Это не случайность, это ошибка

12 июля 2004, 00:00

Редакционная статья

Сегодня многие, прежде всего представители денежных властей России, оценивают разразившийся банковский кризис как досадную случайность. Утверждается, что никаких объективных причин для кризиса нет, с ликвидностью в стране все в порядке и через пару недель все успокоится. На наш взгляд, такая позиция опасно легкомысленна. Вполне вероятно, что очень скоро мы снова будем мечтать не об удвоении ВВП, а хоть о какой-нибудь стабильности.

Задача вытеснения крупного бизнеса из политического процесса, реализованная через "дело ЮКОСа", была решена слишком грубо. Да и сама правомочность такой задачи для России, якобы твердо стоящей на демократическом и капиталистическом пути развития, представляется сомнительной, даже если мы будем судить об этом с чисто экономических позиций.

В 2003 году именно возврат капиталов крупного бизнеса стал катализатором того бурного инвестиционного процесса, который обеспечил России высокие темпы роста. Именно эти деньги повышали ликвидность денежного рынка и сбивали процентные ставки. Власти не хотели признавать этот факт и не хотят признавать его до сих пор. Однако текущий банковский кризис - очевидное следствие раскручивания этого процесса в обратном направлении.

Многим представляются завышенными оценки вывоза капитала из России в размере 15 млрд долларов за полгода, сделанные Сергеем Алексашенко. Он фиксирует, что это самый большой отток капитала из России за последние десять лет. Может ли такое быть? Да, может. При крайне высокой нефтяной конъюнктуре, при уже мощных бизнесах национальных сырьевых игроков и одновременно при недопущении крупного бизнеса в интересующие его инвестиционные проекты, а также в режиме бесконечных угроз со стороны ведомств типа Счетной палаты масштабы вывоза капитала из страны не могут, а должны быть самыми высокими за десять лет. Никогда у нашего крупняка не было таких высоких доходов - и никогда к частному капиталу в стране не относилиcь с такой враждебностью.

Следствие этого мощного оттока капитала мы уже можем наблюдать на макроэкономических показателях. Сегодня темп роста реальной денежной массы в стране сократился как минимум вдвое по сравнению с прошлым годом. Поскольку это происходит на фоне все еще растущей экономики, это неминуемо ведет к кризисам ликвидности всех частных денежных рынков, а за ними и к росту цены денег - самого необходимого для нашей сегодняшней экономики ресурса.

Должны ли были предвидеть такой ход событий российские власти? Безусловно. Более того, когда вскоре после ареста Ходорковского мы обсуждали эту тему с одним из приближенных к Кремлю аналитиков, он сказал: "Ну, такие-то простые связи они просчитали". Выходит, не просчитали. И в том, что власти, и ЦБ в том числе (Сергей Игнатьев, кажется, не новичок в кресле председателя), никак не подготовились к экономической компенсации последствий политических войн, видна их угрожающая некомпетентность.

Нам возразят, что таких компенсационных мер в принципе не существовало, потому что капитал у нас непатриотичный. Это неправда. Нужно было прорабатывать крупные инвестиционные проекты и схемы совместного участия в нем бизнеса и государства. Бизнес за последние месяцы не раз выражал свою готовность к такому сотрудничеству. Нужно было готовить новые схемы рефинансирования системы частных банков. Об этом сегодня вопиет банковская общественность. Ничего этого не было сделано и не было даже в проекте.

Текущий кризис банковской ликвидности, вполне вероятно, будет купирован. Но это будет лишь временным облегчением. Безусловным следствием этого кризиса станет дальнейший рост цены кредитных ресурсов, а значит, и торможение экономики. Под давлением общественного мнения ЦБ, скорее всего, будет искать варианты расширения рефинансирования. Однако, учитывая враждебное отношение власти к частному капиталу, это рефинансирование будет доступно в основном для банков, приближенных к государству. То есть одновременно с изменением денежной политики будет идти спонтанная реформа всей банковской системы в сторону ее огосударствления.

Логично предположить, что все это будет происходить, как у нас сейчас принято, непублично, с периодическими наездами на неугодные, но сильные банки. Очевидно, что такая атмосфера никак не поспособствует расширению частных инвестиций. Тогда ЦБ, чтобы не ударить в грязь лицом, придется все больше и больше расширять денежное предложение через свеженькую систему госбанков, и удержать этот процесс от скатывания в хаос стагфляции, пожалуй, не по силам не только Сергею Игнатьеву, но и Алану Гринспену.

Это мрачный сценарий. Но он вероятен. И выход из него один - признать, что банковский кризис не случайность, а ошибка.