Будет ли кризис?

Татьяна Гурова
главный редактор журнала «Эксперт»
12 ноября 2001, 00:00

За последний год Россия с ее пяти-семипроцентными темпами роста в целом и десятипроцентными темпами роста отдельных рынков оказалась одной из самых быстрорастущих зон в мире

Когда экономический подъем в богатой и развитой стране длится десять лет подряд без каких бы то ни было намеков на приостановку, экономисты и просто образованные обыватели начинают говорить о необходимости пересмотра экономической теории, отказе от концепции неизбежности экономических циклов и наступлении "золотого века". Когда экономический подъем в бедной и слаборазвитой стране длится уже три года, и экономисты, и обыватели начинают судорожно искать причины, по которым этот подъем должен вот-вот и с каким-нибудь необычайным грохотом закончиться.

Первый случай, как нетрудно догадаться, - это США 1990-2000 годов. Как мы видели, в их экономике теория циклов сработала безо всяких сбоев. Второй случай - Россия сегодня. Что и как сработает здесь?

Существует два расхожих аргумента в пользу того, почему наш российский подъем должен в ближайшее время оборваться. Первый - по аналогии. Дескать, 2001 год, неожиданно для многих оказавшийся годом резкого подъема всех потребительских рынков, слишком похож на 1997-й. И как тот стал прелюдией кризиса, так и этот станет. Однако многие данные свидетельствуют о том, что ситуация сегодня существенно отличается от 1997 года. Одно из ключевых отличий - экономический рост сегодня охватил существенно большее число субъектов экономики, чем накануне кризиса 1998 года. Это видно в том числе и по опросам населения. Индекс потребительских настроений, который является неплохим индикатором конъюнктуры, сегодня уже выше, чем в 1997 году. А поскольку при этом средний уровень реальных доходов населения еще не достиг докризисной отметки, более высокий уровень оптимизма людей свидетельствует о том, что большая доля населения России испытала на себе благотворное влияние хозяйственного оживления.

Это привело к тому, что и сегодня, и в ближайшее время основной прирост оборотов дают и будут давать не центр (Москва, Питер, нефтяные зоны), а распыленная периферия. Удовлетворение же платежеспособного спроса регионов будет поддерживаться быстроокупаемыми инвестициями и в сети распространения товаров и услуг, и в локальные производства. Этот фактор, безусловно, будет поддерживать тенденцию экономического роста по крайней мере в течение ближайшего полугодия. Однако очевидно, что надолго его действия не хватит.

Второй аргумент пессимистов, ожидающих кризиса, - мировая рецессия и падение спроса на российские сырьевые товары. По простой арифметической логике, эти два обстоятельства неминуемо должны оказать сильное понижательное давление на наш экономический рост, и действие его будет длительным. Однако в противовес ему и в результате той же мировой рецессии мы можем получить и выигрыш. За последний год Россия с ее пяти-семипроцентными темпами роста в целом и десятипроцентными темпами роста отдельных рынков оказалась одной из самых быстрорастущих зон в мире. Этот факт не сходит с уст аналитиков любой отраслевой ориентации, что само по себе хорошо. Следствием этого нашего, пока локального, преимущества должен стать прилив капитала в страну - и в виде возврата капитала наших отечественных "сырьевиков", и в виде привлечения просто внешнего капитала. На самом деле оба эти процесса уже начались. "Интеррос" начинает мощный сельскохозяйственный проект, группа "Менатеп" инвестирует в связь, немецкая торговая сеть Metro собирается соорудить в России мощную торговую сеть и т. д. По ощущениям, совокупное влияние такого рода инвестиций будет сопоставимо с "сырьевыми" потерями. Вопрос только во времени: успеют ли эти новые проекты дать новый импульс нашему хозяйству до того, как мы начнем нести тотальные потери на мировых рынках.

Упомянем еще один позитивный сигнал внутреннего рынка. По данным опросов населения видно, что именно в последние месяцы происходит решительный рост склонности граждан к сбережениям. Конечно, денег у них не так много, но такой сдвиг является косвенным свидетельством того, что страна готова не тратить, а накапливать капитал, а значит, постепенно будут увеличиваться средние масштабы инвестиционных проектов, и это тоже будет поддерживать рост.

Если интерес к России глобального капитала (и нашего, и зарубежного) и рост внутренней склонности к сбережениям перерастут в более или менее серьезную тенденцию, то мы сами можем стать свидетелями если не "золотого", то по крайней мере "бронзового века". Рецессия, которая, согласно простой циклической логике, может наступить в российской экономике в 2002-2003 году, может оказаться либо очень слабой, либо не состояться вовсе. Так случилось в тех же США в начале 60-х годов, когда ожидаемый всеми кризис 1961 года оказался не только вялым (спад был неглубоким и длился всего два квартала), но стал прелюдией к восьми годам "всеобщего процветания". У нас есть шанс воспроизвести эту же модель в российском варианте.