Без посредников

Алексей Хазбиев
заместитель главного редактора журнала «Эксперт»
14 октября 2002, 00:00

В системе экспорта российского оружия начался передел. Он связан как с изменениями мировой конъюнктуры, так и с грядущей демонополизацией сферы ВТС

Комиссия по военно-техническому сотрудничеству (ВТС) России под председательством президента Владимира Путина 3 октября приняла революционное решение, в корне меняющее всю систему и структуру взаимоотношений нашей страны с иностранными государствами в части экспорта вооружений. Комиссия "признала целесообразным предоставить право ведения внешнеэкономической деятельности в области ВТС всем холдинговым компаниям ВПК России после их экономического и организационного оформления, а также отдельным предприятиям". Это означает, что государственный посредник - "Рособоронэкспорт", де-факто монополизировавший бизнес по торговле оружием (на него сейчас приходится почти 87% от общего объема поставок), не только лишится львиной доли своих доходов, но со временем может быть вообще ликвидирован.

Одинаково "равноудаленные"

Еще до заседания комиссии возник крупный конфликт между заместителем руководителя администрации президента генералом ФСБ Виктором Ивановым, который по совместительству возглавляет концерн ПВО "Алмаз-Антей", и гендиректором "Рособоронэкспорта" Андреем Бельяниновым, ранее также работавшим в спецорганах. Г-н Иванов настоятельно требовал продления лицензии на самостоятельный экспорт техники для концерна (она закончилась в мае этого года, и сейчас экспорт осуществляется лишь по временному разрешению), а г-н Бельянинов активно этому противился. Тем не менее бывшие спецслужбисты, "одинаково равноудаленные" от президента, в полном соответствии с правилами аппаратной борьбы не решились сразу вынести свой спор на суд Путина. Поэтому заседание комиссии началось скучно. Главным в повестке совещания был пункт об "отчете комитета по ВТС о ходе работы по предоставлению права самостоятельного ведения внешнеэкономической деятельности в области ВТС холдинговым структурам". Доклад по этому вопросу делал председатель КВТС заместитель министра обороны Михаил Дмитриев. Понимая всю пикантность ситуации, г-н Дмитриев основную часть своего доклада посвятил предоставлению права холдингам на самостоятельный экспорт не готовой продукции, а запчастей. Соответствующий указ Владимир Путин подписал еще в декабре прошлого года и тогда же поручил г-ну Дмитриеву составить список предприятий, которые таким правом будут пользоваться. Однако реализация этого указа идет туго (кстати, тоже из-за невнятной позиции "Рособоронэкспорта", который создал для этих целей дочернюю компанию "Промпоставка"). На сегодняшний день из списка, который насчитывает 40 компаний, самостоятельно экспортируют запчасти, осуществляют ремонт техники и т. д. только ОКБ "Сухой", ММПП "Салют" и еще две структуры. Поэтому г-н Дмитриев отделался дежурной формулировкой, сказав, что этот процесс необходимо активизировать с учетом роли и места "Рособоронэкспорта". Что же касается экспорта готовой продукции, то руководитель КВТС отметил, что таким правом холдинги наделить, конечно, надо, но "в перспективе". На этом, казалось, заседание комиссии должно было завершиться. Но тут неожиданно слово взял начальник экономического управления администрации президента Антон Данилов-Данильян, который замещает Виктора Иванова в совете директоров концерна "Алмаз-Антей". Г-н Данилов-Данильян заявил, что право самостоятельного экспорта готовой продукции надо предоставить холдингам "как можно скорее", и даже предложил определить конкретные сроки. Такая постановка вопроса предусматривала публичное выяснение отношений между двумя скрыто враждующими группами чиновников, возглавляемыми соответственно господами Бельяниновым и Ивановым. Ситуацию взялся разрядить премьер-министр Михаил Касьянов, заявивший, что в нынешних условиях принимать конкретное решение о сроках было бы неправильно. С этим никто спорить не стал. В итоге комиссия записала в протоколе решение предоставить право холдингам самостоятельно экспортировать военную технику, но конкретных сроков не указала. Тем не менее даже запись такой компромиссной формулировки стала крупным поражением Андрея Бельянинова в аппаратной борьбе.

