Сто пудов любви

3 декабря 2001, 00:00

Кама Гинкас поставил "Даму с собачкой". Там же, где идет его знаменитый "Черный монах", - на тюзовской галерке. Опять убрали первые ряды балкона, заменив их на деревянный настил. Опять то и дело лихачат артисты, балансируя на самом краю пропасти. За узкими подмостками - громадная черная дыра, поглотившая две далекие лодочки. Пространство осталось прежним. Но пугающий космос "Черного монаха" превратился теперь в ласковое море. И из-за кромки сцены выныривают не мрачные галлюцинации, а безмятежные купальщики (декорации и костюмы придумали постоянные художники Гинкаса Сергей и Татьяна Бархины).

Спектакль начинается как анекдот. Предвкушение курортной интрижки веселит и записного фата Гурова (Игорь Гордин), и бойкую кокетку Анну Сергеевну (Юлия Свежакова). В действие то и дело вторгаются клоуны - "господа курортные". Гротеск бесцеремонно вламывается на лирическую территорию - возвышенность чувств, хрупкость взаимоотношений и даже природные явления безжалостно осмеиваются. Театральные перемены погоды похожи на бесхитростные фокусы (подул ветер - за сцену полетели шляпы, пошел дождь - на зонт полилась вода из кувшина, наступила зима - на сцене натянули белое полотно). Актерские перевоплощения подчиняются гораздо более сложным законам. Свежакова и Гордин проводят своих героев по всем кругам любовного ада, так и не давая зрителю понять, как расчетливый циник вдруг потерял голову от любви, а нетерпеливая резвушка стала терзающейся от стыда грешницей.

"Дама с собачкой" - вторая часть трилогии, задуманной Камой Гинкасом по чеховской прозе. Текст рассказа сдобрен музыкой Леонида Десятникова и афоризмами из "Человека без селезенки". "Если жена тебе изменила, радуйся, что она изменила тебе, а не Отечеству!" - выкрикивают распоясавшиеся клоуны. Общее название для своей трилогии Гинкас берет тоже у Чехова - "Жизнь прекрасна". В начале спектакля это действительно так. Светит яркое солнышко, любовники щеголяют в игривых полосатых купальничках и посыпают друг друга морским песочком. В финале же жизнь будет прекрасна настолько, что Анна Сергеевна отчаянно закричит "Я счастлива!" и захлебнется в рыданиях. По Гинкасу счастья вне свободы не бывает. Об этом и его "Черный монах". Об этом наверняка расскажет и третья часть трилогии. Что это будет - пока знает только режиссер.