Бетон, вода и медные провода

Максим Рубченко
15 июля 2002, 00:00

Строительство Бурейской ГЭС идет полным ходом. Через год она будет введена в действие, и тогда решится проблема дефицита электроэнергии в Приморье. Более того, часть энергии будет экспортироваться в Китай

От Благовещенска до стройплощадки ГЭС мы добирались почти четыре часа. И если первые сто восемьдесят километров пути омрачались только беспросветной скукой (вопреки нашим ожиданиям преобладающим пейзажем в этих местах является отнюдь не тайга, а гладкая, как стол, равнина, изредка разбавленная небольшими сопками и островками хилых березок - смотреть абсолютно не на что), то последняя треть пути, проходящая по разбитой грузовиками грунтовухе, добавила к моральным страданиям и чисто физические.

Эти восемьдесят километров мы преодолеваем уже почти два часа. На каждом ухабе водитель, таксист-частник, нанятый нами в Благовещенске, ожесточенно материт Чубайса, который "тарифы задирает, а нормальную дорогу построить для людей не может". Нам не до споров - беспощадное приамурское солнце раскалило машину, как печку, кондиционер не работает, а за неосторожную попытку открыть окно мы были моментально наказаны облаком пыли, окутавшим все внутри машины. И когда за склоном очередной сопки вдруг блеснула серебристая стрела строительного крана, мы не поверили своим глазам: неужели наконец-то приехали? Очередной поворот дороги подтвердил, что это не мираж. "Вот она, красавица", - потрясенно бормочет враз притихший водила.

Издалека перегораживающая реку плотина не выглядит слишком большой на фоне прибрежных сопок. И только заметив движущиеся по ней самосвалы, которые кажутся маленькими оранжевыми жучками, начинаешь осознавать грандиозность сооружения. На языке сухих цифр это выглядит так: длина плотины в верхней части - 765 метров, высота - 140, объем бетона, который должен быть уложен в пусковой комплекс станции, - почти 2 млн кубометров.

Оптимистическая трагедия

В середине восьмидесятых годов в Амурской области подошло к концу строительство Зейской ГЭС, и в соответствии с планами правительства рабочие с этой стройки начали переводиться на новые площадки. Главной из них стала Бурейская ГЭС - в 1976 году на Бурею пришли первые строители. Место для строительства станции на Бурее выбирали из пяти вариантов, и по единогласному мнению всех специалистов выбрали самый лучший: здесь, около поселка Талакан, река неширокая - около 175 метров - и сжата с берегов высокими сопками, что существенно облегчает возведение плотины. "Плотина получилась компактная, не разлапистая", - рассказывает один из авторитетнейших гидростроителей страны советник председателя правления РАО "ЕЭС России" Валерий Саакян.

В 1985 году в тело плотины был уложен первый бетон, начались монтажные работы на основных сооружениях. А потом грянула перестройка, развалился СССР, и наступили годы, о которых генеральный директор Бурейской ГЭС Юрий Горбенко и сегодня вспоминает с ужасом: "Безденежье было дикое. Живых денег из федерального бюджета получали крохи - их не хватало даже на выплату заработной платы. А РАО ЕЭС нас 'финансировало' зачетами. Только этим мы и жили: зачеты превращали в деньги, на которые покупали продукты и доставляли их сюда, на стройку. У нас же были энергетические зачеты по всей России, например, с Кубани тащили овощные консервы. Начальник стройки занимался здесь чем попало - и снабжением, и превращением зачетов в живые деньги, и всем прочим. Народ, конечно, этого не понимал".

А потом зачеты и вовсе остановились, так что к концу 1998 года денег у строителей не стало совсем. Не на что было даже печь хлеб в поселке. И весной 1999-го на стройке разразился голодный бунт - три месяца люди не выходили на работу, в поселке шли непрерывные митинги с требованием хлеба и выплаты задолженности по зарплате.

Директор стройки обратился за помощью к тогдашнему губернатору области Анатолию Белоногову, тот срочно организовал помощь от местных предприятий. Со всего региона на Бурею потянулись грузовики с продовольствием. Кризис удалось погасить, за ту помощь Анатолия Белоногова до сих пор на стройке вспоминают добрым словом.

- Без Белоногова сегодня Буреи бы не было, - сказал нам один из рабочих.

- А как же Чубайс, его здесь любят? - поинтересовался я.

