За и Против

8 ноября 2004, 00:00

Будет ли в ближайшее время преодолен спад в российской экономике?

ЗА

Кирилл Тремасов (начальник аналитического отдела управления доверительных операций Банка Москвы).

Вообще спады деловой активности в промышленном секторе в конце года - достаточно традиционное для последних лет явление, однако причины ухудшения конъюнктуры каждый раз бывают разными. Основная причина нынешнего спада - негативные изменения в финансовой сфере, происходившие весной-летом текущего года. Рост процентных ставок вполне предсказуемо привел к охлаждению инвестиционного спроса. Другим механизмом снижения инвестиций стали действия банков, которые после летнего кризиса ужесточили условия кредитования и увеличили резервы. Наконец, тормозящим фактором выступил и сильный рост цен на сырьевые товары. В то же время все перечисленные факторы практически не оказали влияния на потребительский спрос. Более того, во второй половине года этот спрос демонстрирует признаки ускорения. Однако потребительский спрос не может в полной мере компенсировать ослабление инвестиционного, потому что прирост спроса со стороны населения в большей степени удовлетворяется за счет импорта.

Лаг между ухудшением финансовых кондиций и остановкой промышленного роста составил примерно два-три месяца. Столь короткий временной лаг подчеркивает высокую зависимость промышленного роста от состояния финансовой сферы. И поэтому ответ на поставленный вопрос в значительной степени зависит от того, каким окажется состояние финансовой сферы в ближайшие месяцы.

За пару последних месяцев ситуация в банковском секторе заметно улучшилась, и сейчас вновь можно говорить об избыточной ликвидности. К началу ноября остатки на корсчетах достигли рекордных 300 млрд рублей, процентные ставки приблизились к годовым минимумам, которые были достигнуты в начале апреля. Принято считать, что основную роль в улучшении финансовых кондиций сыграли фантастические цены на нефть. Я бы не преувеличивал значения этого фактора, так как все сверхдоходы от растущих цен на нефть поступают в стабилизационный фонд, не оказывая влияния на внутренний денежный рынок. А вот что реально помогло улучшению ситуации с ликвидностью, так это снижение процентных ставок на мировых рынках (они тоже упали к годовым минимумам). В результате российские заемщики вновь активизировались и уже в сентябре привлекли с мировых рынков почти 3 млрд долларов. И сейчас я не вижу больших рисков для российской финансовой системы в краткосрочном плане, так как реальное ухудшение может быть спровоцировано только резким повышением процентных ставок в мире, а это кажется мне маловероятным.

Скорее всего благоприятные финансовые условия сохранятся в ближайшие месяцы, и это приведет к тому, что уже в начале следующего года бизнес вновь активизируется. Я жду возобновления промышленного роста в I квартале 2005 года.

Другой вопрос: удастся ли в следующем году вновь выйти на семипроцентный рост? Мне это кажется сомнительным. Очевидно, что нефтяная отрасль прошла свой пик по темпам роста, и это неизбежно приведет к замедлению роста. Однако осознание этого факта может подтолкнуть правительство к реализации масштабных инфраструктурных проектов, в том числе и за счет стабилизационного фонда.

ПРОТИВ

 

Татьяна Гурова (первый заместитель главного редактора журнала "Эксперт").

Я бы не стала недооценивать серьезность текущих экономических проблем. Слишком много настораживающих фактов. И то, что пусть несильно, но у нас подросла инфляция, чего не было уже давно. И то, что в этом году экономика опять стала чувствительной к укреплению рубля, что, как казалось, нам удалось преодолеть в период подъема 2002-2003 годов.

В том, что текущий спад имеет инвестиционную природу, нет сомнений. Но будет ли пополнение денежных запасов достаточным для возобновления инвестиций, большой вопрос. Для более или менее масштабных инвестиций требуется некая просчитываемость ситуации. У нас же одновременно идет три структурных сдвига. Первый - изменяется структура финансового рынка. Собственно, того рынка, который определит новые каналы и новые правила перераспределения денег в экономике. Второй - изменяется структура экономической элиты, что сопровождается и будет еще некоторое время сопровождаться переделом собственности. Напомню, что "ельцинская" экономическая элита начала масштабные инвестиции, только пройдя кризис 1998 года и только закрепившись в собственности. Сейчас на это, скорее всего, потребуется меньше времени, но тем не менее ожидать, что в момент собственно передела кто-то начнет инвестировать в новые проекты, которые будут катализатором роста, не приходится. Если деньги куда и пойдут, так скорее на приобретение собственности. С точки зрения стимулирования экономического роста их эффект невелик.

Наконец, третий сдвиг, который мы переживаем, или, скорее, к которому морально готовимся, - это отраслевой сдвиг. На самом деле он никак не оформлен в стратегию, но имманентно присутствует. Это сдвиг в сторону развития жилищного строительства и сдвиг в сторону развития транспортной инфраструктуры в целом, в том числе и в пресловутой нефтянке. Спрос на такой сдвиг в хозяйстве очевиден, но нет ни готовых игроков (см. предыдущий пункт), ни схем финансирования (см. пункт первый), ни собственно проектов.

Говорить всерьез о переходе экономики к росту можно будет только тогда, когда мы увидим - все три структурных сдвига уже свершились. Пока этого нет и в помине, и поэтому первая половина 2005 года будет в лучшем случае периодом такой спокойной меланхоличной стагнации.

Однако причин драматизировать ситуацию нет. Наше хозяйство способно выбраться из этой стагнации, если останется в рамках рынка. Чего бы точно не хотелось, так это того, чтобы правительство в ответ на экономический спад начало дергаться и принимать неординарные меры типа выделения спецфинансирования на какие-то впопыхах сформированные приоритеты. Сегодня эти меры могут только вызвать инфляцию. Лучше спокойно дождаться, пока все указанные структурные проблемы разрешаться методами конкуренции "постельцинской", то есть "путинской", эпохи.