Революций не будет

Петр Кирьян
25 марта 2002, 00:00

Эксперты оценивают последствия смены руководства ЦБ для банковской реформы, курсовой политики и независимости Банка России

Евсей Гурвич, руководитель Экономической экспертной группы:

- Пассивность в реформировании банковского сектора я для себя могу объяснить тремя причинами: разногласиями между разными ведомствами, консерватизмом ЦБ и его нежеланием вступать в конфликт с чьими бы то ни было интересами. Первая проблема частично разрешается произошедшим выходом из игры одной из сторон. Осторожность свойственна и Игнатьеву, но, видимо, не до такой степени. История с анализом налогов нефтяных компаний показывает, что он не боится нажить врагов. Так что, думаю, банковская реформа сдвинется с места. Но куда она пойдет - вопрос.

Нет причин ждать перемен в курсовой политике, здесь и не было разногласий между ЦБ и правительством. Практически все экономисты, за исключением Илларионова с "особой позицией", согласны с тем, что проводившаяся в последние два года курсовая политика была вполне разумной для сложившихся условий. Номинальная девальвация рубля может ускориться - но не из-за смены политики ЦБ, а из-за низких цен на нефть.

В чем действительно расходились ЦБ и правительство - так это в том, кто должен нести издержки стерилизации денежной массы, оживления финансовых рынков и т. п. ЦБ был здесь неуступчив, так что в результате стерилизацию в основном проводило правительство, а финансовые рынки вообще не развивались. Если ЦБ проявит теперь большую готовность разделить это бремя с правительством, то экономика только выиграет.

Опасности эмиссионной накачки экономики с приходом в ЦБ Игнатьева я не вижу. Позвольте напомнить, что именно ЦБ под руководством Геращенко предлагал резко расширить кредитование реального сектора, в том числе повысить свою роль в этом процессе. Это было в подготовленном ЦБ варианте "Основных направлений" на 2000 год, и тогда такой политике воспротивилось правительство. Я уверен, что никаких резких изменений не будет, поскольку ни правительство, ни Игнатьев никогда не поддерживали эмиссионную накачку экономики. Однако если в будущем ситуация по каким-то причинам серьезно изменится и правительство потребует активизировать кредитование, не исключено, что ЦБ уступит: во-первых, потому, что Игнатьеву еще только предстоит набрать политический вес, а во-вторых, в эту сторону может начать толкать Национальный банковский совет. Но это сугубо гипотетические соображения, сегодня, повторю, такой опасности не существует.

Александр Хандруев, руководитель Консалтинговой группы БФИ (Банки. Финансы. Инвестиции.):

- Термин "банковская реформа" не вполне удачен. Худо-бедно, но в России уже почти пятнадцать лет существует двухуровневая банковская система. Правильнее говорить о повышении эффективности финансового посредничества, о модернизации банковского сектора. И здесь административными мерами а-ля Мамут и Авен много не добьешься. "Избиение младенцев" (малых и средних банков) будет только подрывать и без того ущербную банковскую конкуренцию. Принципиальные для российской банковской системы вопросы - это повышение достоверности и прозрачности отчетности, укрепление рыночной дисциплины и внутреннего контроля, развитие конкурентных начал, переход на международные стандарты финансовой отчетности (МСФО), поэтапная приватизация до разумных пределов госбанков. И только в этом контексте рекапитализация банков. Иначе будет только фиктивное раздувание капитала и подготовка очередного банковского кризиса.

Думаю, что в ближайшей перспективе курсовая политика не претерпит существенных изменений. Стимулировать же экономический рост и поддерживать отечественных производителей за счет слабого рубля - значит загонять себя в "сырьевой угол", обрекать себя на хроническую инфляцию и повышение издержек производства.

За гранью разумного компромисса находится предложение о функциях и составе Национального банковского совета в депутатской редакции. В таком варианте этому нет аналога в современной мировой практике. НБС может быть только совещательным координирующим органом. О чем действительно имеет смысл подумать, так это о создании комитета по денежно-кредитной политике - по примеру Банка Англии, Банка Франции, Национального банка Польши и других стран.

Сергей Алексашенко, руководитель Центра развития:

- Под банковской реформой каждый понимает свое. Значительная часть дискуссии на эту тему имела мало связи с действительностью, поскольку возможности государственных структур по целенаправленному воздействию на банковскую систему весьма и весьма ограничены. Для меня целями проведения банковской реформы могут быть резкое повышение уровня и качества банковского надзора и создание такой ситуации для российских банков, когда основная масса доходов формируется не за счет полулегальных схем.

Серьезные изменения в курсовой политике ЦБ вряд ли произойдут. Бороться с укреплением реального курса рубля путем ускорения девальвации просто глупо, поскольку единственным результатом такой политики станет усиление инфляции. Кроме того, ЦБ после "черного вторника" в октябре 1994 года никогда не был абсолютно самостоятельным в проведении курсовой политики, все принципиальные решения всегда согласовываются с правительством, а его голос зачастую был решающим. Поэтому назначение Сергея Игнатьева ничего не поменяет в этой области.