- Не то чтобы любят, - смутился рабочий, и, помявшись, добавил: - Но руку кормящего кусать не принято.

Через четыре месяца после хлебного бунта началось возрождение стройки. В ноябре 1999-го на стройку приехали первый вице-премьер правительства глава МПС Николай Аксененко и руководитель РАО ЕЭС Анатолий Чубайс. Вице-премьер преподнес руководству Бурейской ГЭС приятный сюрприз, заявив о готовности МПС участвовать в финансировании строительства. В феврале 2000 года было подписано соглашение, согласно которому МПС обязалось инвестировать в строительство станции по 800 млн рублей ежегодно в течение трех лет. Интерес железнодорожников прозрачен: за софинансирование стройки они получат в счет погашения долга копеечные энерготарифы для дальневосточных железных дорог.

С тех пор график финансирования не нарушался. "Сегодня у меня как у заказчика долгов нет, - говорит Юрий Горбенко. - Даже в какой-то мере идет авансирование работ генподрядчикам - в пределах ста пятидесяти миллионов рублей мы создаем задел строителям, чтобы они имели возможность иметь оборотные средства, подкопить какой-то резерв по материалам, чтобы стройка не остановилась". В этом году объем финансирования Бурейской ГЭС составит 6 млрд рублей, еще полтора миллиарда РАО ЕЭС инвестирует в развитие сетевого хозяйства. Ближайшая цель - запустить первый блок ГЭС к 30 июня 2003 года - в условиях отменного финансирования выглядит вполне достижимой. Уже в декабре 2003 года должен вступить в действие второй агрегат Бурейской ГЭС, а пуск последнего, шестого, агрегата планируется осуществить в 2007-м.

Для полноты картины процветания важнейшего проекта отечественной энергетики осталось прояснить лишь один вопрос. Дело в том, что в 2004 году РАО "ЕЭС России" должно прекратить свое существование в нынешнем виде. Кто же будет финансировать строительство до его окончания в 2007 году? "Пока трудно сказать, - спокойно отвечает Юрий Горбенко. - Сейчас прорабатывается вопрос о создании государственного инвестиционного фонда, который будет заниматься инвестициями во все строящиеся энергообъекты. Но есть и второй вариант - поиск инвесторов. Алюминщики сегодня уже захотели с нами работать, и сейчас рассматривается вариант строительства в порту Ванино алюминиевого завода, полностью ориентированного на экспорт. Порт недалеко, линии электропередачи имеются, и у нас есть резерв по мощности - порядка пятнадцати процентов в год пока невостребовано".

Станция нового типа

Бурейская ГЭС существенно уступает по своим масштабам лидеру отечественной электроэнергетики - Саяно-Шушенской ГЭС. Там высота плотины - 240 метров, на Бурее, напомним, 140. Там мощность - 6 МВт, у Бурейской ГЭС - только два. Однако значение новой станции для России трудно переоценить. Во-первых, это будет первая гидроэлектростанция, пущенная в строй после распада СССР. А во-вторых, уступая ведущим станциям в размерах, Бурея намного опередит их по технологическому оснащению.

Так, при ГЭС будет построено уникальное распределительное устройство напряжением 500 КВ, которое разместится в здании размером 18 на 60 метров. "Это уникальное решение, такого еще нет в России, - рассказывает Юрий Горбенко. - Оборудование полностью автоматическое - сорок лет туда не заглядывает человек. Гарантия надежности - сто процентов". Претендентами на поставку оборудования для этого устройства являются швейцарский завод компании ABB и французская фирма Alstom, и в ближайшее время должен пройти конкурс для принятия решения в пользу одной из этих фирм.

Еще одно новшество - решено кабель на 500 КВ, который, по первоначальному проекту, должен был пройти по гребню плотины, спрятать внутри станции. "Всегда же были проблемы: провода натягиваем - значит, нельзя проносить грузы, нельзя строить, - говорит Юрий Горбенко. - Здесь мы провода убираем, что позволит строителям спокойно продолжать возводить станцию".

