Продается живая вода

Галина Костина
17 мая 2004, 00:00

Стволовые клетки уже лечат инфаркты и тяжелые травмы позвоночника, но к предложениям сбросить за их счет десяток лет и тридцать тысяч долларов стоит относиться осторожно

О стволовых клетках заговорили теперь даже домохозяйки: уже не только в специальных изданиях и в Интернете, но и в модных глянцевых журналах все чаще стали появляться статьи об инъекциях чудодейственных клеток, способных сбросить с вас десяток лет. Сообщений о возможности омоложения становится все больше. В Москве и в регионах предлагают услуги по омоложению стоимостью десять-пятнадцать тысяч долларов. Хотя есть предложения и покруче. К примеру, одна компания предлагает провести недельку на Барбадосе и заодно омолодиться. Звоню, интересуюсь, на какую сумму потянет такое удовольствие. В московском офисе отвечают: неделя стоит от двадцати до тридцати тысяч долларов. Делаю вид, что мне все еще интересно: "А какие именно стволовые клетки вы используете?" - "Вы интересуетесь как клиент или как специалист?" - осторожно спрашивают на том конце провода. - "Как сомневающийся клиент. Так откуда клетки?" - "Не волнуйтесь, мы используем сертифицированные эмбриональные стволовые клетки из Лондона, а они их получают из разных европейских центров".

При встрече пересказываю этот диалог одному из известных специалистов в области клеточных технологий профессору Института судебной психиатрии им. Сербского Владимиру Чехонину. "Ну если вы нормальная женщина... - начинает он, делает паузу и смотрит с некоторым сомнением, - разве вы позволите ставить на себе эксперименты, даже с перспективой сбросить лет десять?" Я отрицательно мотаю головой, правда, не очень уверенно. Все-таки силен женский инстинкт - быть вечно молодой и красивой. И об этом прекрасно осведомлены предприимчивые бизнесмены, быстро коммерциализующие еще не успевшие остыть научные открытия.

Чудеса обещают не только увядающим красоткам и лысеющим мужчинам, но и тем больным, которых пока не может вылечить традиционная медицина. В рекламных статьях за те же десять-пятнадцать тысяч долларов обещают отменить приговор импотентам, страдающим паркинсонизмом, онкологическим больным, диабетикам, циррозникам.

Вместо лекарств

Есть ли в этом хоть доля правды? Считается, что термин "стволовая клетка" был предложен русским ученым Александром Максимовым еще в 1908 году. Стволовыми называют недифференцированные клетки, способные к самообновлению и последующей дифференцировке в специализированные клетки организма. Еще их называют клетками-предшественницами.

В начале века ученые уже подозревали, что во многих тканях существуют клетки, способствующие регенерации этих тканей и активизирующие деление обычных клеток. В середине семидесятых советские ученые Александр Фриденштейн и Иосиф Чертков заложили основы науки о стволовых клетках костного мозга, доказав, что именно там главным образом и находится своеобразное депо замечательных клеток. Потом стало известно, что часть стволовых клеток мигрирует в крови, есть они и в различных тканях, в частности в кожной и жировой. Позже их обнаружили в области стенок желудочков мозга и в обонятельной зоне носового входа. Резервный фонд стволовых клеток призывается на помощь в том случае, если в организме случается "авария": получив сигнал, они устремляются к пораженной зоне. Они не только сами начинают делиться для того, чтобы заместить погибшие клетки той или иной ткани, но начинают производить факторы, воздействующие на активность деления как локальных стволовых клеток в тканях, так и специализированных здоровых клеток.

Правда, ученым пока не совсем понятно, почему клетки крови или кожи обновляются практически постоянно, а вот зубы, к примеру, нет. С возрастом процессы регенерации происходят все слабее. Если у ребенка царапина или даже перелом заживают быстрее, то у старика гораздо медленнее, а может быть и так, что на сращивание кости у организма уже и вовсе не остается сил. Возможно ли как-то помочь организму, у которого стволовых клеток становится все меньше, а ткани не могут восстанавливаться в полной мере?

По-настоящему взрывное развитие исследований стволовых клеток началось совсем недавно, с 1998 года, когда американским ученым Джеймсу Томсону и Джону Беккеру удалось выделить человеческие эмбриональные стволовые клетки и получить их первые линии.

По сравнению со взрослыми стволовыми клетками потенции (или возможность дифференцироваться) эмбриональных стволовых клеток гораздо выше. Человеческий организм развивается всего из одной клетки (зиготы), появившейся в результате слияния мужской и женской клеток. В течение нескольких первых дней деления этой клетки образуется шарик из совершенно одинаковых неспециализированных клеток. Примерно через шесть-семь дней этот шарик образует бластоцисту, которая состоит из наружного слоя клеток, окружающего полость, наполненную жидкостью и эмбриональными стволовыми клетками (ЭСК), которые и дадут начало всем остальным клеткам организма. Именно поэтому ЭСК называют тотипотентными, или всемогущими. По мере развития организма, когда начинают включаться механизмы дифференцировки, стволовые клетки постепенно утрачивают высокий уровень потенции, то есть из них уже не может получиться любая клетка, а только пул определенных клеток, далее - несколько типов, наконец только один. Для ученых исследования ЭСК - это в первую очередь уникальная возможность изучения клеточных процессов в организме.