Владимир Мау, руководитель Рабочего центра экономических реформ:

- Мне представляется, что смена председателя Центробанка не приведет к смене денежной политики. Она детерминируется набором факторов - ценами на нефть, мировой конъюнктурой и другими. Поэтому любой ответственный глава ЦБ - а причин считать Игнатьева безответственным нет - будет их учитывать.

Было широко распространено мнение, что пока во главе ЦБ стоит Геращенко, банковская реформа проводиться не будет. Наверное, мандатом Игнатьева является активная банковская реформа. Пока рано говорить, в каком направлении и как он будет ее проводить. Конечно, банки должны укрупняться, а их количество сокращаться. Кроме того, мы должны активнее открывать рынок для иностранных банков, и конкуренция в этой сфере благоприятна. По большому счету, я думаю, в среднесрочной перспективе имеет смысл вести переговоры об открытии нашего рынка финансовых услуг в обмен на открытие западного рынка для наших товаров.

Независимость ЦБ - это конституционное право. Поэтому к любым упрекам, что независимость ЦБ нарушается, надо относиться с высшей степенью серьезности. Другое дело, как поставить расходы ЦБ под контроль. Но это проблема скорее нравственная. Ну ненормально, когда основные инвестиции в Псковскую область - это инвестиции в строительство Центрального банка. Можно много привести примеров.

Павел Медведев, заместитель председателя комитета Государственной думы по банкам и финансам:

- Хотя каждый понимает под реформой свое, на мой взгляд, следует ожидать взвешенной и постепенной банковской реформы, без революций. Игнатьев сам участвовал в разработке правительственной Концепции развития банковского сектора и в общем знает, что делать. Краткосрочные цели реформ известны всем - это переход на международные стандарты отчетности, увеличение нормативов капитала банков. Вряд ли мы увидим что-то новое.

Я уверен, что никакого эмиссионного кредитования Центральным банком реального сектора экономики не будет - Игнатьев, слава богу, имеет хорошее классическое финансовое образование. С самим же масштабным кредитованием связан некоторый парадокс. Если нет уверенного кредитования банками реального сектора, то как ЦБ может надежно рефинансировать банки? Если банки не уверены, то как ЦБ может быть уверен что деньги вернутся?

Олег Солнцев, эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования:

- У меня есть ощущение, что позиция Геращенко по реформе была прозрачна. По существу, она заключалась в том, что сильных изменений в банковской системе нам не требуется, нужны лишь косметические меры. Что касается Игнатьева, то, я думаю, он будет действовать в рамках "Стратегии развития банковской системы", которую приняло правительство и одним из разработчиков которой был сам Игнатьев. Наиболее сильные меры, прописанные в "Стратегии", - это переход на МСФО, повышение требований к достаточности капитала. Для банков с большим капиталом нормы резервирования мягче, чем для тех, у кого капитал меньше. Эта довольно щадящий вариант в отличие от того, что предлагал Мамут. В этом случае лишь ужесточаются требования к соотношению капитала и активов. Третья мера - это введение системы гарантирования вкладов. Предполагается в течение года-двух принять закон о гарантировании вкладов. Далее предполагается отмена норм Гражданского кодекса, касающихся права вкладчиков на досрочный отзыв вклада. Эта мера необходимая, но не эпохального характера. Таким образом, "Стратегия" содержит не конкретные параметры, на которые банковская система должна ориентироваться и которых обязана достичь через пять-десять лет, а определяет правила игры.

Что касается курсовой политики, то резких изменений ждать не следует. Реальное укрепление рубля будет продолжаться, просто более низкими темпами, чем в прошлом году. Мой прогноз реального роста курса рубля на этот год - три-четыре процента. Правительство само не хочет форсировать ослабление рубля, поэтому ЦБ будет идти в фарватере правительства, что не означает перелома в курсовой политики.

НБС нужен только для того, чтобы избежать бесконтрольного расходования средств ЦБ. К этому и должны сводиться его функции. Другие требования излишни, ведь профессиональный уровень НБС не сопоставим с уровнем совета директоров ЦБ.

Олег Вьюгин, ведущий экономист ИК "Тройка Диалог":

- Цель банковской реформы - создать банковский бизнес, основанный на честной конкуренции. Должны появиться банки, которым можно было бы доверять. Для этого нужно делать так, чтобы банки перешли на МСФО (это инструменты, которыми можно подталкивать банки к решению проблем), требования к капиталу и прозрачности ужесточаются. Во-вторых, должен быть реформирован пруденциальный надзор за банками. В-третьих, создана система гарантирования депозитов и на основе этого начата программа по ограничению роли государства в банковской системе. Это три основных направления, на которых надо работать.

Что касается курса - в краткосрочном плане уже проверено: ничего не происходит. В долгосрочном же плане курсовая политика не зависит от человека, она зависит от экономики, от состояния платежного баланса. Это не только в руках ЦБ. Если уж ожидать ускорения или замедления девальвации и укрепления курса рубля, то только в связи с изменениями в экономике. Игнатьев дал четко понять, что он не сторонник использования курса как элемента экономической политики.