Короче говоря, на Бурее планируется применять все новейшие мировые достижения в области автоматизации технологических процессов в электроэнергетике. "Эта станция станет жемчужиной энергетики Дальнего Востока, - говорит Анатолий Чубайс. - Именно так мы это для себя понимаем. Уникальный, беспрецедентный объект, находившийся в катастрофическом положении четыре-пять лет назад и сегодня представляющий собой образец динамичного современного руководства крупным инвестиционным комплексом. Такого масштаба инвестиционных объектов в энергетике страны нет. Думаю, что и за пределами России энергетика вряд ли может похвастаться сопоставимыми проектами".

Стремление к новейшим технологиям проявляется и в организации строительства станции. "Мы долго и упорно доказывали правительству, что хватит строить 'города в никуда', как, например, на Саяно-Шушенской ГЭС, которую я строил десять лет, - рассказывает Юрий Горбенко. - Построили там большой поселок для строителей - и что? Стал городом пенсионеров: люди постарели, социально не защищены, никакого производства, ничего. В Дивногорске при Красноярской ГЭС - такая же беда: стал город-пенсионер".

Чтобы избежать этого, на Бурее впервые в истории строительства отечественных гидроэлектростанций введен вахтовый метод работы. Здесь сегодня работают гидростроители со всей России - с Загорской гидроаккумулирующей станции, с Калининской атомной, со строительства Богучанской ГЭС, где сегодня нет финансирования. Есть даже вахты из Армении и Белоруссии. Переход на вахтовый метод позволил руководству стройки решить массу проблем. "Мы перешли на вахтовое жилье, то есть временные дома контейнерного типа и контейнерного типа столовые, - рассказывает Юрий Горбенко. - Это позволяет, во-первых, сократить затраты на постоянное жилье, а во-вторых, снять социальные проблемы по трудоустройству людей, которые останутся после строительства. То есть строители закончат работу, сдадут мне объект, соберут свои дома, свои мобильные столовые и переедут на другую стройку".

Немножко экономики

Бурейская ГЭС предназначена для обеспечения дешевой энергией наиболее проблемных регионов России. "По нашим раскладам, сорок процентов вырабатываемой энергии мы будем отдавать на Приморье, процентов около тридцати - на Хабаровский край, а где-то пятнадцать процентов у нас будет уходить на Амурскую область, - говорит Юрий Горбенко. - Еще пятнадцать процентов мы закладываем в резерв. Возможно, под экспорт в Китай. Китайцы сейчас склоняются к тому, что им все-таки выгоднее взять энергию для северных провинций от нас, в ста двадцати километрах от границы, чем от своего строящегося на реке Янцзы гидрокомплекса 'Три ущелья' тянуть линию более тысячи километров".

По предварительным расчетам энергетиков, себестоимость энергии, вырабатываемой на первом агрегате Бурейской ГЭС, будет составлять порядка 15 копеек за 1 КВт, а с пуском последнего агрегата она снизится до 5,6 копейки. При действующем сегодня в Приамурье тарифе - 71 копейка - выгода налицо. По оценке Юрия Горбенко, срок окупаемости станции составит пять-семь лет, после чего она будет давать чистую среднегодовую прибыль - около 120 млн долларов.

Но уже сегодня, в процессе строительства, станция дает большой положительный импульс экономике края. "Губернатор Амурской области Леонид Коротков очень грамотно лоббирует свои предприятия, - 'пожаловался' Анатолий Чубайс во время последнего посещения Буреи. - Мы, конечно, везде действуем по тендерам, тем не менее реально загрузка для предприятий, работающих в Амурской области, в связи с этим объектом существенно растет. Практически половина налогового потока, который связан с этим строительством, остается в районе и области. Я уже не говорю о рабочих местах, об инфраструктуре - строительстве дороги, оптоволоконной линии связи, которая будет работать не только для технологических, но и для бытовых целей, о социальных объектах".

Великий Переход

Строительство алюминиевого завода в порту Ванино, экспорт электроэнергии в Китай - это все, конечно, здорово. Но главная цель строительства Бурейской ГЭС - раз и навсегда решить энергетические проблемы Дальнего Востока в целом и Приморья в частности. А для этого мало просто построить электростанцию, нужно еще доставить электроэнергию потребителю. И в этом не было бы ничего особо сложного, если бы на пути линии электропередачи от Буреи в Приморье не лежал Амур. На сегодняшний день сооружение энергоперехода через эту реку - не менее важный проект РАО "ЕЭС России", чем само строительство Бурейской ГЭС.