В Москве и в регионах предлагают услуги по омоложению стоимостью 10-15 тысяч долларов

Однако во многих странах их использование пока запрещено из этических соображений, поскольку даже в пробирке созданная зигота уже может считаться будущим живым организмом. Тем не менее многие исследователи полагают, что, коль скоро на карту ставится вопрос излечения миллионов смертельно больных людей с помощью материалов, полученных в результате вполне легальных абортов или в случае искусственного оплодотворения, эти проблемы будут в конце концов преодолены.

Исследования как эмбриональных стволовых клеток, так и стволовых клеток взрослого организма ведутся чрезвычайно активно, в мировой научной прессе что ни день появляются все новые сообщения о достижениях ученых: одним удалось получить из стволовых клеток нейроны, другим - кожную или хрящевую ткань, третьим - вырастить сосуды, кость или даже челюсть. Но несмотря на то, что в некоторых направлениях исследователи продвинулись достаточно далеко и применение их технологий в клинических испытаниях насчитывает десятки тысяч случаев, речь идет именно об испытаниях и научных исследованиях, а не о широкой практике.

Что касается перспектив практического применения стволовых клеток, то многие специалисты пока видят немало проблем использования ЭСК, связанных, скорее, не только с этическими барьерами, но и с недостаточной изученностью результатов их трансплантации. Большинство исследователей предпочитает работать либо со стволовыми клетками, полученными из пуповинной крови, либо со стволовыми клетками взрослого организма. И хотя во взрослом организме стволовых клеток очень мало и они обладают не самой высокой степенью потенции, их уже научились выделять, культивировать, сохранять в состоянии стволовости и специализировать. Но самое любопытное: ряд исследований дает основание надеяться, что взрослые стволовые клетки можно вернуть в их "предшествующее" состояние, то есть увеличить их потенцию, а стало быть - и количество типов клеток, в которые их можно специализировать. И это повод говорить о том, что уже в ближайшее десятилетие методы использования выделенных из пуповинной крови или костного мозга и тканей взрослого организма стволовых клеток во многом заменят лекарственную терапию.

Нейроны из носа

Вполне естественно, что достижения ученых вызывают стремление как можно быстрее внедрить их в практическую медицину. Подталкивает к этому и армия больных с пока неизлечимыми недугами, и емкость рынка, которая растет в геометрической прогрессии с каждым новым открытием. Но ученые и органы здравоохранения осторожничают. Даже в мировой практике разрешены лишь экспериментальные клинические опыты. Готовы ли эти методы к применению в широкой практике? Ученые не дают однозначного ответа. "Если в мире уже проведены десятки тысяч операций, можно ли считать, что это только испытания? - спрашивает гендиректор клиники 'НейроВита' профессор Андрей Брюховецкий. - Мы, к примеру, немало сил и лет потратили на отработку своих технологий, у нас уже есть накопленная практика - десятки и сотни пролеченных стволовыми клетками парней, получивших в Чечне серьезные ранения и травмы. А сейчас я вас проведу в палату к пациенту с мирной, но не менее страшной травмой позвоночника, полученной после падения с большой высоты. Он из Румынии, зовут его Резван Михай, ему всего двадцать два года, почти три года он был парализован".

Сейчас Резван Михай уже проходит по автоматической дорожке целый километр. Для "починки" его позвоночника нужно было предоставить ресурс в первую очередь в виде нейронов и нейроглиальных клеток, которые заместили бы пораженные клетки нервной ткани и активизировали находящиеся поблизости здоровые нервные клетки. Чтобы получить эти клетки в необходимом количестве, нужно было взять стволовые клетки самого Резвана Михая. "Мы ввели в организм известный колониестимулирующий фактор, который 'заставил' выйти из костного мозга в периферическую кровь стволовые гемопоэтические и мезенхимальные клетки, - рассказывает Брюховецкий. - Потом мы забрали кровь и выделили из нее стволовые клетки. Дальше уже шла работа по культивированию этих клеток и их специализации". Работой этой занимаются партнеры "НейроВиты" - Институт имени Сербского, Российский онкологический центр, Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН. Там уже научились выращивать и нейроны, и нейроглиальные клетки. Причем если нейроглиальные клетки получают из мезенхимальных клеток костного мозга, то нейроны, в частности, профессор Чехонин предпочитает добывать из ткани, взятой из обонятельной зоны верхнего носового входа. "Из мезенхимальных клеток костного мозга тоже в принципе пробуют получать нейроны, - говорит Чехонин, - но, на мой взгляд, пока нет полной гарантии, что они будут работать как надо".

