Освоение российской локальности

Александр Механик
обозреватель журнала «Эксперт»
17 января 2005, 00:00

В 1991 году возникла новая Россия. Чтобы создать российскую нацию, нужны общие ценности и большой проект

Многие, если не большинство российских граждан, не отдают себе отчета в том, что Россия, которая возникла 14 лет тому назад, это не просто новые границы. Это начало процесса создания новой русской нации. Или российской? Или той и другой?

А вообще, что такое нация? Кто и что создает нацию? В чем заключается национальная идентичность? Кому-то эти вопросы покажутся банальными, но на них нет общепринятого ответа. Кому-то покажется, что эти вопросы не имеют отношения к нашей обыденной жизни, но сам распад Советского Союза демонстрирует, что иногда наличие или отсутствие ответов на такие абстрактные вопросы определяет нашу жизнь на многие годы вперед. Ведь Советский Союз распался еще и потому, что в 1991 году неожиданно оказалось, что одни его жители не знают, кто они, а другие решили, что "советский человек" - это не про них. Так что, выбирая свой ответ, мы фактически выбираем свое представление о путях развития российской нации и российского государства.

В XIX веке, вскоре после объединения Италии, один из его героев Массимо д`Адзельо заметил: "Италию мы уже создали, теперь нам предстоит создать итальянцев". Примерно то же самое сказал основатель современной Польши полковник Пилсудский: "Не нация создает государство, а государство - нацию". Перед современной российской элитой стоит та же задача - создать российскую нацию.

Обновить политический язык

Советская наука о нациях выработала для изложения своих соображений свой оригинальный язык, существенно отличавшийся от принятого в мировой науке. Простой пример. Известная международная организация называется на русском - Организация Объединенных Наций. Для человека, говорящего по-русски, такое название в буквальном смысле означает организацию, объединяющую разные народы и народности. И возникает вопрос: почему одни нации состоят в этой организации, а другие нет. А по-английски ООН - UN (United Nations), что означает "организация объединенных государств". Потому что для западного человека нация и государство - это одно и то же. Как сказал в интервью "Эксперту" директор Института этнологии и антропологии РАН Валерий Тишков, "в Советском Союзе была сделана серьезная ошибка: очень мощная метафора, которая используется для консолидации и создания общей государственной идентичности, - понятие нации было переведено на уровень ниже общегосударственного, на уровень этнических общностей. А для советской нации был придуман очень неудачный термин 'новая историческая общность'". Ничего нового в этом не было. Такие полиэтнические сообщества, основанные на гражданской общности, культурном единстве, общих ценностях, общей исторической памяти, широко распространены в мире. Большинство элементов такой общности - результат сознательного конструирования, которое осуществляет элита.

В российской Конституции допущена та же "советская" ошибка. В ней опять говорится о многонациональном, только теперь российском народе, а не о российской нации. А когда говорят, что настоящая нация - это татары, русские, чуваши, а советская, российская нация - всего лишь люди с одинаковыми паспортами, это неверно. Русские, татары, чуваши - это этнические общности, а нация у нас одна - российская.

Словам нужно вернуть смысл, чтобы понимать самих себя и понимать других. Чтобы понимать и то, что все мы, жители России, единая нация.

Нация как политическая метафора

Существуют две группы теорий, объясняющих происхождение наций. Теории первой группы считают нациями все этнические группы, которые являются надысторическими образованиями и на протяжении веков сохраняют свою неизменную сущность. Эти теории стали идейной основой для воинствующего национализма и привели к развалу многих государств.

Теории второй группы рассматривают нации как идеологические конструкции, которые создаются элитами с целью консолидации граждан своих стран. Известно, что само слово "нация" впервые прозвучало во время Великой Французской революции и стало основой консолидации населения Франции, значительная часть которой не только не говорила на французском, но и не считала себя французами, а соотносила себя с различными историческими провинциями - гасконцы, эльзасцы, бретонцы. Все они стали французами под звуки "Марсельезы" и гром наполеоновских пушек.

Большинство жителей Австрии еще в 30-е годы ХХ столетия считали себя немцами, но последующая история разубедила их в этом. Большинство же жителей ГДР не сомневались, что они такие же немцы, как и жители ФРГ, но после объединения оказалось, что даже 50 лет раздельного существования было достаточно, чтобы между немцами из двух Германий возникли различия, на устранение которых, судя по всему, тоже уйдут десятилетия.

