Не было бы счастья

Закрытие американского рынка для нашей экспортной стали и российского рынка - для мяса птицы из США на руку российским металлургам и птичникам

Шестого марта власти США официально объявили, что вводят с 20 марта сроком на три года ввозные пошлины на большинство видов импортируемой стальной продукции в размере от 8 до 30%. В старом беспошлинном режиме будут экспортировать сталь в США члены организации NAFTA - Мексика и Канада, а также Аргентина, Таиланд, Турция и ряд мелких стран-производителей. Жертвой протекционистских мер стали страны Евросоюза, Россия, Украина, Япония, Китай, Южная Корея и Бразилия.

Цена вопроса

"Практически вся продукция, которая производится и экспортируется российскими предприятиями в США, а именно горячекатаный и холоднокатаный прокат, подпадает под действие тридцатипроцентной экспортной пошлины. Новые ставки добавятся к обычным импортным пошлинам в США (они сейчас составляют пять процентов) и в результате закроют американский рынок для россиян", - говорит менеджер по сбыту АО "Северсталь" Александр Туманов.

Судя по телевизионному информнакату, решение американской администрации ввести пошлины на импорт стали должно ввергнуть Россию в пучину кризиса. Для запугивания публики были анонсированы даже цифры прямых потерь российских металлургов после ввода этих пошлин. По оценкам заместителя министра экономразвития Максима Медведкова, они составляют 1-1,2 млрд долларов за три года. То есть 333-400 млн долларов в год. Много это или мало? Давайте считать.

По данным за 2000 год (более свежих данных пока нет), выручка девяти крупнейших российских сталелитейных предприятий, выплавляющих 85% всей российской стали, составила более 8 млрд долларов. Таким образом, даже если предположить, что экспорт в Америку осуществляют только эти крупнейшие компании, получается, что за год наши лидеры потеряют всего 4-5% своей выручки. Крик, поднятый в российских СМИ по поводу американских тарифов, на первый взгляд того не стоит: потеря такой доли рынка не должна катастрофическим образом отразиться на наших металлургах. Тем более что освободившийся металл можно продавать в других регионах мира. Правда, гендиректор "Северстали" Алексей Мордашов считает, что сброс на рынки дополнительного количества металла вызовет падение и без того низких мировых цен. Скорее всего, так и будет, только неизвестно, насколько сильно "просядут" цены.

Возникает вопрос: а кому же все-таки мы обязаны поднятым шумом по поводу пошлин на российскую сталь? Сразу отпадает "Евразхолдинг" со своими тремя заводами - Нижнетагильским, Западно-Сибирским и Кузнецким, поскольку он экспортирует в США по сути лишь 60 тыс. тонн широкополочной балки в год - незначительную долю своего проката. Более половины всего экспорта приходится на три завода - Магнитогорский, Новолипецкий и "Северсталь". Однако доля США в экспорте Магнитки незначительна, ее экспансионистские усилия направлены в основном на Китай. Таким образом, решение американской администрации больнее всего ударит по Новолипецкому меткомбинату и "Северстали", руководимым соответственно Владимиром Лисиным и Алексеем Мордашовым. Осталось только добавить, что именно эти предприятия являются самыми эффективными среди крупнейших, имеют большой запас прочности на случай ухудшения рыночной конъюнктуры. Поэтому импортные пошлины, вводимые против них в США, приведут лишь к снижению рентабельности их бизнеса на несколько процентов. Предлагаемая же "Северсталью" отмена пятипроцентной российской экспортной пошлины на сталь на руку всем без исключения нашим металлургам.

История стальной войны

США всегда были крупнейшим потребителем стали в мире и основным покупателем российской металлопродукции. Однако в течение последних лет импорт российской стали постепенно вытеснялся с американского рынка - в отношении российских экспортеров неоднократно проводились антидемпинговые разбирательства, большинство которых привели к установлению высоких заградительных пошлин, ограничивающих доступ на рынок США, и заключению межправительственных соглашений, жестко ограничивающих импорт.