Но мало только подготовить необходимые для трансплантации клетки. "Нужно понимать, что все в организме работает системно, поэтому и мы стараемся практиковать системный подход, - продолжает Андрей Брюховецкий. - Перед трансплантацией клеток мы улучшаем кровоснабжение пораженной зоны, восстанавливаем вегетативную систему. Ведь если просто запустить клетки в организм, многие из них могут погибнуть, так и не успев выполнить свою функцию". И только после обстоятельной подготовки нейроны, нейроглиальные клетки, а также еще не специализированные гемопоэтические и мезенхимальные клетки с помощью специальной системы для инфузии (переливания) подводились к головному и спинному мозгу. Результат - человек, обреченный провести свою жизнь в инвалидной коляске, ходит.

Уверенно отработаны пока лишь технологии применения стволовых клеток из костного мозга для лечения сердечно-сосудистых заболеваний

Хотя пациентов с различными травмами позвоночника и головного мозга, которых лечили с помощью стволовых клеток, уже десятки, Андрей Брюховецкий полагает, что технологии еще нуждаются в совершенствовании и дальнейших клинических испытаниях. Дело это тонкое, и для того, чтобы специалисты других клиник могли его использовать, нужен большой опыт. А вот специалисты, работающие с гемопоэтическими клетками костного мозга, используемыми для применения в кардиологии, считают, что такой опыт уже накопили. "Мы научились выращивать из стволовых клеток костного мозга кардиомиобласты, используемые при лечении инфарктов, коронарном шунтировании, пересадке сердца, которые успешно проводит наш директор академик Валерий Шумаков, - рассказывает заведующая лабораторией биотехнологии стволовых клеток Института трансплантологии и искусственных органов Нина Онищенко. - При инфаркте клетки вводятся интракоронарно в тот сосуд, который ближе всего подходит к пораженному участку миокарда. При пересадке можно обкалывать саму сердечную мышцу". Нина Онищенко считает, что технология трансплантации кардиомиобластов вполне созрела не только для экспериментального использования, но и как вполне полноценный метод лечения. Такого же мнения придерживается известный кардиохирург, глава Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А. Н. Бакулева академик РАМН Лео Бокерия.

Клетки вне закона

Серьезные исследователи понимают, что новые методы для медицины должны проходить процедуру, аналогичную той, что существует в фармакологии: прежде чем попасть на аптечную полку, препарат обязан пройти соответствующие испытания и должен быть зарегистрирован фармкомитетом Минздрава. Проблема отсутствия четкой законодательной базы, которая регулировала бы деятельность в области стволовых клеток, и необходимости принятия закона о клетках обсуждалась на 13-й сессии общего собрания Российской академии медицинских наук (РАМН) в феврале этого года (подробнее см. "Эксперт" N7). Основы законодательства только формируются. Клеточные технологии включены в разряд лицензируемых видов деятельности. Выдавать лицензии должен специальный комитет или комиссия при Минздраве. "Но пока даже не сформулированы критерии лицензирования, - говорит гендиректор компании 'Русские биотехнологии' Александр Кривонос. - И вовсе не от лени, а потому что в отсутствие достаточного опыта его трудно стандартизировать".

В прошлом году был издан приказ Минздрава "О развитии клеточных технологий", существует программа с таким же названием, действует экспертный совет, в состав которого входят известные ученые, специалисты по клеточным технологиям. Пока именно на экспертном совете обсуждаются научные достижения и новые проекты, совет разрешает в том или ином случае применять эти технологии в порядке клинических испытаний.

Каково же мнение членов совета по поводу готовности новых технологий к практическому использованию? Ректор РГМУ академик Владимир Ярыгин называет уверенно отработанными пока лишь технологии по применению гемопоэтических клеток для лечения сердечно-сосудистых заболеваний. Здесь накоплен достаточно большой и положительный опыт в Кардиоцентре, Институте трансплантологии, Институте Бакулева. Что касается других методов, то экспертный совет тщательно отслеживает накопленные результаты и выносит свою оценку - можно рекомендовать их к клиническим испытаниям или нет. В частности, такое разрешение было получено клиникой "НейроВита".

А вот относительно методов омоложения, с которых мы начали разговор о стволовых клетках, экспертный совет не может высказать своего суждения, поскольку не владеет информацией о том, как эти клетки были получены, как культивировались и сертифицировались, как проверялись на безопасность. Похоже, что практики омоложения и сами не заинтересованы в такой экспертизе. Для одних экспертный совет попросту не указ, другие не хотят быть уличенными в явном надувательстве. "Осуждать менеджеров этих клиник вроде бы и не за что, - говорит заведующий лабораторией Института биологии развития Андрей Васильев. - Они вполне справедливо отвечают: что не запрещено, то разрешено. К тому же совершенно не исключено, что в каких-то клиниках специалисты способны грамотно работать и со стволовыми клетками, и с клетками эмбриона". Специалисты не отрицают, что технологии омоложения или ревитализации могут быть достаточно эффективными. Но сейчас ни один эксперт в области клеточных технологий не даст стопроцентной гарантии, что за десять или тридцать тысяч долларов вы получите безопасную и качественную услугу.