Связка ЦБ-Сбербанк стабилизирует банковскую систему

Петр Кирьян
17 июня 2002, 00:00

Считает Дмитрий Тарасов, директор управления стратегического планирования Сберегательного банка РФ

- Обвинения Сбербанка в монополизме стали уже общим местом. Всегда ли они оправданны?

- Если брать филиальную сеть, то, конечно, у нас очевидное преимущество по точкам обслуживания. Однако здесь, скорее, надо смотреть на такой показатель, как объем привлеченных средств. Наша филиальная сеть широко представлена в райцентрах и сельских населенных пунктах, а сбережения концентрируются в основном в городах. Существует даже такое наблюдение: вкладчики часто едут делать вклад в город, а не куда-то в ближайшее отделение. Есть такие регионы, где никого, кроме Сбербанка, нет, потому что коммерческие банки считают их неинтересными и там не работают. Сильно сказались и последствия девяносто восьмого года, когда небольшие региональные банки тоже свернули свою деятельность или обанкротились.

Поэтому говорить, что это монополизм, - это то же самое, что обвинять в монополизме почту с позиций компании по экспресс-доставке. Не надо забывать, что Сбербанк в данном случае решает еще и социальную задачу по предоставлению банковских услуг населению и юридическим лицам отдаленных районов страны.

Поэтому я бы говорил не о монополизме в региональном разрезе, а о том, на каких рынках нас больше или меньше. Конечно, нас больше на рынке вкладов физических лиц. По данным балансов всей банковской системы (они могут быть разными в зависимости от того, как агрегируются балансовые счета), на первое января нынешнего года у нас было около восьмидесяти трех процентов рынка рублевых вкладов и только пятьдесят один процент - валютных. (Но наша доля на этом рынке последнее время не растет.) А по привлечению средств юридических лиц мы отнюдь не доминируем. С другой стороны, никто не критикует Сбербанк за то, что его доля в кредитовании населения составляет около сорока процентов, потому что не всем банкам интересен этот сегмент, а вот отдельные голоса, предлагающие ограничить кредитование банком реального сектора экономики, уже раздаются. Мне кажется, что здесь больше от не совсем корректной конкурентной борьбы, нежели от борьбы за "чистоту рыночных идеалов".

Отдельная важная тема - это малый и средний бизнес. Если малое предприятие хочет начать свою деятельность, куда оно придет? Ведь не секрет, что коммерческие банки не очень любят работать с такими клиентами: объем отчетности большой, а привлеченные средства невелики. Сбербанк с ними работает.

- Часто из уст руководителей коммерческих банков раздаются призывы наделить Сбербанк другими социальными функциями: раз он собирает столько средств, пусть спонсирует ипотеку, развивает ссуды населению. Сбербанк будет этим заниматься?

- Что касается социальных функций, то Сбербанк, не отказываясь от них, остается коммерческим банком - ему не выделяется никаких дотаций от государства на "спонсорскую" деятельность. На уровне стратегического планирования мы отдаем себе отчет в том, что пройдет полоса нестабильности, и непривлекательные сегодня направления бизнеса будут приносить деньги. Если мы там сохраним присутствие, это сыграет не только на социальный имидж, но и на рыночную позицию и доходы банка.

Да, можно расширять пакет услуг, но встает вопрос о рентабельности - кто-то должен за это платить. Либо это будут вкладчики, которым станут снижать проценты по вкладам, либо экономика, ведь придется поднимать проценты по кредитам. Да и социальные задачи решаются по-разному. Можно, например, расширять субсидирование бесплатного высшего образования, а можно предложить абитуриенту образовательный кредит с льготным периодом погашения на время обучения.

Разговоры о том, что мы можем брать большие риски, играть роль оптового банка, развивать ипотеку, не новы. Хотя ипотека в России вообще не закончена как система. В мире во всех ипотечных схемах конечный кредитор, покрывающий значительную долю риска, - это государство. Или оно берет на себя риск ликвидности, выкупая ипотечные бумаги, или субсидирует процентные ставки. У нас этот рынок стоит - в том числе и из-за того, что соответствующие решения не приняты. Что касается риска, то любому банку хочется заставить кого-то работать на более рискованном рынке, а себе взять менее рискованного заемщика.

- Одна из мер по привлечению вкладчиков, на которую уповают комбанки, - обязательное страхование депозитов. Пока для Сбербанка планируется отдельная схема. Чем это оправдывается и как долго просуществует такой "особый режим"?

- Особый режим будет только в отношении формирования резервов. Отчисления Сбербанка не попадут в общий котел, а будут размещаться на особых счетах в Банке России. В противном случае, учитывая долю Сбербанка на рынке вкладов, он фактически покрывал бы все риски банкротства коммерческих банков, также привлекающих вклады населения. А сроки определены в совместной стратегии правительства РФ и Банка России.