Первое антидемпинговое расследование против импорта российской стали было инициировано в 1994 году в Мексике. Тогда дискриминации подвергся толстый горячекатаный лист. В период расследования российский экспорт в Мексику составлял более 100 тыс. тонн. Итогом стало введение антидемпинговой пошлины против России в размере 29%, по существу запретительной, что вынудило российских экспортеров изменить географию поставок. "Это событие осталось незамеченным в правительстве РФ, видимо, ввиду незначительности потерь. Однако теперь, по прошествии времени, можно с достаточной долей уверенности утверждать, что это было началом реализации программы действий стран - членов NAFTA, направленной на использование антидемпингового механизма против нового потенциально сильного конкурента в лице России", - считает Юрий Ермаков, начальник бюро по работе с федеральными органами власти Новолипецкого металлургического комбината.

В конце 1996 года в США было инициировано антидемпинговое расследование в отношении поставок российского толстого горячекатаного листа. В результате Россия в 1997 году подписала предложенное минторгом США "Соглашение о приостановлении антидемпингового расследования", которое на пятилетний срок определило годовую квоту российского импорта этого вида металлопродукции в США в размере 100 тыс. тонн при наличии ценового ограничения (установление минимального уровня цены, ниже которого товар не может продаваться). "Заметим, что квота была более чем в два раза ниже уровня поставок девяносто шестого года, а минимальный уровень цены уже с середины девяносто восьмого года не позволял отечественным производителям поставлять эту продукцию в США", - рассказывает Юрий Ермаков.

Уже через год, в конце 1998 года, началось новое расследование в отношении поставок российских горячекатаных рулонов. "Следует отметить, что время было выбрано крайне удачно, не только с экономической, но и с политической точки зрения. Азиатский кризис девяносто седьмого года, дефолт в России в августе девяносто восьмого, совпавший с 'кризисом доверия' администрации Клинтона, создали благоприятные условия для сильного стального лобби США, поставив наше правительство в крайне сложное положение. Можно добавить и воздействие такого отрицательного субъективного фактора, как отсутствие взаимного доверия и понимания у отечественных металлургов с часто меняющимися структурами федеральной власти", - говорит Юрий Ермаков.

Таким образом, Россия столкнулась с хорошо спланированной акцией крупнейших металлургических компаний США (так называемая Большая стальная шестерка), сплотивших все стальное лобби включая профсоюзы и законодательную власть (см. "Победа стального лобби").

В результате в марте 1999 года американская сторона прибегла к прямому давлению, выдвинув условие, в соответствии с которым она была согласна подписать соглашение о приостановлении антидемпингового расследования в отношении горячекатаного металла только в пакете с так называемым Всеобъемлющим соглашением, означавшим квотирование всей поставляемой российской металлопродукции. Российское правительство никак не стало отстаивать права своих металлургов и подписало договор о добровольном ограничении экспорта в объеме 3 млн тонн.

В начале 2000 года американцы начали антидемпинговое расследование в отношении холоднокатаного проката, но спустя полгода Международная торговая комиссия признала, что никакого ущерба американской промышленности поставки российского холоднокатаного проката не нанесли, и расследование было закрыто.

Американские лобби, однако, на этом не остановились. Несмотря на то что импорт всей российской стальной продукции составлял теперь вместо 6 млн только 2 млн тонн в год (из них горячекатаный плоский прокат - чуть более 100 тыс. тонн), в июле 2001 года в отношении российских экспортеров (и не только российских) было начато "расследование по статье 201". Основанием для него послужили жалобы американских стальных корпораций на переизбыток стальной продукции на американском рынке, банкротства множества американских сталелитейных предприятий. По мнению американцев, ущерб от стального импорта составил около 10,5 млрд долларов в год. Президент Буш пообещал вынести решение 6 марта 2002 года, что и сделал.

На протяжении всех тех лет, когда американцы открыто дискриминировали права российских металлургов, правительство ни разу не вступилось за собственных производителей. Никаких сколько-нибудь решительных шагов предпринято не было. Наоборот, правительственные чиновники постоянно публично заявляли о том, что отношения с Америкой становятся все лучше и лучше. Теперь правительство собирается ввести запрет на импорт американских окорочков, но все равно никто прямо не говорит, что это наши ответные меры против решения американского правительства. Наоборот, в Минэкономразвития просят не связывать эти два вопроса.

Асимметричный ответ

Департамент ветеринарии Минсельхоза РФ принял решение о прекращении выдачи с 1 марта разрешений на ввоз в Россию всех видов мяса птицы из США. С 10 марта импорт американской птицы приостанавливается.

