Мир, он же война

28 октября 2002, 00:00

Все прежние пьесы кончились. Об этом сообщила нам чеченка, пустившая автоматную очередь поверх голов зрителей героического мюзикла "Норд-Ост". Она прервала представление как раз на эпохальном моменте Октябрьской революции, и сама стала символом наступления еще одной эпохи. Главная особенность ее заключается в том, что если раньше войны чередовались миром, то теперь мы имеем мир, неотличимый от войны.

О наступлении этой эпохи мы догадывались и раньше, когда взрывались дома в Москве и Нью-Йорке, в Индонезии и африканских столицах. Но не хватало вот этого, последнего штриха, чтобы картина стала абсолютно ясной и понятной. Не хватало появления в столице ядерной супердержавы самых настоящих захватчиков из 29-й дивизии Ичкерийской армии. И не стоит иронизировать по поводу номера дивизии и названия армии. В конце концов, немецкие дивизии в 1941 году не вошли в Москву, а эта - вошла. Командиры 29-й дивизии ведут телефонные переговоры со своими вышестоящими начальниками в Чечне, Турции, Арабских Эмиратах, а значит, речь идет о мировой войне.

Боевые действия на этой войне характеризуются пока относительно слабой интенсивностью, то есть люди погибают не миллионами и не каждый день. Однако все еще только начинается, и все будет зависеть от того, найдем ли мы правильный ответ на эти первые вызовы. Дело осложняется тем, что еще неясно даже, кто, с кем и за что воюет.

Чечня воюет с нами за свою независимость? Но независимость у нее уже была - в течение трех лет после Хасавюрта. Тогда-то и стало понятно, что все эти чеченские борцы за национальное освобождение на самом деле - рядовые участники международного проекта радикального исламского халифата. Они не задумываясь поставили на карту существование своей Ичкерии, чтобы потащить знамя джихада в Дагестан и далее.

А когда пассажирские самолеты врезаются в американские небоскребы - это о чем? Кто тут с кем воюет и чего хочет добиться? Как, на взгляд неизвестных авторов проекта, будет выглядеть их победа? О чем думали пикировавшие на Всемирный торговый центр арабские летчики? Чувствует ли себя победителем бен Ладен, каждую ночь меняющий норы? Может быть, и чувствует, мы этого не знаем. В нашу систему ценностей это все не укладывается.

Так с кем воевать и как? Мы этого тоже не знаем. И американцы не знают. Если бы хоть одна страна в мире пикнула бы что-то насчет джихада, ее бы немедленно и с огромным удовольствием разнесли по кочкам. Так нет же. Враг не зафиксирован на определенном участке суши, как это было всегда. Враг не имеет четкой структуры, он представляет собой наброшенную на земной шар сеть, и узлы этой сети есть во всех странах. Задача стоит невероятно сложная: найти и уничтожить все узлы, не повредив при этом самого земного шара. В этом деле не помогут атомные бомбы, подводные лодки и многое другое из арсенала "классической войны". Этот вопрос требует совершенно новых подходов и решений, а их пока не предложили выпускники Вест-Пойнта и Академии имени Фрунзе.

Найдутся ли новые решения? Это зависит от всех нас.

В сорок первом году, когда немцы бомбили Москву, вряд ли кому приходило в голову ругать Сталина (хотя бы и очень тихо) за то, что он проморгал начало войны, или советских генералов, позволивших врагу на пятый день войны взять Минск. Потому что надо было лезть на крышу своего дома и тушить зажигательные бомбы. Надо было организовывать эвакуацию и налаживать производство боевой техники. Надо было создавать и обучать новые воинские соединения. Надо было делать много всякой работы, чтобы наладить сопротивление врагу и через четыре года его победить.

Так же и сейчас. Ругать начальство - президента, правительство, а также милицию, военных генералов, ФСБ и т. д. за то, что они не могут эффективно бороться с чеченскими боевиками, - правильно, но вряд ли достаточно действенно. Наша теперешняя жизнь - это уже не мир. Если мы не поняли этого после взрыва жилых домов в Москве или после 11 сентября прошлого года, мы должны понять это теперь. Мы должны понять, что далеко не все зависит от начальства, а почти все зависит от нас, в том числе и наше начальство. Мы должны понять, что теперь, когда больше нет мира, только наши терпение и стойкость дадут нам возможность победить.

Два пункта сегодня очевидны. Первый. Враг рассчитывает на нашу слабую психику, рассчитывает на то, что мы пойдем кого-нибудь громить и кому-нибудь мстить. Если мы потеряем спокойствие и достоинство, мы пропали как общество. Второй. Мы не должны требовать от властей немедленно найти и покарать виновных, этим мы только спровоцируем их на фальсификацию вместо серьезной работы (подобное сейчас происходит с Америкой). Но мы должны требовать от властей тотального повышения эффективности. В военное время мелочей не бывает: даже вороватый гаишник или пьяный пожарный представляют огромную опасность для воюющей страны. Мы уже долго не будем жить вполне беззаботно и безопасно, но это не означает, что страна должна немедленно переходить на осадное положение - с патрулями, блокпостами и прочими бесполезными вещами. Если мы постараемся выполнить первые два пункта, то этим избавим себя от многих опасностей.

И наконец, последнее, но самое главное. Мы готовим к печати этот номер вечером в четверг, через сутки после захвата заложников. События только разворачиваются, и мы не знаем, чем они, возможно, уже закончились, когда вы держите в руках этот журнал. Но мы должны помнить о тех людях, гражданах России и иностранцах, мужчинах и женщинах, что оказались в заложниках у террористов. Каждый из нас мог быть на их месте, они - это мы. И смерть несправедливо стоит слишком близко от них.

ПОМОГИ ИМ ГОСПОДЬ.