ОАО ОАЭ

Искандер Хисамов
10 декабря 2001, 00:00

Бедуины учатся жить без нефти

По всем каналам шли репортажи из Нью-Йорка - о том, как на Куинс упал самолет, - а на улицах Дубаи гремели салюты и трещали фейерверки. По календарю никаких мусульманских или национальных праздников на этот день не выпадало. "Вон оно!" - подумал корреспондент "Эксперта", и вспомнились ему телекартинки ликования мусульман по поводу терактов 11 сентября. Но оказалось, это просто индийские гастарбайтеры празднуют свой индийский Новый год.

Демократия на семерых


Так украшают себя бедуинки

Упомянутые теракты и последовавшие за ними события обозначили линии недоверия между западным и мусульманским миром. Эти линии пока еще пунктирные. Политики Запада постоянно повторяют, что ведут борьбу не с исламом, который является хорошей, гуманной религией, а с экстремистами. Умеренные политики Востока говорят, что терроризм неугоден Аллаху и, соответственно, террористы не являются правоверными мусульманами. Однако так же регулярно появляются и версии о том, что за спиной бен Ладена и муллы Омара стоят нефтяные миллиарды и респектабельные арабские нефтяные режимы, а стало быть, дело еще хуже, чем казалось.

Объединенные Арабские Эмираты - как раз такой респектабельный режим. Это маленькая, 2,6 миллиона жителей, но очень богатая и влиятельная федерация (или, скорее, конфедерация) семи княжеств, объединившихся ровно тридцать лет назад - в декабре 1971 года. К тому времени здесь развернулась добыча нефти, обогатившая бедуинов и ловцов жемчуга. Демократизм политического устройства заключается в том, что семь монархов избирают из своего числа пожизненного президента. Им является руководитель крупнейшего княжества - Абу-Даби - шейх Зайяд бен Султан аль-Нахайян, а правитель второго по значению княжества Дубаи шейх Мактум бен Рашед аль-Мактум - вице-президент и премьер.

Эта экзотическая демократия работает как часы. Шейхи ведут согласованную внешнюю политику и самостоятельную внутреннюю. Каждый князь выбирает собственную экономическую стратегию. Абу-Даби, где нефти хватит еще на триста лет, ведет себя совсем по-иному, чем, допустим, Шарджа, которую фактически взяла на содержание Саудовская Аравия. А вот княжество Дубаи, энергоресурсы которого близки к исчерпанию и доля нефтянки в ВВП уже снизилась до 18%, очень интересно экспериментирует. Знакомство с этими экспериментами попутно дает ответ на вопрос: хотят ли нынешние бедуины джихада?

Ничего не произошло


Поэма в честь руководителя ОАЭ шейха аль-Нахайяна высечена в мраморе

Мужчины в белых платьях и женщины в черных расхаживают по выставочному пространству меж сверкающих автомобилей. На этом Международном дубайском автосалоне моделей и посетителей больше, чем в прошлом году, радостно сообщают сотрудники Всемирного торгового центра. И на мировом компьютерном шоу, которое только что закончилось, тоже рост посетителей и числа сделок. Аэрокосмический салон - опять успех, на двадцать миллиардов долларов контрактов. "Заметьте, все это было после одиннадцатого сентября, - подчеркивает исполнительный управляющий центра Хуссам Тантави. - Мрачные прогнозы не оправдались".

Княжество с населением 900 тысяч человек проводит в год полсотни крупнейших мировых выставок. Государственная авиакомпания "Эмираты" взяла и купила разом на пятнадцать миллиардов долларов пассажирских самолетов у "Боинга" и "Эйрбаса". Тут как раз и возник вопрос:

- Эти гигантские сделки заключены в критический момент для мировых лидеров авиастроения. Им грозило резкое сокращение производства, массовые увольнения и, может быть, даже разорение. Этот кризис возник как прямое следствие взрывов в Нью-Йорке и Вашингтоне, в которых обвиняют исламские организации. Не являются ли эти пятнадцать миллиардов попыткой умиротворить разозленный Запад, некой формой извинения от имени всего мусульманского мира?