Российские чиновники упорно отстаивают версию о том, что запрет на ввоз окорочков никак не связан с введением американцами стальных пошлин. На состоявшейся на прошлой неделе пресс-конференции глава Минсельхоза Алексей Гордеев заявил, что запрет на ввоз американского мяса птицы - чисто техническое решение ветеринарной службы страны. "Мы преследуем единственную цель - защитить наш рынок от некачественной продукции, - отметил Гордеев. - Мы имеем целый ряд фактов грубых нарушений ветеринарных норм со стороны американских поставщиков, в связи с этим и было принято решение".

Президент Росптицесоюза Николай Аверьянов считает, что мотивы у ветеринаров действительно есть. Из ряда источников поступила информация о том, что в некоторых партиях птицы американских поставщиков были зафиксированы случаи сальмонеллеза. Ученые Россельхозакадемии взволнованы и тем, что при кормлении американской птицы используются трансгенные составляющие, в частности кукуруза, и никто еще не доказал, что это не может иметь отдаленных последствий. Не знаем мы и того, какими антибиотиками пользуются американские производители. Впрочем, это скорее наша проблема, поскольку в России чрезвычайно слаба диагностическая база.

По мнению президента Мясного союза России Мушега Мамиконяна, даже излишняя осторожность может быть оправданна. Европейцы в прошлом году жаловались, что в связи с коровьим бешенством и ящуром мы были слишком круты в своих запретах на говядину: в частности, мы не разрешали ввоз мяса на кости. Хотя риски здесь были малы, но и тогда, когда кости перерабатывались и пускались на корм, в Европе были зафиксированы случаи заболеваний. "Представьте хоть на миг, что мы бы завезли инфекцию в Россию, - говорит Мушег Мамиконян. - Это западные страны со своими бюджетами могут себе позволить резать скот. И то они кричали, что на это уходит слишком много средств. А мы бы что делали? Так что лучше перестраховаться".

Впрочем, что бы ни говорилось об аполитичности "куриного" инцидента, скандал разгорается. Министр торговли США Роберт Зеллик и министр сельского хозяйства Энн Венеман заявили о "жестком протесте" в связи с решением наших властей. Они отмечают, что это решение нанесет исключительный вред российско-американским торговым отношениям, и призвали быстро возобновить поставки мяса птицы из США.

Впрочем, более существенным мотивом, который мог повлиять на решение о запрете ввоза американской птицы, можно считать участившиеся выступления российских птицеводов по поводу серьезного роста импорта "ножек Буша", затоваривания наших птицефабрик и падения рентабельности в отрасли. Напомним, что в 2001 году собственное производство составило примерно 850 тыс. тонн, импорт мяса птицы - 1335 тыс. тонн (из них 970 тыс. тонн - из США). На съезде птицеводов, который проходил в феврале, отечественные производители требовали от правительства защитить наш рынок любыми мерами, при этом некоторые предлагали решить вопрос кардинально - вообще запретить импорт. Пусть, мол, будет создан дефицит и поднимутся цены на отечественную птицу, но это даст толчок дальнейшим инвестициям в отрасль.

Однако большинство склонялось к более мягким мерам. Наиболее приемлемой признавалось квотирование импорта, но, поскольку в России нет соответствующего законодательства, единственным рычагом оставались таможенные пошлины. Вот птицеводы и попросили поднять их с 25 до 30%. Но пошлины так и не повысили. А тут подвернулся случай, украинские ветеринары усмотрели в американских окорочках угрозу для здоровья своего населения и запретили импорт мяса птицы из США. Такое же решение принял и Китай.

Многие эксперты уверяют, что серьезный дефицит мяса птицы в связи с запретом нам не грозит. Алексей Гордеев считает, что поставщики могут довольно быстро переориентироваться на птицу из Бразилии или из Европы. Да и наши производители способны еще нарастить объемы.

Так или иначе, решение ветеринарных служб на руку нашим птицеводам. Пока российская сторона вместе с американскими экспертами будет "утрясать" спорные позиции (а это может занять не месяц и не два), наши производители смогут хотя бы распродать свои запасы.