Первая сложность такого строительства очевидна: Амур - река довольно широкая. Правда, амурское русло изобилует большим количеством островов, но даже в самом удобном для перехода месте - на островах около Хабаровска - расстояние между опорами ЛЭП не может быть меньше 1650 метров. Соответственно, высота этих опор должна составлять не менее 195 метров. И здесь возникает следующая загвоздка: опоры ЛЭП высотой до пятидесяти метров еще можно собирать целиком на земле, а потом просто поднимать в вертикальное положение с помощью крана или вертолета. А вот с более высокими такой номер не проходит - их приходится строить как башни, начиная со специального фундамента. И тут появляются проблемы, связанные с беспокойным характером самого Амура.

По проекту, переход ЛЭП должен пройти по трем островам - Большому Уссурийскому, Безымянному и острову Быков. "Когда мы в семьдесят девятом году делали техническое обоснование перехода, две опоры планировалось размещать в центре Безымянного и Быкова, - рассказывает главный инженер Межсистемных электрических сетей (МЭС) Востока Сергей Смирнов. - Соответственно определялся пролет, делались все расчеты. Когда мы дошли до стадии проекта, уже надо было эти опоры смещать, потому что острова 'убежали' - поменялось русло. А когда делали рабочую документацию, пришлось еще на сто пятьдесят метров сдвинуть пролет, потому что острова смещаются. В итоге береговая опора номер восемь, которая первоначально планировалась высотой в сорок три метра, потом 'выросла' до семидесяти метров, а сейчас стала под сотню. И если первоначально она была обычной сварной металлической конструкцией из уголка, которую поднимают на шарнирах трактором, то теперь это тоже трубчатая конструкция, которая собирается как башня".

Сегодня опоры ЛЭП на Амурском переходе строятся с таким расчетом, чтобы они не разрушились, даже если острова под ними вообще будут размыты. Для этого под каждый из четырех углов опоры ЛЭП строится фундамент, способный десятилетиями выдерживать удары амурских волн и ежегодный ледоход. Фундамент под одну "ногу" - это семь трубчатых свай диаметром 152 сантиметра, забитых в землю на глубину 38 метров и залитых внутри бетоном - по 4,5 тыс. кубометров бетона на каждую из четырех опор. Сваи увенчаны бетонным шестигранником, на котором и покоится угол опоры ЛЭП.

Скважины под сваи бурили с помощью специальной машины для устройства фундаментов немецкой фирмы Bauer. Работать пришлось зимой, потому что другого способа доставить машину на острова, кроме как перегнать по льду, просто не существует. "В России подобные установки никогда не выпускались, - говорит Сергей Смирнов. - Но даже если бы они были... Вот у нас работает, допустим, отечественный бульдозер К170 и примерно такого же веса и габарита бульдозер 'Катерпиллер' или японский 'Комацу'. Производительность и надежность иностранных машин выше даже не на порядок, а больше".

Когда зимой прошлого года бурились скважины под сваи, температура воздуха опускалась до минус тридцати градусов, а из-за постоянного ветра с влажностью с Амура буровая установка охлаждалась до минус сорока. "Этот 'Бауэр', если его останавливали по какой-то причине, приходилось раскочегаривать двое-трое суток, для того чтобы он начал вращаться - настолько масло густело, - вспоминает Сергей Смирнов. - Отечественная техника там развалилась бы буквально сразу же, она просто не закончила бы это бурение. Даже сам 'Бауэр' местами недобуривал, потому что разный был рельеф. Он опускал сваи на глубину двадцать пять-тридцать метров, а потом применяли так называемые вибропогружатели, то есть сверху на сваю ставится специальная махина с кучей двигателей, которая начинает ее трясти, и под действием этой вибрации свая опускается в грунт. Этот остров, бедняга, так содрогался, что наверное, рыба в Амуре разбегалась. Я только однажды наблюдал, как это было - такое ощущение, что началось землетрясение и все сейчас развалится".

Дополнительный аргумент

В марте началось собственно возведение опор из металлоконструкций. То, что так красиво называется "металлоконструкция", на самом деле - обычная стальная труба, покрашенная в красный или белый цвет, на концах которой приварены фланцы, для того чтобы ее можно было болтами скрепить с другими такими же. "Болтики" весят килограммов по пятнадцать, зато титановый ключ, которыми они заворачиваются, - не больше килограмма.

