Профицит вместо развития

Андрей Клепач
6 октября 2003, 00:00

Низкий уровень госрасходов тормозит рост экономики, так как в большинстве сфер государственной ответственности их не замещают частные средства - эти сферы продолжают деградировать, а качество общественных услуг снижаться

Судя по проекту федерального бюджета и Основных направлений денежно-кредитной политики на 2004 год, правительство и Банк России видят основной рычаг стимулирования экономической динамики в снижении налогов и инфляции, что должно увеличить чистые доходы бизнеса и уменьшить темпы укрепления реального курса рубля, а тем самым и несколько ослабить давление конкуренции со стороны импорта. Как бы ни критиковали половинчатость предложенного правительством пакета налоговых мер, он действительно будет способствовать росту экономики. Правда, при одном "но" - бизнес будет вкладывать добавочные доходы в российскую экономику, и отток капитала не увеличится. По нашей оценке, правительственные налоговые новации, снижающие налоговую нагрузку в 2004 году примерно на 0,8 процентного пункта ВВП, добавляют к росту экономики примерно 0,2 процентного пункта в будущем году и около 0,8 пункта в ближайшие три года.

Снижение налогового бремени приведет, по нашим оценкам, к уменьшению налоговых доходов федерального бюджета до 14-14,3% (против 15,6%, ожидаемых в нынешнем году, без учета ЕСН). При планируемом сокращении непроцентных расходов это позволит получить даже больший профицит бюджета, чем заложено в его проекте (0,9% ВВП против 0,5% по проекту и 1,7% в 2003 году).

В отличие от нынешнего года проект бюджета-2004 не предусматривает новой индексации зарплат в бюджетном секторе. Это означает, что в лучшем случае его работникам удастся лишь не допустить нарастания отставания от средней зарплаты в экономике - уже сейчас это более чем трехкратный разрыв.

Надо сказать, что, несмотря на рост в последние годы, уровень непроцентных расходов бюджета по отношению к ВВП на 20-25% ниже, чем в предкризисные 1996-1997 годы. Сектор общественных услуг по-прежнему находится в состоянии, близком к стагнации (рост на 8,5% к 1997 году, или на 1,4% в год). Это особенно контрастирует с бумом инвестиционного и потребительского спроса, который вырос за последние шесть лет соответственно на 40 и 31%. Низкий уровень госрасходов тормозит рост экономики: так как в большинстве сфер государственной ответственности их не замещают частные средства, эти сферы продолжают деградировать, а качество общественных услуг снижаться.

Конечно, главный вопрос не только в том, сколько тратит государство, а как оно тратит средства налогоплательщиков, с какой эффективностью и на какие приоритеты. При низкой эффективности работы общественного сектора и обороноспособности страны и бизнес, и общество не будут видеть смысла в увеличении расходов. В итоге сохраняется профицит бюджета. Экономический рост и снижение процентных расходов уже к 2006 году при нормальных нефтяных ценах (22-23 доллара за баррель), по нашей оценке, позволит увеличить профицит бюджета примерно до 2% ВВП. Государство может направить все эти избыточные доходы в стабилизационный фонд или потратить их на опережающее погашение внешнего долга. Однако, на наш взгляд, с точки зрения экономического роста и модернизации экономики более разумно по достижении некоторого согласованного уровня резервного фонда (а он уже к концу этого года может достичь 2% ВВП) направить дополнительные доходы на увеличение непроцентных расходов или пойти на новое снижение налогов. Форсированное накопление стабилизационного фонда и размещение его средств в иностранных активах означало бы просто замещение частного экспорта капитала государственным. Это лишь усилит дальнейшее отставание России от конкурентов.

Конечно, резкое ухудшение мировой конъюнктуры, если таковое случится, изменит подход к снижению налогов. Очевидно, что при дефицитном бюджете стабилизационный фонд нарастить не удастся, но его можно и не растрачивать, финансируя дефицит за счет внутренних и внешних заимствований. В таких умеренных пределах это не приведет к воссозданию долгового пузыря 1998 года, но позволит не резать расходы и не ставить под угрозу модернизацию общественного сектора и армии.

Вопрос заимствований, как и налогов, упирается в то, как и сколько надо расходовать на общественные услуги. Может быть, в обозримом будущем удастся создать не ситуацию взаимного вытеснения частных и государственных расходов на общественные услуги, а систему их взаимной сцепки, взаимодополнения, когда между государством и частным бизнесом возникает разделение труда, рисков и затрат как в развитии образовательной сферы, медицины и науки, ЖКХ, так и в оборонном комплексе.

Налоговое стимулирование, как и попытки взбадривания экономики за счет занижения курса национальной валюты, имеют свои пределы. Новая порция снижения налогов совсем не обязательно даст значимый эффект с точки зрения темпов роста экономики, хотя это и не должно быть единственным критерием при оценке их целесообразности. Несмотря на повышение налоговой нагрузки на нефтегазовый сектор, его избыточные накопленные доходы, не находящие применения в России и питающие по большей части экспорт капитала, оцениваются нами за последние пять лет в 30-35 млрд долларов, или 7% ВВП. Это не означает, что этот капитал надо "взять и поделить". Однако это реальный барьер против снижения налогов на нефтегазовый бизнес. Дальнейшая транснационализация российского нефтяного бизнеса, расширение им своих инвестиций за рубежом и сращивание с международными гигантами, хотя и соответствует логике бизнеса, никак не может помочь российской экономике обрести "новые мускулы и мозги", помимо нефтяных.