Долгая дорога по невозвышенной местности

Тема недели
Москва, 13.08.2001
«Эксперт» №29 (289)
Юбилейные замечания о путчах, интеллектуальных элитах и острой нехватке идей в России

К событиям августа 1991 года можно относиться по-разному: уже в те самые дни оценки варьировались от водевиля до фашистского мятежа, от героической попытки спасти великую страну до заговора ничтожеств. Единственное, чего нельзя, - это никак к ним не относиться: те три дня поменяли нашу страну и стали вехой мировой истории. Судить о них по-настоящему еще невозможно. Мудрый Дэн, как известно, отказался давать оценку Великой французской революции: "Прошло слишком мало времени, чтобы судить о последствиях" - уж про наш-то Август что говорить. Даже первая волна его последствий развернулась еще не полностью.

Но кое-что время уже показало, и странно было бы этого не замечать.

"Мы ж баржа! У нас заднего хода нет!"

Принято говорить, что августовский путч обернулся крахом коммунистического режима. Это клише прямо-таки напрашивается на возражения. Например, многократно опубликованы данные о составе правящих ныне в России слоев: большинство политического и даже экономического начальства составляют выходцы из партийной и комсомольской элиты советских времен. При крахе режимов такого кадрового консерватизма обычно не наблюдается. Возражений, возможно, станет меньше, если переформулировать тезис поскромнее. Скажем, так: путч вскрыл полное банкротство режима и потому оказался рубежом, после которого этот режим в прежнем виде стал невозможен. К вопросу о том, как пошла и далеко ли зашла ставшая неизбежной трансформация режима, мы еще вернемся, а пока - круглость даты оправдывает это невинное развлечение - остановимся на самом моменте его банкротства.

В состав ГКЧП входили далеко не одни ничтожества. Наряду с обычной комсомольской и колхозной шушерой там были заведомо умные и более чем опытные люди: Крючков, Бакланов, Пуго, Павлов. Поэтому быстрый и безусловный провал их начинания никак не заслуживает снисходительного хмыканья, которым и десять лет назад, и теперь его принято комментировать. Гэкачеписты имели вполне серьезные основания рассчитывать на широчайшую поддержку, отнюдь не только номенклатурную. Прежде всего из-за недовольства экономической ситуацией - снижением уровня жизни на фоне все более откровенного растаскивания всего всеми. К этому времени вынужденная скромность, с которой вело себя начальство почти всю советскую пору, уже вышла из моды - и нищающая публика, по инерции поносящая кооператоров, начинала косо смотреть и на директоров, торопливо осваивающих богатую жизнь на базе Закона о социалистическом предприятии, и на номенклатуру, запускающую в "бизнес" родственников и свойственников. Не забудем, что единственным широко осознанным "вектором перемен" была так называемая борьба с привилегиями. Жрать нечего, курева нет, цены растут, а тут еще эти - бор-р-рцы... Лозунгу их обуздания был, казалось, гарантирован всенародный - и вполне оправданный - отклик.

В обращении ГКЧП к народу было очень много правды. Про резкое падение уровня жизни подавляющего большинства советских людей, расцвет спекуляции и теневой экономики - правда; что страна по существу с

Новости партнеров

«Эксперт»
№29 (289) 13 августа 2001
Август
Содержание:
Международный бизнес
Наука и технологии
Реклама