"Рособоронэкспорт" против экспортеров

С момента образования "Рособоронэкспорта" и назначения на должность гендиректора этой компании Андрей Бельянинов последовательно выстраивал всю систему экспорта вооружений только под свою компанию. Вместе со своим заместителем Сергеем Чемизовым (тоже давним соратником Путина по спецслужбам) он составил проект президентского указа, согласно которому "Рособоронэкспорт" становился единственным спецэкспортером вооружений, а четыре компании, имеющие право самостоятельного выхода на внешние рынки, - КБ приборостроения, КБ машиностроения, РСК МиГ и НПО машиностроения, - этой привилегии лишались. Однако этот указ так и не был подписан президентом - против выступил Виктор Иванов. Тем не менее административного ресурса руководства "Рособоронэкспорта" хватило, чтобы заставить оставшиеся четыре компании экспортировать заметный объем своей техники не напрямую, а через госпосредника (в случае с РСК МиГ это не менее трети от продаж корпорации). Но на этом г-н Бельянинов не остановился. Андрей Юрьевич с начала этого года сделал ряд программных заявлений, суть которых сводилась к тому, что его компания должна контролировать в оборонке все и вся. Несколько месяцев назад на интернет-пресс-конференции он прямо сказал, что "Рособоронэкспорт" "хочет сам заниматься производством вооружений и военной техники, покупать пакеты акций оборонных предприятий с тем, чтобы стать сбалансированной компанией". По его мнению, госпосредник без производственной базы рискует быть подверженным разного рода колебаниям и может просто не выжить. Первым предприятием, блокирующий пакет акций которого купит "Рособоронэкспорт", станет Волгоградский тракторный завод. "За ним последуют другие", - уверенно пообещал Андрей Бельянинов. По мнению главы "Рособоронэкспорта", он лучше других знает конъюнктуру мирового рынка вооружений, поэтому именно его компания должна определять промышленную и техническую политику предприятий, с которыми она работает. Увлекшись аппаратной борьбой и лоббированием своих интересов, руководство "Рособоронэкспорта" на самом деле перестало "чувствовать" рыночную конъюнктуру, в результате чего компания начала стремительно терять позиции на мировом рынке ("Эксперт" писал об этом в N35 за этот год). Так, "Рособоронэкспорт" зачем-то стал участвовать в тендере на поставку самолетов в Южную Корею и Турцию, хотя с самого начала было понятно, что США не допустят продажи российской техники своим стратегическим союзникам. Оба этих тендера "Рособоронэкспорт" проиграл. Но главное другое. Затратив значительные ресурсы (только участие в специализированных выставках в Корее обошлось в несколько миллионов долларов) на попытки продвижения русского оружия сателлитам США, наш спецэкспортер не смог уделить достаточно внимания Малайзии и Индии - традиционным покупателям русского оружия. В результате малайзийский премьер Махатхир Мохаммад, пожелавший в начале этого года закупить истребители Су-30, теперь купил американские F-18. А Индия так и не добилась от нашего спецэкспортера необходимого ей авианосца "Адмирал Горшков". При этом чиновники "Рособоронэкспорта", как ни странно, считают свою позицию верной, а любую конструктивную критику в свой адрес в принципе не воспринимают. "Участие в проигранных тендерах было крайне необходимо, - говорит один из высокопоставленных руководителей спецэкспортера, просивший не называть его имени, - надежда на то, что эти страны купят у нас другое вооружение, очень велика, поэтому мы не зря пытались выйти на закрытые для России рынки". Впрочем, если критика со стороны журналистов руководством "Рособоронэкспорта" просто игнорируется, то любое проявление недовольства руководителей оборонных предприятий предельно жестко подавляется. Проще всего это делать с гендиректорами тех компаний, которые не имеют самостоятельной лицензии на экспорт. Например, ОКБ "Сухой", НПО "Алмаз" и другие. В советы директоров этих предприятий входят представители "Рособоронэкспорта", и поэтому госпосредник имеет рычаг давления на топ-менеджмент заводов и ОКБ. Скажем, в случае несогласия руководителя такого предприятия с политикой нашего спецэкспортера его просто не переизберут на следующий срок. С теми же четырьмя компаниями, которые торгуют оружием на мировом рынке сами, бороться сложнее. Здесь руководству "Рособоронэкспорта" вольно или невольно помогает КВТС. Комитет открыто применяет двойные стандарты при распределении заявок, которые поступают от иностранных заказчиков. Своими приказами руководство КВТС просто закрыло рынки ряда стран для этих четырех предприятий. А на рынках тех стран, которые нельзя закрыть по политическим мотивам (например, наших союзников, которые хотят работать напрямую с предприятиями минуя посредника: Греция, Кипр, Индия и другие), КВТС чинит препятствия и возводит для самостоятельных экспортеров нашего оружия различные административные барьеры, например ограничивая номенклатуру продаваемой техники.