Первые звенья опоры устанавливали с земли обычным краном, потом стали использовать ползущий кран, который крепится внутри башни и управляется с земли, поднимаясь вместе с опорой. Темпы монтажа сильно привязаны к погоде - нельзя работать в дождь (конструкции становятся скользкими, и монтажникам подниматься наверх опасно) и в сильный ветер (порывом может ударить конструкцию об опору и повредить ее). Так что у монтажников бывают дни, когда они вынужденно предаются безделью - собирают грибы, ловят рыбу. Однако все полны решимости закончить строительство к зиме. Когда на Амуре встанет лед, на нем между опорами будут разложены провода - двухкилометровые отрезки общим весом 173 тонны, которые затем специальной натяжной машиной будут подниматься на опоры. Если до ледостава строительство опор не будет закончено, для навески проводов придется ждать следующей зимы. Сегодня об этом на стройке и думать не хотят, активно готовясь к зимнему сезону.

Для работы в холодное время года уже закуплены финские альпинистские комбинезоны со встроенными рациями. К осени на высоте 120 метров для монтажников будет сооружена комната отдыха - сарайчик 120 на 180 сантиметров, с двумя стульями и откидным столиком, а также биотуалет (можно посмеяться, но если прикинуть, сколько времени займет спуск по лестницам с высоты 195 метров, то необходимость такого заведения на высоте сомнений не вызовет). А вот теплая одежда может и не понадобиться, поскольку монтажники планируют закончить свою работу досрочно - уже в августе-сентябре.

"Аналогичные или превосходящие по высоте переходы в России неизвестны, - говорит Сергей Смирнов. - Может быть, где-то и есть опоры повыше, но переходов с таким количеством опор и с такой глубиной фундаментов у нас в стране не существует точно. Насчет зарубежных аналогов я только слышал, что еще во времена Советского Союза наш 'Техноэкспорт' участвовал в тендере на строительство энергоперехода в Аргентине через Рио-Гранде. И вот тот переход был примерно сопоставим с нашим. Но 'Техноэкспорт' тендер проиграл, и о дальнейшей судьбе того проекта я ничего не слышал. Возможно, его так и не построили".

И еще один важный момент. Переход строится на островах, относящихся к так называемым спорным территориям, на которые претендует Китай. И этот проект расценивается жителями края и самими строителями как дополнительный знак того, что острова являются российской хозяйственной территорией. "Вряд ли стоит расценивать наши опоры как дополнительный символ принадлежности этих территорий России, - говорит Сергей Смирнов. - Но отдать такой Переход Китаю ни у кого рука не поднимется. Несмотря на любые политические соображения".

Талакан-Хабаровск-Москва

Одним из важнейших факторов инвестиционной привлекательности компании или страны является история ее успехов в реализации крупных проектов. Сами они становятся символами экономического и политического подъема государства, самосознания его граждан. Днепрогэс, Целина, БАМ - это, согласитесь, больше, чем просто хозяйственные проекты. И таких у нас давно не было.

Чтобы понять, на что реально способна сегодня отечественная промышленность, мы начинаем цикл статей "Стройки века", в которых собираемся рассказать о судьбе наиболее крупных и успешных проектов, воплощающихся в жизнь в наши дни. Первый адрес, по которому отправились корреспонденты "Эксперта", - .

Анатолий Чубайс: "В этом году объем финансирования Бурейской ГЭС составит шесть миллиардов рублей, еще полтора миллиарда мы инвестируем в развитие сетевого хозяйства. Этих денег хватит для того, чтобы 30 июня будущего года пусковой комплекс Бурейской ГЭС первым блоком был введен в строй и синхронизирован с единой энергосистемой. Сегодня все платежи идут день в день, и лично для меня это лучшая оценка качества работы всей финансовой вертикали РАО ЕЭС, начиная с моего первого заместителя и заканчивая рядовыми работниками финансового подразделения. Это прямое доказательство того, что вся система финансирования и бюджетирования в гигантском холдинге РАО ЕЭС работает как часы"

Юрий ГорбенкоЮрий Горбенко: "За пятнадцать лет - с семьдесят седьмого по девяносто второй год - я пустил девятнадцать агрегатов. А с девяносто второго года, с тех пор как меня перевели сюда, на эту горе-станцию, - ни одного. Так что пустить этот, двадцатый, агрегат для меня дело чести"