Мы определенно нуждаемся в элите

Анастасия Дедюхина
15 сентября 2003, 00:00

Образование - это основа экономического роста, полагает эксперт Института немецкой экономики Райнхольд Вайс. Но чтобы быть эффективной, система образования должна постоянно эволюционировать

Парадоксальным образом судьбы немецкого и российского образования оказались схожи. Когда-то германское образование считалось лучшим в мире, и многие страны ориентировались на этот стандарт. Сегодня Германия имеет крайне низкие рейтинги по результатам всех международных исследований, а ведущие специалисты предпочитают уезжать в Америку. "Остатки былой роскоши" еще имеются, но система требует реорганизации. Недавно после шумной дискуссии, в ходе которой обсуждалось, как спасать положение, Институт немецкой экономики выпустил книгу, рассказывающую, как складывается эффективная система образования и для чего ее вообще нужно создавать. Об этом мы беседуем с одним из авторов "Немецкого подхода к образованию", заместителем начальника отдела образования Института немецкой экономики доктором Райнхольдом Вайсом.

Человеческий капитал

- Господин Вайс, насколько вообще важно образование для развития общества и какое оно имеет значение для экономики страны?

- Значение образования все еще недооценивается. Хотя с шестидесятых годов мы знаем, что оно играет огромную роль, стимулируя рост экономики и инновации. Во многих странах экономический рост напрямую определялся инвестициями в человеческий капитал. Чем они выше, тем больше экономический рост и благосостояние. Чем выше доход людей, тем выше уровень образования, и наоборот - чем люди образованнее, тем выше их доход. Сложность в том, что мы не знаем наверняка, что было первым - яйцо или курица.

- А как создается человеческий капитал и чем определяется его развитие?

- Он формируется, когда люди учатся: на школьной скамье, в аудитории, самостоятельно по книжкам или через компьютер, Интернет. При этом получаемые знания должны не просто заучиваться, а применяться в повседневных ситуациях, например на работе. Только тогда это работающий капитал.

В Германии сегодня он практически не растет. Более восьмидесяти пяти процентов немецких инвестиций в образование уходит на то, чтобы поддерживать его уровень на нынешнем уровне. То есть мы не можем добиться существенных качественных улучшений в образовании. Тем более что последние двадцать лет наши инвестиции в эту сферу уменьшались. Проблема усугубляется еще и тем, что население страны сокращается - необходимо срочно пересматривать систему инвестиций и инвестировать в образование, чтобы человеческий капитал развивался. Это крайне важно не только для благосостояния страны, но и для безопасности социальной системы.

- Кто же должен в этот капитал инвестировать?

- Если говорить о школе, о базовом обучении, то это прежде всего государство, для которого важны инвестиции в будущее. Но все расходы на себя оно брать не может. Нужна личная инициатива, личные вложения - как учащихся, так и будущих работодателей. В каких-то странах это решается за счет взимания школьных и университетских платежей. В Германии не только долго учатся и ничего за это не платят, но часто учебу прерывают, бросают. Если бы образование стоило денег, если бы приходилось брать на него кредиты, студенты стремились бы как можно быстрее начать работать, получать зарплату.

- Иными словами, вы предлагаете вводить платное образование? Но правомерно ли рассматривать сферу образования как часть экономики и применять к ней экономические законы?

- В Германии рассматривать образование с экономической точки зрения долгое время считалось предосудительным, и экономическими механизмами оно не регулировалось. Сегодня у нас можно говорить лишь о рынке повторного образования - здесь есть предложение, спрос и контроль за счет цен. Существует он и на уровне школы - я имею в виду частные школы, но даже в них экономические механизмы играют весьма скромную роль. При этом в других странах, особенно англосаксонских, ситуация иная. Предоставляется информация о качестве, направлениях образования, лучшие школы получают различные призы за свои достижения. И в зависимости от уровня достижений учебного заведения устанавливаются цены.

Впрочем, все сказанное не означает, что всем придется платить за образование - просто должны пересматриваться объекты инвестиций. Так, государству целесообразнее давать стипендии отдельным одаренным студентам, нежели выделять средства вузам. Сегодня в Германии многие не учатся, а лишь числятся в университете, чтобы иметь социальные льготы. А ведь финансирование вуза определяется исходя из количества студентов, в нем "прописанных". Необходимо ликвидировать эти "мертвые души", и в последнее время в некоторых землях уже начали это делать, вводя оплату для тех, кто учится уж слишком долго.

Разные подходы

- Есть ли абсолютно эффективные образовательные методики и системы?

- Есть системы, которые демонстрируют интересные результаты. В Финляндии, например, очень сильно индивидуализирован подход к учащимся, но при этом сохраняются четкие общие стандарты. Это достигается за счет небольшого числа школьников в классе, тесного контакта между преподавателем и учеником.

Другой пример - Великобритания, чья отличительная черта - постоянная эволюция школ. Ежегодно составляется рейтинг школ и их достижений, эти списки публикуются. Таким образом, школьные власти знают, где какие достижения были, и родители могут сделать выбор, куда отдать чадо. Принцип эволюции и прозрачность школьной системы стоило бы перенять.

Возьмем третью страну, Францию. Здесь очень сильна дошкольная система воспитания - с трех лет дети посещают детские сады, так называемые "де голль матернель", где за ними не только присматривают, но обучают и готовят к школе. Это дает возможность молодым родителям, прежде всего мамам, не сидеть дома, а идти работать.

В Нидерландах школы имеют большую автономию, то есть они определяют не только методики, но и решают вопросы найма персонала и в отличие от Германии самостоятельны в финансовых вопросах. У этих стран нам есть чему поучиться - у нас пока во всех проблемах ученика склонны обвинять школу...

