Хиты напрокат

Михаил Малыхин
14 октября 2002, 00:00

В Москве одновременно стартовали два новых мюзикла - "Чикаго" и "42-я улица". Похоже, эти проекты положат начало формированию настоящего рынка мюзиклов в России. Но завершится этот процесс не раньше чем через три года

Премьеры двух мюзиклов с интервалом в несколько дней - для нашей страны явление беспрецедентное. До недавнего времени в России их было настолько мало, что ни о какой конкуренции в этом жанре не могло быть и речи. Если в европейской столице одновременно всегда идет с десяток мюзиклов (а в американских мегаполисах и того больше), то у нас каждый проект воспринимается как откровение.

Когда полгода назад в Театре оперетты показали "Нотр-Дам де Пари", казалось, затмить это дорогое феерическое шоу с великолепными декорациями, костюмами, мастерским танцем и хорошо поставленным вокалом невозможно.

Однако две звезды отечественного шоу-бизнеса, Филипп Киркоров и Алла Пугачева, решили бросить вызов "Нотр-Даму" и всем предыдущим музыкальным спектаклям вместе взятым. На днях они открыли новый - американский - этап в истории отечественного мюзикла, поставив на сцене Театра эстрады русскоязычную версию знаменитого бродвейского "Чикаго".

Но в одиночестве почивать на лаврах "первопроходцев Америки" чете продюсеров помешал художник Борис Краснов - их давний друг и коллега по эстрадному цеху. Через считанные дни после премьеры "Чикаго" он запустил мюзикл "42-я улица" на сцене Московского дворца молодежи (МДМ), на весь сезон пригласив в столицу настоящих бродвейских звезд и затратив на проект рекордную для отечественного шоу-бизнеса сумму - 11 млн долларов (для сравнения: "Метро" обошелся в 1,2 млн долларов, "Нотр-Дам де Пари" и "Норд-Ост" стоили порядка 4 млн, "Чикаго" - 5,5 млн).

Веселые старты

Трудно описать словами то, что творилось прошлой весной в маленьком клубе в Лефортове, куда ежедневно в течение десяти дней набивалось человек двести желающих пройти конкурс в труппу "Чикаго". То и дело в холле мелькали до боли знакомые лица. "Кто это?" - спрашивали друг друга взволнованные девицы, прибывшие сюда с Урала, из Одессы, Краснодара и Подмосковья. "Ой, да ведь это же та самая, что рекламировала 'Данон'! А этот - парень из 'Хочешь, я угадаю, как тебя зовут'!".

Время от времени двери крохотного зала открывались, выпуская зареванных тинейджеров или лукаво улыбавшихся счастливчиков. "Ну, что спрашивали? Как выглядит Филипп?" - гудели ожидающие своей очереди соискатели. А в это время взлохмаченный председатель комиссии Киркоров, облаченный в домашний свитер, устало прикладывался к бутылке "Святого источника" и пытался разглядеть в каждом пляшущем и поющем будущую звезду. Периодически конкурсный процесс останавливался: на сцене материализовывались нелепые травести (они тоже требовались по условиям отбора), даже и не пытавшиеся петь или танцевать. Свое загадочное поведение они объясняли тем, что в клубах привыкли открывать рот под фонограмму Мадонны или Софии Ротару.

Ко второму туру конкурса в столицу прибыли американский хореограф Гари Крист и режиссер Скотт Феррис, отобравшие из двухсот оставшихся претендентов тридцать лучших в труппу "Чикаго". В их число попали и совсем никому не известные артисты из дальних пределов федерации, и старые знакомцы из "Норд-Оста" и "Метро", а также несколько подзабытых киноактеров. К примеру, в крепко сбитом бритоголовом судье-мафиози, одном из самых колоритных персонажей мюзикла, зрители с удивлением узнали Егора Дружинина - того самого Васечкина из нашумевшего детского сериала 80-х годов "Приключения Петрова и Васечкина".

Пока Киркоров отбирал талантливых артистов, Борис Краснов обдумывал собственный проект. Вообще-то изначально художник намеревался делать декорации к "Чикаго" - но получил от Киркорова отказ (согласно лицензии, весь реквизит производился в Америке). Недолго думая, он решил в те же сроки поставить в Москве другой американский мюзикл, с собственными декорациями. Выбор пал на "42-ю улицу". Подготовка к премьере заняла вдвое меньше времени, чем потребовалось на "Чикаго", зато и обошлась вдвое дороже.

Творческая гонка двух проектов стартовала в июне. Когда отобранные Киркоровым и американцами артисты уже разучивали свои партии, Краснов еще разъезжал по Америке, Канаде и странам Балтии, договариваясь с заокеанскими продюсерами, отбирая канадских и американских актеров и добиваясь финансовой поддержки прибалтийских банкиров. В июле, когда киркоровская компания уже отрабатывала отдельные сцены, а в Театре эстрады вовсю шел капитальный ремонт, Краснов еще собирал оркестр и оговаривал условия аренды зала Московского дворца молодежи. Театр эстрады реконструировался для "Чикаго" месяца три; на ремонт МДМ ушло ровно полтора месяца. В конце концов обе музыкальные кампании вышли на финишную прямую практически одновременно, в сентябре.

Сводные братья

На первый взгляд два мюзикла могут показаться очень похожими. В отличие от прежних российских проектов "Чикаго" и "42-я улица" - американские до мозга и костей. Если польское "Метро" в некоторых номерах еще пытается, хотя и безуспешно, быть похожим на бродвейские джазовые шоу, то российский "Норд-Ост" построен исключительно на сплаве отечественного симфонизма с бардовской школой. А французский "Нотр-Дам де Пари" и вовсе задумывался как антипод американского спектакля (шансон вместо джаза и европейский данс-модерн вместо степа).

