколько зрителей? Оказывается, ровно 200 - еще не куча. Если кресел 201, по уставу фестиваля спектакль автоматически становится "спектаклем большой формы". Но уж раз так - непременно должны были появиться призы "За лучшую малоформатную режиссуру" или "За лучшую крупноформатную сценографию", каковых не учредили.

Для художников это, пожалуй, было бы даже важнее, чем для режиссеров. То, что сотворил получивший награду Сергей Бархин для режиссера Камы Гинкаса в малой форме "Черного монаха" - великолепно и, решусь сказать, отдает гениальностью. Но если бы существовал отдельный приз за "крупняк" - не пришлось бы страдать за обделенного наградой Олега Шейнциса. Павильон, который он выстроил в ленкомовском "Городе миллионеров", дост

У партнеров

    «Эксперт»
    №15 (275) 16 апреля 2001
    Ядерные отходы
    Содержание:
    Международный бизнес
    Реклама