Стыдливый авторитаризм или новая культура?

Наталья Архангельская
9 февраля 2004, 00:00

Состоявшаяся на прошлой неделе в Серафимовском клубе дискуссия по результатам парламентских выборов выявила такой разброс мнений, что становится ясно: для осмысления происшедшего понадобится немало времени и интеллектуальных усилий

Отправной точкой для дискуссии послужили тезисы, написанные членом клуба Максимом Соколовым, который оценивает результаты 7 декабря весьма негативно. На его взгляд, прошедшая кампания не только не структурировала политическое поле, но, напротив, все запутала. Российская политическая машина потребляет все наличные ресурсы, в том числе и медийный, для воспроизведения самой себя, а это ведет к системному кризису партийно-политической системы, чьи механизмы, худо-бедно действовавшие, начинают отказывать один за другим. Политическую обстановку в стране публицист характеризует как стыдливый авторитаризм. "Политика входит в сумеречную зону, где толком не работают ни представительная, ни авторитарная системы. Это еще не присяга на верность, - огорчается Максим Соколов, - но уже и не выборы". На его взгляд, к наследию 90-х годов, при всей его небезупречности, следовало бы относиться бережнее. Ведь если стержень, на котором держится нынешняя путинская конструкция, ослабнет, то все противоречия не только немедленно вылезут наружу, но и начнут разрешаться самыми непарламентскими методами.

Одним из главных факторов стремительной деградации партийно-политической системы г-н Соколов считает выборы по партийным спискам, которыми, на его взгляд, легче манипулировать, вследствие чего подрывается вся сущность самоуправления, делая невозможным "возвращение к корням травы". Не говоря уже о том, что степень легитимности депутатов-списочников несравненно ниже той, что дает выигрыш в округе.

Последний тезис тут же попытался опровергнуть другой член клуба - главный редактор "Эксперта" Валерий Фадеев, который привел следующей довод: если согласиться с тем, что выигрыш "Единой России" по партспискам стал результатом тотальной промывки мозгов по каналам ТВ, то чем тогда объяснить, что в округах партия власти набрала еще больше - до двух третей мандатов?

Масла в огонь подлил руководитель Центра либерально-консервативной политики Аркадий Мурашев, заявивший, что случившееся 7 декабря, во-первых, закономерно, а во-вторых, хорошо. "Мы движемся в сторону нормальной двухпартийной системы, база для которой есть, поскольку изначально сложились две политические позиции: коммунистическая и антикоммунистическая. А ненормальной, напротив, была ситуация в 1995 году, когда в бюллетене фигурировали 43 партии, отличить которые друг от друга было невозможно. И надо радоваться тому, что путь к двухпартийной системе Россия прошла очень быстро".

Говорить о медийном тоталитаризме, на взгляд ветерана нашего демдвижения, тоже нет оснований: в 1996 году цензура была гораздо жестче. "По сравнению с теми временами сегодня мы наблюдаем торжество либерализма, - подчеркнул Мурашев. - И при всем при этом разрыв между Ельциным и Зюгановым был не такой большой. Сегодня же он огромен и это - объективное явление, а вовсе не результат тотального агитпропа: коммунизм себя исчерпал". Коммунисты проиграли в своих традиционных округах, потерпели поражение такие бойцы, как Лукьянов и Астраханкина - их выбили никому не известные кандидаты от ЕР. Коммунисты выиграли всего в 12 округах - на такой разгром не хватит никакого административного ресурса, горячится Мурашев. И перекос в Думе в пользу ЕР его тоже не пугает: в ландтаге Баварии численное преобладание правящей партии еще больше.

Что же касается соратников Мурашева - правых сил, - то они в своей маргинализации виноваты сами. И вообще, подытожил он, время демдвижения в России закончилось.

Таким образом, левый и правый фланги политического поля опустели, и им предстоит заполниться новым содержанием. По мнению Мурашева, здесь возможны два варианта развития событий: либо коммунисты и правые сумеют все-таки переформатироваться и возродиться. Либо начнет структурироваться "Единая Россия", которая заполнена самыми разными людьми.

Однако с тем, что ЕР имеет хоть малейшую политическую перспективу, оказался категорически не согласен лидер Партии развития предпринимательства Иван Грачев. У партии нет никакой идеологии - она непредсказуема. Невозможно себе представить, например, как она себя поведет в Думе, а значит, как политический инструмент она не функциональна. Чего нельзя, например, сказать про Республиканскую партию США, которая, придя к власти с Бушем, делает, в соответствии со своими идеологическими предпочтениями, именно то, чего ждет от нее бизнес: снижает налоги, опускает доллар, уменьшает процентные ставки.

Другой представитель бизнеса - председатель правления группы компаний "Нерком" Вадим Солод - нынешнюю политическую ситуацию оценивает так: Путин пришел к власти, когда корпорация "Россия" была в плачевном состоянии - ее активы были полностью разворованы. Президентская команда действовала как команда кризисных менеджеров, и она свою работу выполнила: кризис остановлен, активы консолидированы, председатель ЦБ плачет от счастья - валютные резервы достигли беспрецедентной величины. "Но наличие больших средств на счетах фирмы означает, что фирма плохая, - заостряет тему предприниматель. - Поэтому сегодня вопрос стоит так: задача кризисных менеджеров выполнена, пришла пора нанять других - тех, кто будет фирму развивать". Страна ждет, результаты парламентских выборов, по мнению г-на Солода, это - ее выбор. "А демонизировать кремлевских чиновников, - заключает он, - я бы не стал: управлять такой страной из Кремля не получалось ни у кого. Даже у Сталина". В ответ на замечание, что в процессе укрепления корпорации "Россия" кое-кто потерял свой бизнес, г-н Солод заметил: "Если у тебя отнимают бизнес, значит, ты его недостоин: у тебя не хватает достаточного ресурса его удержать. В том числе и интеллектуального".

Под занавес дискуссии Александр Неклесса из Института экономических стратегий очень удачно перевел ее в философское русло. Он высказал убеждение, что "в России на наших глазах закончилась определенная политическая культура - связанная с институтами представительной демократии и публичной политики. Это явление наблюдается не только в России, но наша страна здесь является в каком-то смысле пионером". По Неклессе, в данный момент выстраивается некая новая культура, названия которой еще нет, но условно можно ее наречь технологической. Жизнь общественного духа прошла в своей истории период, когда она проявлялась в религиозных формах, затем был длительный этап, когда она проявлялась в формах политических, сейчас все переходит в какую-то иную плоскость.