Прививка реальностью

Культура
Москва, 08.11.2004
«Эксперт» №42 (442)
В моду все больше входит документалистика. Повальный non-fiction видоизменяет лицо отечественной культуры

Нынешняя культура, похоже, перестает доверять вымыслу. Изрядно помутневший магический кристалл перестает быть популярным оптическим прибором, куда более действенной сейчас кажется документалистика - в разных ее вариантах. У нас в последний раз такая ситуация была зафиксирована в конце 80-х, когда долгое время существовавшая в каком-то потустороннем измерении реальность преодолела наконец цензурные барьеры: разоблачения Сталина и застоя, мемуары зеков, лишь слегка олитературенные страшные хроники тюремного, армейского быта оказались даже популярнее прорвавшихся к читателю Набокова с Довлатовым. В 90-х, впрочем, ужасы реальности несколько всех утомили. К началу XXI века стало ясно, что российское искусство в массе своей занимается привычной штамповкой иллюзорных - порой до полной выморочности - миров, в лучшем случае перерабатывая действительность на мифологический компост. Пришедший из фантастики Пелевин разыскивал в постсоветской жизни следы деятельности каких-то космических сущностей; Сорокин в "Голубом сале" предъявил публике некую заумную эзотерическую антиутопию; Акунин пытался воссоздавать насквозь литературную атмосферу Российской империи. Похожая ситуация складывается в кино. Не случайно все старания отобразить симпатичный хаос авантюрно-бандитской эпохи начала 90-х были безуспешны, пока эта эпоха существовала; когда появилась возможность взглянуть на нее со стороны, появились и "Бумер", и "Бригада". "Война" Балабанова - попытка выделить из чеченской войны ее мифологическую суть - появилась в 2000-м, через шесть лет после первого штурма Грозного. В основном же успешные российские фильмы последних лет, такие как "Возвращение", "Коктебель", "Прогулка" (да и "Ночной дозор", если разобраться), погружали зрителя в некий насквозь условный мир, с равным успехом могущий существовать в любой точке земного шара.

Самодовлеющий вымысел сменяется попытками отобразить время документальными методами. Тенденция эта отчетливо - причем не только у нас, но и во всем мире - проявляется повсюду: и в литературе, и в кино, и в театре.

Дайте мне мой кусок жизни

Понятие non-fiction пришло в нашу жизнь сравнительно недавно - практически одновременно с появлением одноименной книжной ярмарки, которая за шесть лет своего существования превратилась из довольно-таки маргинального мероприятия чуть ли не в главное событие отечественного книжного сезона, более чем успешного конкурента пафосной и плохо структурированной ярмарки на ВДНХ. Тогда, в 1998-м, сам термин non-fiction казался нам странноватой придумкой западных интеллектуалов, мало имеющей отношения к нашей жизни. Сейчас без него трудно, почти невозможно разложить на составляющие актуальный литературный процесс. Во многих книжных магазинах под non-fiction с недавних пор отведены специальные разделы. Количество успешно продающихся мемуаров возросло в разы, равно как и таких заведомо менее популярных жанров, как культурологические исследования, исторические, искусствоведческие труды и научпоп. Успешно продаются даже

У партнеров

    «Эксперт»
    №42 (442) 8 ноября 2004
    Выборы президента Украины
    Содержание:
    Войны не будет

    Первый тур выборов на Украине показал, что противоборствующие группы национальной элиты не готовы к силовому решению вопроса о власти

    Международный бизнес
    Наука и технологии
    На улице Правды
    Реклама