- Вы должны понимать, что такие сделки не делаются в течение пятнадцати минут, - отвечал мне заместитель генерального директора департамента туризма и коммерческого маркетинга правительства Дубаи Хуссейн Али Лута. - На согласование основных вопросов по такой сделке требуется как минимум год. Поэтому естественно, что работа была начата за много месяцев до событий одиннадцатого сентября, и на выставке было только объявлено о результатах. Если бы мы хотели этой сделкой как бы умиротворить или охладить США, то это тоже неправильно, потому что мы платим конкретным фирмам. А если бы мы хотели платить политикам, то мы бы им и платили.

Стратегия дубайского правительства заключается в том, - продолжал Хуссейн Али Лута, - чтобы развивать экономику и привлекать иностранный бизнес. В национальном продукте нефть уже не играет ведущей роли, ей отводится очень небольшое место. Основная стратегия направлена на то, чтобы создавать современную экономическую инфраструктуру. И наша задача - создать необходимые условия для бизнеса, чтобы он существовал и развивал эту экономику. Поэтому мы не хотим участвовать в каких-либо конфликтах. Эмираты являются частью антитеррористической коалиции. В то же время мы - исламская страна, я сам мусульманин, но я не террорист. Очень часто в прессе ассоциируют фундаментализм или крайние течения в исламе с самим исламом. Это далеко от действительности. Эмираты всегда выступали против экстремизма и за мирные экономические отношения.

Али Лута напомнил, что даже во время операции "Буря в пустыне" Дубаи играл роль торгового моста, благодаря которому продолжалась торговля с основными странами в регионе.

Ту войну в Заливе здесь вспоминают часто. И говорят, что нынешняя ситуация не идет ни в какое сравнение с той, что была на Аравийском полуострове в период иракско-кувейтского кризиса начала 90-х годов. Тогда действительно было тревожно. В аравийских пустынях окопались сотни иракских танков. Случались боевые столкновения на саудовско-кувейтской границе. В адрес Абу-Даби шли прямые угрозы. Больше всех тогда испугалось, кажется, советское посольство. Наш полпред Константин Харчев провел срочную эвакуацию семей советских сотрудников, хотя власти Эмиратов просили этого не делать и убеждали наших в полной безопасности. "Ничего не произошло тогда, ничего не произойдет и сейчас", - как заклинание повторяли все, с кем довелось там встречаться.

Формы собственности


Соборная мечеть Дубаи

"Наше государство не имеет никакого отношения к тому, что происходит в других местах. Оно не причастно ни к одному конфликту", - так выразил свое отношение к происходящим мировым событиям министр обороны ОАЭ наследный принц Дубаи шейх Мохаммед бен Рашед аль-Мактум. Маленькая процветающая страна, как ей и положено, хлопочет только о том, чтобы ее не задело шальной пулей мировой заварухи. О солидарности с кем-либо речь не идет.

"Американцы сильнее всех, и они делают что хотят. Кто им может помешать? - в порыве искренности сказал Хуссам Тантави. - А мы должны делать то, что и делали до сих пор - свой бизнес. Так нас учит Его Высочество".

Вообще говоря, Дубаи - это уже давно не страна, а предприятие. О том, что это была страна и какая это была страна до открытия в 1965 году большой нефти, свидетельствуют живые экспонаты заповедников-музеев, где реконструирован быт кочевников и ныряльщиков за жемчугом, а кочевников и ныряльщиков изображают сами бывшие кочевники и ныряльщики, только совсем старенькие.

Дубаи как фирма возник на нефти. Сначала это было, так сказать, ИЧП - индивидуально-частное предприятие шейхов. Разбогатев, шейхи начали делиться со своим народом. Иностранцам, которые стали слетаться сюда на запах больших денег, открывать предприятие позволяли, но только при условии сохранения контрольного пакета у местных жителей. Право на землю имели тоже только они. Получилось как бы ЗАО, в котором акционерами являются 200 тысяч "локалов" (как называют здесь на английский манер аборигенов) и 700 тысяч приезжих работников. Индийцев здесь, например, гораздо больше, чем арабов, поэтому их праздники проходят даже шумнее, чем местные.

Дубайцам повезло с шейхами. Руководство страны давно разглядело две отдаленные угрозы. Первая - нефти на территории княжества не столь уж много. И они стали развивать те отрасли, которые могут обеспечить саморазвитие. В первую очередь индустрию отдыха, с которой хорошо знакомы наши средние и выше русские, а также торговлю, с которой хорошо знакомы наши челноки. Поскольку налогов в стране нет - зачем шейхам налоги? - все это пышно расцвело.