Но вообще отношение к системе гарантирования - положительное. Она необходима для повышения устойчивости банков, для того, чтобы у вкладчиков была уверенность в возврате, чтобы укреплялось доверие и не было быстрого изъятия частных вкладов, которое приводит к кризисам ликвидности. Юридические лица не могут изъять средства - только перевести в другой банк, а частный вкладчик быстро закрывает счет, переводит средства в наличную форму. При этом снижается монетизация экономики, ухудшается качество денежных агрегатов. Закон призван решить и эту проблему.

Сейчас, по данным прессы, вновь обсуждаются изменения в проект закона. Представляется очень важным, что размер вклада, подлежащий страховой компенсации при банкротстве банка, увеличен с двух до двадцати тысяч рублей. Все-таки вклады до двух тысяч - это чаще расчетные счета, а не сбережения. Однако, на наш взгляд, могла бы быть предусмотрена некая дифференциация: например, вклады на срок дольше одного года гарантировались бы в большей сумме. Ведь короткие вклады в случае ухудшения состояния банка можно изъять без особых потерь, тогда как сбережения, размещенные на длительный срок, подвергаются большему риску. Это и защищало бы банки от риска ликвидности при досрочном изъятии вкладов, и стимулировало бы формирование долгосрочных сбережений как инвестиционного ресурса банков.

Важно только, чтобы государство не надеялось исключительно на действенность этой системы, ведь в случае общего - как в девяносто восьмом году - кризиса страховой фонд не поможет. Необходимы меры по улучшению надзора, чтобы банкротства банков носили единичный и исключительный характер. Но нужно также понимание и готовность государства помогать в случае системного кризиса - банковская система, доверие клиентов стоит дороже.

- Грядет ли приватизация Сбербанка?

- Тут два вопроса - о приватизации и об отношениях ЦБ и Сбербанка. Цель приватизации, по учебнику, - сменить собственника на более эффективного, освободить государство от не свойственных ему функций и за счет этого улучшить управление. В этом смысле Сбербанку приватизация не требуется. Качество корпоративного управления и активов подтверждено специальным финансовым аудитом, проводившимся в двухтысячном году, проверками официальных аудиторов, контрольных организаций, рейтинговых агентств. Каждый может видеть результаты нашей работы: стабильную из года в год прибыль (рентабельность к активам и к собственному капиталу у нас соответствует или превышает среднемировые показатели). Есть ли необходимость в приватизации с этой точки зрения?

Теперь об участии Банка России в капитале Сбербанка. Размер собственного капитала приближается к трем с половиной миллиардов долларов. Найдется ли в России инвестор, который мог бы выложить два миллиарда долларов? Сделки такого масштаба характерны, скорее, для международного рынка капиталов. Будут ли новые хозяева осознавать свою ответственность перед обществом и российской экономикой при формулировании приоритетов деловой политики? Трудно дать твердый ответ. Ведь опыт стран Восточной Европы, где практически утрачена национальная банковская система, не может служить примером России.

Наконец, следующий аспект этой темы. Безусловно, сегодня наличествует конфликт интересов: регулирующий орган фактически владеет субъектом регулирования. Но, думаю, за все годы владения Центробанком акциями Сбербанка не было случая, чтобы Банк России извлек из этого коммерческую выгоду. Стратегическую - да. Не будь участия ЦБ в Сбербанке, в какой банк переводились бы вклады населения из проблемных банков?

Стратегическая связка ЦБ-Сбербанк играет стабилизирующую роль в банковской системе страны. Когда-то надо будет уходить от конфликта интересов, но пока экономика не стала зрелой рыночной, сохранение такой связки оправданно. Можно придумывать механизмы, которые не давали бы развиваться конфликту интересов.

- Прошла волна обсуждения условий и последствий вхождения в ВТО. На ваш взгляд, возможны какие-то особые требования к Сбербанку как к крупному банку? Может, в чем-то ограничат?

- К сожалению, позиция российских переговорщиков в отношении сферы банковских и страховых услуг не представлена банковскому сообществу. Но мне кажется, что приоритеты сохранения национальной банковской системы должны определять эту позицию. Переговоры всегда предполагают уступки: что-то придется отдать, что-то сумеем отстоять.

Хорошо, что, несмотря на рекомендации иностранных экспертов, Россия создает систему гарантирования по вкладам. В Евросоюзе стремятся отменить ее, поскольку считается, что она дает банковскому сектору нерыночные преимущества перед другими участниками финансового и страхового рынков. Нам же система гарантирования нужна как воздух - для возвращения доверия частных вкладчиков и роста инвестиционных ресурсов у банков.