Экспериментальная мифология

Книги
Москва, 15.03.2004
«Эксперт» №10 (411)
Создав Израиль, еврейский народ не только обеспечил себе убежище от гонений, но и осуществил чуть ли не самый поразительный политический эксперимент нового времени

Книг о сложной судьбе еврейского народа написано немало - уж больно это захватывающая тема. Однако практически все они не отличаются объективностью. Попытки изнутри осмыслить диаспору, холокост, построение сионистского государства излишне герметичны, переполнены внутренними комплексами и зачастую построены на буквальном восприятии национальных мифов; осмысление со стороны зачастую чересчур поверхностно, а иногда и вовсе говорит не столько о евреях, сколько об авторах исследования. В результате вместо целостной картины на сегодняшний день мы имеем сложноустроенную конструкцию из разнообразных мифологических схем, преследовавших евреев на протяжении двух тысяч лет, а в XX столетии и вовсе разросшихся до каких-то небывалых размеров. Аналитический словарь "Евреи и XX век" - на удивление успешная попытка дать общую, целостную картину взаимодействия самой популярной нации XX века и всего остального человечества. В книге, представляющей собой энциклопедического размаха сборник статей на все мыслимые темы - от истории психоанализа до нового извода мессианства, делается попытка не просто подвергнуть анализу современный еврейский мир, но и понять с его помощью движущие силы нынешней европейской цивилизации.

Собственно, в рамках последней еврейство - с его принципиальной маргинальностью, вечным изгнанничеством, социальной обособленностью - давно уже приобрело характер не просто этнического, но и некоего социально-культурного маркера. Цветаева не случайно когда-то писала: "Поэты - жиды". Евреем можно стать - как стал им король Дании Кристиан X, во время фашистской оккупации вышедший на улицу с желтой звездой на груди; от еврейства можно отказаться, как поступили Отто Вейнингер или Роза Люксембург (разработавшая для этого специальный ритуал - поедание бутерброда с ветчиной на близлежащей могиле раввина). Мальчик Оська из "Кондуита и Швамбрании" Льва Кассиля, занявшись увлекательным процессом национальной самоидентификации, спрашивал маму: "А наша кошка - тоже еврей?" Кошка, видимо, все-таки не еврей; однако одних этнических характеристик для определения еврейской сущности все-таки недостаточно.

Собственно, именно процессу оформления разношерстной, разбросанной по всему свету нации в единое государство посвящены самые, пожалуй, интересные статьи словаря. Религия в XX веке перестала объединять различные части диаспоры; неуклонная и неостановимая секуляризация делала диалог между ними все менее возможным. Основателю сионизма Теодору Герцлю легко было заявить: "Мы - народ, единый народ"; однако на практике внушить эту мысль и "немецкому голубоглазому врачу, и йеменскому темнокожему ремесленнику" оказалось не так просто. Тем удивительней наблюдать, как незримая, умопостигаемая идея обретала плоть; в статьях "Тель-Авив" Шломо Шва, "Ивритская культура (ее воссоздание)" Менахема Бринкера, "Кибуц" Эли Барнави красочно описывается, как из чертежа, набросанного прямо на песке пляжа около Яффы, вырос сверхсовременный мегаполис, как древний язык Ветхого Завета превратилс

У партнеров

    «Эксперт»
    №10 (411) 15 марта 2004
    Новое правительство
    Содержание:
    Ставка на сильных

    Обновленная иерархия полномочий, персоналий и функций в составе кабинета указывает на приоритеты политики президента. Это - снижение налогов, вступление в ВТО, инновации, концентрация административных и финансовых ресурсов в ВПК и более или менее решительный поворот во внешней политике от Европы к США

    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Реклама