Джихад дошел до мечетей

25 октября 2004, 00:00

Главный фронт пакистанского джихада в октябре переместился с племенных территорий на границе с Афганистаном в города: от взрывов бомб здесь за две недели погибло более 75 человек, несколько сотен ранено.

Эти взрывы, по мнению наблюдателей, свидетельствуют о новом всплеске войны между шиитскими и суннитскими экстремистами. Ситуация обострилась из-за события, которое, на взгляд со стороны, вообще никак с религиозными разногласиями не связано: в конце сентября в перестрелке с пакистанскими спецслужбами погиб Амджад Фаруки, один из лидеров так называемых пенджабских талибов. А через пять дней разорвалась первая бомба - во время пятничной молитвы в шиитской мечети города Сиалкот. Погибло 30 человек, более ста ранены. Не прошло и недели, как две бомбы взорвались на митинге суннитских радикалов, отмечавших годовщину гибели одного из своих лидеров. А через пару дней неизвестные боевики расстреляли двух суннитских клериков, известных своей близостью к движению "Талибан".

Террористическая война между шиитами (около 20% населения страны) и суннитами в Пакистане началась во времена иранской революции аятоллы Хомейни. За прошедшие четверть века она унесла жизни почти четырех тысяч пакистанцев. Однако иранский экспорт исламской революции пробудил в арабском мире не только религиозные чувства, но и геополитические страхи. После чего баасисты Багдада и ваххабиты Эр-Рияда вступили в прямую конфронтацию с Тегераном: первый начал открытую войну, второй - тайную. Результатом тайной кампании стало создание "Талибана" и других экстремистских суннитских движений, отличающихся религиозно-идеологической ненавистью к шиизму. Именно поэтому шиитские террористы в качестве объектов возмездия выбирают, как правило, проталибски настроенных клериков в Пакистане.

Амджад Фаруки стоял у истоков этих движений. И именно Фаруки организовал в декабре прошлого года оба покушения на президента Пакистана Первеза Мушаррафа. Поэтому убийство столь важной персоны вполне могло спровоцировать атаку на шиитскую мечеть. В конце концов, для суннитских террористов это традиционный способ дестабилизации ситуации в стране. Действительно, в эти дни пакистанские органы правопорядка буквально сбились с ног: запретив митинги и блокируя вспыхнувшие беспорядки, они за несколько дней арестовали свыше 500 активистов различных религиозных организаций.

Однако пока ни одна из террористических организаций свою ответственность за теракт в Сиалкоте не признала. Это позволяет проталибским кругам утверждать, что пакистанские спецслужбы сами провоцируют подобные теракты. Так или иначе, в этой религиозной войне налицо очевидный примат политики над религией. Ислам, например, осуждает самоубийство. Вначале, в борьбе с Израилем, арабские террористы-камикадзе обошли этот запрет, оправдывая свои теракты джихадом против евреев. Затем Усама бен Ладен разрешил своим шахидам взрывать американцев и прочих "крестоносцев". И вот теперь пакистанские террористические группы открыто атакуют мечети, где собираются и молятся только мусульмане.