Но "Рособоронэкспорт" решил пойти еще дальше. Несмотря на то что в соответствии с федеральной целевой программой реформирования и развития оборонно-промышленного комплекса, принятой в ноябре прошлого года, было решено создать 50 интегрированных холдингов, многие из которых будут принадлежать частным предпринимателям, Андрей Бельянинов открыто выступает против частного сектора в ВПК. На брифинге, который состоялся незадолго до заседания комиссии при президенте, он заявляет буквально следующее: "В частных руках производство вооружений и военной техники в России находиться не должно".

ПВО и корабли

Стремление Андрея Бельянинова именно сейчас поставить оборонку под свой полный контроль понятно. В условиях мизерного гособоронзаказа (российская армия новых вооружений практически не покупает) нашим предприятиям ВПК можно рассчитывать только на поступления от экспорта, которые последние три года постоянно растут. По итогам прошлого года Россия продала оружия на 4,2 млрд долларов, заняв второе место на мировом рынке. Но так будет не всегда. Уже с 2004 года поступления от экспорта российского оружия начнут сокращаться, при этом сама структура экспорта существенно изменится. Если сейчас более половины доходов Россия получает от продажи самолетов, то начиная с 2004-2006 года основные поступления, по словам самого Андрея Бельянинова, будут от реализации систем ПВО и военных кораблей, поскольку Индия и Китай станут производить наши самолеты по лицензии. Именно в этих двух подотраслях ВПК в ближайшее время будут созданы первые две крупные интегрированные структуры, которые не горят желанием встать под крыло шефа "Рособоронэкспорта".