- Во всем мире сейчас говорят о том, что элементарная грамотность резко снижается. Сталкивается ли с этим явлением Германия, и если да, каковы его причины?

- В Германии очень долго полагали, что проблемы с грамотностью имеются лишь в неразвитых странах. И считали вполне естественным, что после десяти и более лет школы немецкие школьники должны уметь писать, читать и воспринимать прочитанное. Однако последние исследования показывают, что это убеждение было ошибочным и что страна сталкивается с очень серьезными проблемами.

Первая причина такого положения дел - значительное число иностранцев, которые учатся в немецких школах. Часто эти дети, как и их родители, едва говорят по-немецки. Они живут в замкнутых общинах - это касается в первую очередь выходцев из Турции и стран бывшего СССР. Днем они общаются в основном между собой на родном - допустим, турецком, языке, смотрят турецкое телевидение, ходят к турецким врачам. То есть в повседневной жизни немецкий им не нужен.

Вторая причина - школу оставили один на один с проблемой социализации иностранцев, и она не справляется с этим, перестала передавать детям необходимые для культурного человека "технические" навыки вроде чтения и письма. То есть читать-то люди могут, но не понимают, что читают. А этому должны обучать именно в школе. То, что наши дети не могут полноценно читать, - настоящий шок для культурной нации, которой немцы все еще являются.

Наконец, третья причина. Семья и общество уделяют детям недостаточно времени в том смысле, чтобы они работали с текстами - литературными и любыми другими. Молодые люди не читают, а проводят время перед телевизором, и никто их читать не заставляет.

- А как обстоят дела в других странах? Можно ли утверждать, что кризис грамотности и - шире - образования повсеместен?

- Германия по результатам PISA (международная программа оценки уровня школьного образования. - "Эксперт") находится чуть ниже среднего уровня, у США, скажем, позиция чуть повыше. То есть и у американской системы есть проблемы, в первую очередь с обучением языку детей эмигрантов. Решить эту проблему очень важно для их интеграции в общество.

Впрочем, есть и позитивные примеры, показывающие, что кризис возможно преодолеть - примеры стран Северной Европы и Азии - Японии, Гонконга, Кореи, Малайзии и Сингапура. Особенно высок уровень школьного образования, и прежде всего преподавания языков, в Финляндии. Это связано с тем, что в Европе на финском никто не говорит, и финнам приходится учить иностранные языки.

Что же касается взрослых, есть международное исследование образования пятидесятилетних, и здесь у Германии дела не так плохи. Это было другое поколение, которое, в частности, лучше учило язык. Впрочем, возможно, что определенные навыки приобретаются уже во взрослой жизни, в процессе работы. Дело в том, что у нас очень развита так называемая двойная система образования, когда получающие профессиональное образование хоть продавца, хоть химика одновременно работают и учатся. И для работы им приходится овладевать языковыми навыками.

Германская система

- Как соотносятся школьное и высшее образование в Германии?

- В Германии существует тесная связь между выпускными экзаменами в школе и поступлением в университет. Сдавший экзамен в школе может учиться в любом вузе и изучать любой предмет. В принципе, университеты себе учащихся не отбирают, и поступающие имеют равные возможности. Но многие абитуриенты часто не знают, какую профессию избрать. Поэтому они сперва идут не учиться, а получать профессиональное образование, и сегодня таких становится все больше. С одной стороны, это хорошо, поскольку мы получаем больше профессионально подготовленных людей. С другой стороны, плохо, так как это образовательный "объезд", крюк. Они позже поступают, позже заканчивают вузы и, соответственно, позже начинают работать. К тому же и школьное обучение, и университетское длится у нас дольше, чем в большинстве других стран. Результат - лишь в двадцать семь-двадцать восемь лет они в состоянии принимать участие в экономической жизни.

У нас сильна культура образования именно на предприятиях. Не случайно тенденцией становится, что многие молодые люди получают альтернативное образование, работая в течение трех лет на выделяемых компаниями местах и одновременно посещают профессиональный колледж. Предприятия считают своим долгом что-то сделать для молодых людей. И, естественно, гарантируют себе тем самым будущих сотрудников.

- Но не является ли сокращение числа обучающихся в вузе тормозом для развития общества?

- Конечно, университетское образование ценится больше, нежели профессиональное. Но успехи немецкой экономики базируются как раз на системе профобразования, позволяющей подготавливать высокопрофессиональные кадры - тех же продавцов, например. Они очень квалифицированны, и тем самым закладывается основа для более высокой продуктивности экономики.

Кстати говоря, после воссоединения с ГДР мы обнаружили, что люди в той части Германии были в целом очень образованными - совсем как русские, которые в метро читали Толстого. Но при этом имели низкую профессиональную компетенцию. Сегодня эта проблема отчасти решена, многим из них пришлось повышать квалификацию.

- В Германии отсутствуют элитные учебные заведения. Насколько это влияет на экономику страны, нужны ли они вообще?

- В Германии сама тема элиты долгое время была запрещенной в силу исторических причин. Речь шла о том, что важнее всего интересы среднего класса. Мы определенно нуждаемся в элите, но у нас нет учебных заведений, где она могла бы формироваться: сегодня наши вузы не могут предложить высококлассным преподавателям достойных условий работы - очень много бюрократии, у нас надо все выверять. Поэтому лучшие кадры либо уходит в промышленность - и это еще хорошо, - либо уезжает за рубеж. Утечка мозгов происходит прежде всего в сфере математических и естественных наук. К тому же, поскольку государство стремится, чтобы во всех вузах были сильные преподаватели и чтобы ни у кого не было преференций, то в Германии есть хорошие вузы, но нет лучших.

Кельн