Победа стального лобби

"Тридцатипроцентная пошлина на импорт стали в США была введена президентом Бушем в соответствии со статьей 201 закона США о торговле 1974 года. Этот законодательный акт позволяет президенту вводить торговые ограничения в тех случаях, когда Комиссия по международной торговле США устанавливает, что увеличение импорта какой-либо продукции наносит значительный ущерб промышленности США. Данный законодательный акт является американским вариантом разрешенной ГАТТ (ныне ВТО) специальной оговорки (escape clause), которая позволяет члену ВТО временно отходить от принятых на себя в рамках ВТО обязательств не повышать пошлины и не устанавливать квот в тех случаях, когда отечественные производители испытывают сложности в приспособлении к конкуренции с импортом", - пояснил ситуацию Мелвин Швехтер, партнер вашингтонского офиса международной юридической фирмы "ЛеБоф, Лам, Грин и Макрей, Л.Л.П.".

Латентное недомогание американской стальной индустрии вступило в острую фазу в 1998 году. По следам азиатского финансового кризиса на американский рынок хлынули резко возросшие излишки металла, который к тому же значительно подешевел в связи с падением курса азиатских и европейских валют. Стальное лобби начало давление на президента Клинтона, чтобы склонить его к введению тарифов. Клинтон ответил отказом, тем самым, возможно, предрешив судьбу своего преемника Альберта Гора.

Положение сталелитейной отрасли является ключевым вопросом в трех штатах, входящих в так называемый "Ржавый пояс" Америки, где исторически была сконцентрирована стальная индустрия, - Западной Вирджинии, Огайо и Пенсильвании. В этих штатах голоса избирателей распределены между двумя основными партиями почти поровну, при этом рабочие сталелитейных заводов являются традиционным демократическим электоратом. Предвыборное обещание Буша защитить стальную отрасль помогло ему отвоевать у Гора Западную Вирджинию, которая всегда голосовала за демократов, - как известно, исход выборов решил один-единственный штат.

Большинство критиков решения Буша указывают на то, что корень проблем американской сталелитейной отрасли не в иностранной конкуренции, а в факторах структурного характера. Большинство американских предприятий стальной отрасли это традиционные комбинаты полного цикла, включающие все этапы производства от переработки руды до производства проката. Их долю на рынке отвоевывают не иностранцы, а новые мини-заводы, которые производят высококачественные виды стальной продукции, используя в качестве исходного материала сырую сталь, ввозимую из-за границы. Именно они являются потребителями российских слябов. Это предприятия постиндустриального типа, не требующие громадных инвестиций и многочисленной рабочей силы. Влияние профсоюзов на этих заводах минимальное.

Традиционные сталелитейные компании - наследие индустриальной эпохи, уходящей в прошлое. За последнюю четверть века число работников сталелитейной отрасли сократилось с 570 тыс. примерно до 150 тыс. человек. Благодаря силе традиционных стальных профсоюзов компании были вынуждены предоставлять солидные социальные гарантии работникам, которых отправляли на пенсию, зачастую раньше времени. Сейчас в Америке насчитывается 600 тыс. пенсионеров - бывших сталеваров, что в четыре раза больше, чем число занятых в сталелитейной промышленности. В некоторых американских городках, построенных вокруг крупных заводов, соотношение между пенсионерами и работающими сталеварами составляет 10:1. Стоимость так называемого социального наследия стальных компаний - пенсионных и медицинских отчислений - составляет по меньшей мере 10 млрд долларов.

В американской стальной индустрии не было ничего подобного волне укрупнения и консолидации, которую пережила в последние годы европейская отрасль. В стране существует около 60 сталелитейных компаний, половина из них объявила о своем банкротстве. Принято считать, что препятствием для консолидации является огромный вес социальных расходов, который делает акции стальных компаний непривлекательными для финансовых инвесторов.

Получив тарифную защиту, стальное лобби не добилось выполнения "программы максимум": оно просит правительство взять на себя финансирование социальных обязательств в рамках стального "наследия". Администрация Буша всячески сопротивляется этому, поскольку боится создавать опасный прецедент, чреватый многомиллиардным ростом социальных расходов, которые частные корпорации тут же захотят переложить на федеральные власти. В ситуации, подобной положению сталелитейщиков, находятся и другие крупные отрасли американской экономики, например текстильная промышленность и лесообрабатывающий комплекс.

Алан Бадов