Вторая угроза вытекает из приведенного уже соотношения численности местного и приезжего населения. Миграционное законодательство здесь, конечно, драконовское. Получить гражданство невозможно. Как только гастарбайтеру исполняется 60 лет, его без разговоров выпроваживают из страны. Так что врасти в почву, пустить корни, а потом создавать проблемы местному правительству у приезжих пока не получается. Рабочую визу очень легко потерять - достаточно как-нибудь провиниться на работе или в общественном месте. Поэтому, кстати, общественный порядок в Дубаи идеальный.

"Почему они друг с другом говорят по-английски?" - спросил я в первый день, услышав беседу управляющего отелем со своим служащим. "А как еще говорить ливанцу с пакистанцем?" - ответил мне местный коллега. Иностранцы постепенно занимают ведущие менеджерские позиции в государственных и частных фирмах. И уже можно представить ситуацию, когда количество перейдет в качество, индийцы перестанут мириться с тем, что за ту же работу им платят в несколько раз меньше, чем своим, и они потребуют экономического, а потом и политического равенства.

Пока видимых признаков нет, все демонстрируют довольство друг другом и наличия проблемы не признают. Однако несколько лет назад правительство объявило курс на то, чтобы местное население активнее участвовало в производстве и бизнесе. Стали привлекать к общественному труду даже своих женщин. Опять возросло количество местных кадров на производстве и в управлении. Правительство помогает им получить квалификацию и образование, они всегда первые претенденты на повышение. Это, конечно, дальновидная политика, но, как говорят злые языки из числа продвинутых гастарбайтеров, бывшие кочевники тяжело усваивают правила деловой жизни. Мы и сами кое в чем убедились. Ни одна встреча, например, не начиналась в назначенное время, и слова "литл конфьюжн" - "маленькое недоразумение" приходилось слышать так часто, что в конце концов они стали вызывать неприличный смех.

Открывающееся общество


Пляжный отель "Джумейра" - любимое место отдыха средних русских

По четвергам в соборной мечети Дубаи - день экскурсий. В четверг в эту мечеть может зайти даже европейская женщина в шортах и с фотоаппаратом - такое, кажется, невозможно больше нигде в мире. И это многое объясняет. Отсутствие выборов и наличие цензуры печати совсем незаметно на фоне неслыханных для Востока свобод и терпимости. Их Высочества хорошо понимают, что нужно для расцвета экономики. Сегодня они приступили к самой сильной и самой смелой из своих реформ. Сняты все ограничения для иностранного бизнеса, реализуется череда головокружительных проектов, имеющих целью сделать Дубаи одним из крупнейших коммерческих центров планеты.

"Этот грандиозный проект, инициатором которого выступил Его Высочество шейх Мохаммед, сравним по своим масштабам, может быть, только с Великой стеной", - сказал на церемонии начала строительства Пальмового острова генеральный директор департамента по туризму и коммерческому маркетингу Халид бен Сулейм. В открытом море будет насыпан остров в виде огромной пальмы. В семнадцати листьях этой пальмы возведут четыре тысячи жилых особняков, в стволе разместятся гостиницы, рестораны и так далее. Диаметр кроны - пять километров. Пальма будет окружена еще одним двенадцатикилометровым островом в форме полумесяца, который будет выполнять роль барьерного рифа. Через четыре года пальма будет сдана "под ключ", и начнется строительство еще одной такой. Многие дома на этом острове уже проданы - в основном иностранцам.

Неподалеку реализуется другой грандиозный замысел - "Дубаи-марина", город для бизнесменов. Пока одни служащие рассказывали нам про "умные" апартаменты, в которых компьютеризованы даже плита с холодильником (то есть холодильник, если задать ему программу, может сам контролировать наличие любимой колбасы хозяина, а если вдруг кончилась, заказать новую палку в ближайшем магазине - ну и все остальное в том же духе), другие служащие за стеклянными перегородками заключали сделки. "Умные" квартиры уходят как пирожки. Ведь, кроме всего прочего, только в этих комплексах владелец автоматически получает право на жилье (во всех остальных местах владельцами жилья могут быть только местные граждане) и специальную лицензию, уравнивающую иностранца в правах с гражданами ОАЭ сроком на 99 лет и дающую право на резидентские визы для членов семьи.

На другой стороне города, вдоль Дубайской бухты, возводится Фестиваль-сити, многофункциональный городок на каналах, в котором будут жить, делать бизнес, проводить выставки, фестивали и конференции.