В основе "Чикаго" и "42-й улицы" лежит классический американский сюжет, где воспеваются золотые 30-е годы с их культом пижонов-мафиози и длинноногих блондинок. В "Чикаго" повествуется о том, как женщина-убийца (Анастасия Стоцкая) стараниями своего адвоката (Филипп Киркоров) и прессы становится эстрадной звездой, а в "Улице" провинциалка (Меридит Паттерсон) добивается той же цели при помощи влиятельного любовника.

В обоих мюзиклах звучат небольшие джазовые оркестрики, оголенные ножки красавиц резво отбивают чечетку, а вальяжные гангстеры аккомпанируют своим блюзам, прищелкивая пальцами. И в "Чикаго", и в "Улице" на первом плане - стальные мускулы ног и рук, армейская точность каждого танцевального па и заученный артистизм, выверенный до жеста.

Но, несмотря на кажущееся сходство постановок, человек, попавший после Театра эстрады в МДМ, увидит совершенно иное зрелище. Похожий на черно-белое кино "Чикаго" с минимумом антуража и декораций не спутаешь с блестящим многоцветьем "42-й улицы". Если в "Улице" главное - танец, то в "Чикаго" на первом месте пение. Да и поют у Киркорова по-русски, а у Краснова - по-английски (едва ли не самая любопытная деталь "Улицы" - наушники, из которых доносится монотонный голос Аркадия Арканова, зачитывающего подстрочный перевод песен).

Музыкальные уравнения

Какой из проектов окажется более успешным коммерчески, станет ясно месяца через три, когда зрительский энтузиазм, вызванный первой волной рекламы, сойдет на нет. Однако некоторые предположения можно сделать уже сейчас.

Проекту "Чикаго" успех в текущем сезоне, судя по всему, обеспечен: его промокампания учитывает опыт всех прежних мюзиклов. Кроме массированной рекламы по радио и телевидению проект привлекает зрителей участием эстрадных звезд, в первую очередь Филиппа Киркорова и Лолиты. Да и Алла Пугачева не прочь поддержать популярность мюзикла: не исключено, что через несколько месяцев, когда внимание зрителей начнет ослабевать, одна из ролей перейдет к ней, а затем к семейному подряду подключится и Кристина Орбакайте. Кроме того, продюсеры "Чикаго" подписали соглашение с компанией BMG на выпуск компакт-диска (как видно по опыту "Нотр-Дама", эта стратегия дает прекрасный эффект - интерес к проекту с недавним выходом русскоязычной аудиоверсии мюзикла снова возрос).

Что же до "42-й улицы", то перспективы интереса к этому проекту вызывают некоторые сомнения. По всей видимости, Борис Краснов, с американским размахом затративший на свой мюзикл 11 млн долларов, ступил на весьма популярный в России путь коммерческого эксперимента: в его бизнес-уравнении слишком много неизвестных. Прежде всего, непонятно, насколько продолжительным окажется интерес публики к иностранному мюзиклу на иностранном языке (сам продюсер уверяет, что зрители будут рады уникальной возможности увидеть классический американский спектакль на языке оригинала).

Кроме того, неясно, как отнесется публика к полному отсутствию в постановке отечественных знаменитостей (звезды Бродвея, участвующие в российской версии спектакля, у нас неизвестны). Да и популярность аудиозаписи мюзикла (если таковая планируется), в котором танец стоит на первом месте, очень сомнительна.

Сам г-н Краснов признался "Эксперту", что у него есть стопроцентная уверенность в успехе: перед составлением бизнес-плана он специально заказал исследовательской компании "Комкон-2" анализ перспектив российского рынка мюзиклов. По мнению специалистов, Россия сегодня находится лишь на стадии формирования настоящего рынка в этой области. "Пока насыщения этого рынка не произошло, мне нечего опасаться конкурентов, - говорит г-н Краснов, - а для его насыщения потребуется реализация еще как минимум пятидесяти проектов".

Аналитики из "Комкон-2" утверждают, что пик интереса к некогда экзотическому в России жанру и формирование нормального рынка мюзиклов грядет лишь через три года. Однако очевидно, что главные изменения в этой области происходят именно сейчас: во-первых, с одновременным появлением двух американских постановок впервые можно говорить о какой-то конкуренции. Во-вторых, на рынке появились сильные игроки, способные привлекать в индустрию мюзиклов инвестиции, сопоставимые с западными вложениями в эту отрасль. Как минимум четыре компании - Киркорова-Пугачевой, Бориса Краснова, подзабытая "Метро Энтертейнмент" и новообразовавшаяся "Мюзикл стэйдж продакшн" - собираются разрабатывать в России новый жанр. Уже весной "Метро Энтертейнмент" планирует запустить мюзикл "Ромео и Джульетта", Борис Краснов - привезти бродвейских "Кошек", Киркоров с Пугачевой ведут переговоры о постановке "Виктора и Виктории". А ближайшим хитом станет лондонский мюзикл "Иствикские ведьмы" ("Мюзикл стэйдж продакшн", генеральный продюсер - замдиректора ЦДЛ Татьяна Огородникова). Так что начало индустрии мюзиклов в России положено. Пока, впрочем, к нам привозят не самый ходовой товар - знаменитые, но уже давно отыгранные, не первой свежести спектакли (исключением являются разве что "Иствикские ведьмы" двухлетней давности). Среди западных хитов сиротливо ютится единственный отечественный мюзикл "Норд-Ост". Впрочем, не исключено, что успех европейских и американских проектов в скором времени даст импульс и созданию полноценной русской школы мюзикла. И тогда на отечественной сцене запляшут не чикагские, а наши родные бандиты - благо их у нас сейчас не меньше, чем в Америке 30-х годов.