Первая такая структура - концерн ПВО "Алмаз-Антей", объединивший 43 предприятия оборонки, - уже фактически образовалась. Ее окончательное формирование завершится в декабре этого года с избранием гендиректора концерна. Тогда же этот концерн должен получить новую лицензию на самостоятельный экспорт. Спрос на российские системы ПВО, выпускаемые концерном "Алмаз-Антей", прежде всего комплексы дальнего действия, в ближайшее время, по прогнозам экспертов, должен резко увеличиться. Во-первых, сейчас ведутся активные переговоры о поставке систем, которые будут создаваться на базе С-400 "Триумф", в Объединенные Арабские Эмираты. Эта страна руководствуется принципом диверсификации в своей закупочной политике. Танки ОАЭ приобретают во Франции, самолеты - в США, а системы ПВО - в России. В 90-х Эмираты уже закупили у нас системы ПВО "Панцирь" на сумму 700 млн долларов. Делается это в основном по политическим соображениям и из принципов безопасности. Учитывая напряженность в отношениях арабского мира и США, ОАЭ просто не рискнут покупать там системы ПВО. Дело в том, что США не передают покупателям так называемые коды программного обеспечения. Кроме того, системы ПВО, которые продают Америка и Европа своим "неблизким союзникам", к числу которых до недавнего времени относились нефтяные монархии Персидского залива, оснащены чипами, которые в определенное время могут активироваться и заблокировать действие системы ПВО. Это означает, что вся система ПВО может быть выведена продавцом оружия из строя в любое время. Такое уже случалось. Во время войны США с Ираком система ПВО арабской страны, купленная у Франции, была выведена из строя французскими оборонными компаниями по настоянию Америки. Так что резон купить новую систему ПВО в России для Эмиратов очевиден. Сумма этого контракта может превысить 2 млрд долларов. Кроме Эмиратов системы ПВО у нас наверняка начнет покупать Индия и продолжит приобретать Китай. У Индии вообще нет систем противоракетной обороны дальнего радиуса действия, а ведь ей только на границу с Пакистаном для отражения возможной агрессии необходимо как минимум четыре дивизиона С-300. Индия активно поддерживает Вьетнам - ведущего члена блока АСЕАН, который был создан для парирования возможного удара, в том числе с китайской стороны. У обеих стран есть жесткие территориальные споры с Китаем. Причем особо напряженные отношения у Китая именно с Вьетнамом. Эти две страны ведут спор за Парасельские и Спратли острова в Южно-Китайском море (считается, что там есть нефть), поэтому покупка Индией систем С-300 вызовет аналогичный спрос на это вооружение со стороны Китая. "У Китая системами ПВО защищено только двадцать процентов жизненно важной территории, поэтому им необходимо еще пять-восемь дивизионов С-300", - говорит гендиректор Центра анализа стратегий и технологий (АСТ) Руслан Пухов. Таким образом, на системах ПВО для Эмиратов, Индии и Китая "Алмаз-Антей" может заработать в обозримой перспективе (в оборонке это десять лет) примерно 8 млрд долларов.

Похожая ситуация и с военными кораблями. По оценкам специалистов Центра АСТ, в течение нескольких лет Индия может закупить у нас три фрегата и шесть подлодок класса "Кило", а Китай - два новых эсминца и пять подлодок. Общая сумма контрактов может превысить пять-шесть миллиардов долларов. Но этих денег все равно не хватит, чтобы прокормить все судостроительные предприятия России, поэтому в этой подотрасли ВПК в ближайшем будущем также будет создана крупная интегрированная структура. Ее контуры просматриваются уже сейчас. Как считают эксперты, такая структура скорее всего будет создана на базе Балтийского завода - единственного предприятия в надводном судостроении России, в составе которого есть мощный машиностроительный корпус. Благодаря ему Балтзавод может делать всю энергетику для кораблей - котлы, гребные винты, гребные валы, парогенераторы и проч. Президент группы ИСТ, которая владеет Балтийским заводом, Александр Несис в начале этого года уже предпринял попытку создать интегрированную структуру вместе со своим конкурентом - сборочным предприятием "Северная верфь", но успехом эта затея пока не увенчалась (подробнее см. "Не в котлах дело").

Итак, в ближайшем будущем наибольшая часть от экспорта нашего оружия придется на государственный концерн ПВО "Алмаз-Антей" и частный холдинг, который скорее всего будет сформирован на базе Балтзавода. Возможность получить контроль над этими предприятиями "Рособоронэкспорт" уже упустил. В дальнейшем, по мере формирования оставшихся 48 военно-промышленных холдингов и получения ими лицензий на самостоятельный экспорт, встанет вопрос о самом существовании нашего госпосредника. Впрочем, скорой ликвидации "Рособоронэкспорта" ожидать не стоит. Компании еще предстоит выполнить свои обязательства перед иностранными заказчиками на сумму более 13 млрд долларов в течение десяти лет.

Уже с 2004 года поступления от экспорта российского оружия начнут сокращаться, при этом сама структура экспорта существенно изменится. Если сейчас более половины доходов Россия получает от продажи самолетов, то начиная с 2004-2006 года основные поступления, по словам самого Андрея Бельянинова, будут от реализации систем ПВО и военных кораблей, поскольку Индия и Китай станут производить наши самолеты по лицензии. Именно в этих двух подотраслях ВПК в ближайшее время будут созданы первые две крупные интегрированные структуры, которые не горят желанием встать под крыло шефа "Рособоронэкспорта".