Стоимость каждого из этих проектов исчисляется миллиардами долларов. Цель - создать такие условия для жизни и работы, которые сманили бы сюда самых привередливых европейцев, американцев и японцев. Трудиться им предназначено в трех свободных зонах - в Джебель-Али, где концентрируются промышленные, торговые, транспортные фирмы и действует крупнейший морской порт, в Интернет-сити, куда привлекаются высокотехнологичные фирмы, и Медиа-сити, где размещаются рекламные, пиаровские фирмы, телекомпании, газеты и так далее. Все эти зоны уже открыты, работают, представляют собой внушительные произведения современной архитектуры и градостроительства.

И самое главное, здесь разрешена регистрация компаний со стопроцентным иностранным капиталом. Налоги равны нулю, как и всюду по стране (единственная плата - ежегодный взнос на продление лицензии, но это мизер), дается гарантия освобождения от налогов на 30 лет в случае (который пока не предвидится), если они будут все-таки введены. Только покупка земли иностранцами пока не предусмотрена - вместо нее разрешена аренда на 99 лет. Сотрудники свободной зоны Джебель-Али сообщили мне, что иностранцев такие условия полностью устраивают. Сюда уже въехали более двух тысяч фирм со всего света. Все четыре корпуса Интернет-сити также сданы. Здесь уже работают пять тысяч человек, мне удалось поговорить даже с одним русским рекламщиком из Ташкента. Ему нравится. В холле на первом этаже сидят за компьютерами многочисленные девушки в черных национальных одеждах. Они, оказывается, решают проблемы. Допустим, вы прислали заявку на бизнес в свободной зоне, и если у зоны возражений нет, то эти девушки приступают к решению ваших проблем с визами, билетами, лицензией, жильем и так далее.

Сдавая в среднем один офисный кабинет за десять тысяч долларов в год, хозяева за счет одного этого стремительно окупают свои колоссальные затраты на постройку. А главное - люди везут со всего мира и вкладывают сюда большие деньги. И никакой нефти уже не надо.

Наше присутствие

"Many!" - так ответила на мой вопрос, бывают ли здесь гости из России, служащая отеля "Бурж аль-Араб" ("Аравийская башня"). Этот отель считается самым роскошным в мире. Он построен на насыпном острове, и "все, что здесь похоже на золото, - золото и есть". "Недавно тут отдыхали несколько рубоповцев", - сообщил местный коллега. Обычный номер в "Башне" стоит тысячу долларов в сутки, 700-метровый люкс - семь тысяч. А рядом, в скромной пятизвездочной "Джумейре", вообще на четверть наш народ.

Первые слова, которые я услышал на дубайской земле, были на русском языке. На стоянке у аэропорта к нам приблизились две дамы. Одна из них спросила, не нужна ли мебель, а другая предлагала протезировать зубы.

Знаменитый дубайский Золотой базар незаметно переходит в квартал мелкооптовой торговли. Я не разобрался и в одной из лавок попросил продать мне пару носков - по-английски. "Продаем только ящиком", - на почти чистом русском языке ответил торговец.

Официальный товарооборот наших стран смешон: мы им продаем на пятьдесят два миллиона долларов в год, а покупаем вообще на полтора миллиона. Ченоки увеличивают эту сумму во много раз, однако эмиратцев сей факт не вдохновляет. Налогов от них все равно никаких, а беспокойства много.

"К нам то и дело приезжают разные делегации из России, но после этих визитов не следует какого-то продолжения, - говорит Хуссейн Али Лута. - У нас сложилось мнение, что это такой стиль в России. Не знаю, какие тут причины. То ли русские, так сказать, не могут правильно найти себя и поставить свой бизнес в Заливе, то ли предпочитают работу с другими странами. Но российское присутствие не соответствует нашему пониманию. Вот сейчас, например, очень активно действует Китай. Он уже обогнал на нашем рынке США, Англию, Индию. Китайцы уверенно пришли на этот рынок, они обосновались здесь, открыли свои выставочные залы. Это очень облегчает работу для бизнесменов, потому что они видят товар живьем. Китайцы очень активно участвуют во всех международных выставках, которые проводятся в Дубаи. Может быть, вашим предпринимателям стоит присмотреться к китайскому опыту?"

Зато в "Бурж аль-Арабе" еще не было ни одного китайца из КНР, надменно подумал корреспондент "Эксперта".

Дубаи-Москва