Ход истории может сложиться так, что люди, которые даже по самоназванию считаются одной нацией, собственно нацию не образуют. И наоборот, пример американской нации, равно как и латиноамериканских наций, показывает, что люди самого разного этнического и даже расового происхождения, у которых всего-то двухсотлетняя история совместного проживания, могут сформировать нации, по уровню национального самосознания не уступающие тем, что претендуют на "происхождение из седой древности".

С точки зрения практической политики проблема состоит не в определении того, что такое нация, а в том, как создать нацию, когда это политически необходимо, когда надо спасти сообщество от тягот жизни "в эпоху перемен". Как отмечает Валерий Тишков, "целесообразно говорить о степени консолидированности и степени лояльности граждан своему государству через ту или иную общую метафору, среди которых самой известной и самой действенной является нация".

И не надо при этом видеть противоречия в том, что люди разных культур и этнического происхождения принадлежат к одной нации. В пример Валерий Тишков приводит одного известного политика из Дагестана, который по происхождению принадлежит к маленькой этнической группе ботлихцев - их выделили как отдельный народ в переписи 1926 года, а затем приписали к аварцам. В своем селе он - ботлихец, в Махачкале - аварец, в Москве - дагестанец, а за границей - русский. Но с точки зрения российского государства важно, чтобы всюду такие люди, как он, как и все остальные, чувствовали свою принадлежность к российской нации. И за рубежом, и, главное, в самой России.

Зачем создавать нацию и что создает нацию

У истоков большинства современных наций, которые сформировались в XIX веке, были революции или войны. Так и советская нация сформировалась как нация и продолжает существовать в сознании многих наших сограждан именно в результате победы Советского Союза в Великой Отечественной войне. После окончания войн и революций ведущую роль в формировании нации начинает играть идеология национального единства, пропагандируемая элитой через СМИ и систему образования. Но никакие СМИ и никакое образование не способны привнести национальную идентичность, если ее нет. Национальная идентичность может формироваться только на ценностях, на идеалах, на героическом примере, на большом проекте, типа объединения Германии или освоения Дикого Запада, что демонстрирует гражданам практическую реализуемость ценностей и идеалов.

В России исходной точкой формирования новой нации мог бы стать 1991 год, если бы не два обстоятельства. Во-первых, именно в России сильнее всего ощущалось советское прошлое и с трудом преодолевалась советская идентичность. Перестать видеть себя осколком Советского Союза - важнейшая и труднейшая задача для России. Речь не о том, чтобы отряхнуть "советский прах", а о том, чтобы перестать жить в прошлом. Во-вторых, "вожди" либеральной революции мыслили абстрактно-экономическими категориями, совершенно не понимали значения политических и национальных вопросов для судеб страны и оставили вопросы национально-государственного строительства на волю стихии.

Некоторые из российских политиков считают, что создание национальных автономий было ошибкой большевиков при формировании государственного единства России и требуют их ликвидации. Оба утверждения - глубокие заблуждения. Лозунг автономии, так называемого гомруля (Home Rule) - самоуправления, возник в Британии еще в XIX веке в отношении Ирландии и с тех пор шествует по всем полиэтническим государствам. И дело не в автономиях, а в их возможной культурной изоляции от остального государства. Следовательно, задача заключается не в ликвидации автономий, а в культурной экспансии, которая должна обеспечить преимущество общероссийской идентичности над этнической в глазах всех жителей всех автономий независимо от их этнического происхождения.

Как преодолеть предрассудки

Прежде чем вести разговор о формировании национальной идентичности в России, необходимо уточнить, о какой нации и национальной идентичности идет речь: о русской или российской. И ответ на этот вопрос не так прост. Это во Франции все жители независимо от их национального и расового происхождения признаются французами, все жители Испании - испанцами. И так обстоит дело в большинстве европейских стран. А в России исторически сложилось так, что ее население никогда не рассматривалось как единая нация. Вот почему попытка назвать всех граждан России русскими может быть воспринята негативно представителями других этнических групп. В то же время название "россияне" воспринимается с иронией большинством русских. А главное - как лишнее, как удвоение сущности, как попытка дать русскому народу еще одно название из соображений политкорректности. В принципе возможно и то и другое решение. Но любое из них придется "внести" в сознание наших граждан - и вопрос в том, в какой "упаковке" это будет сделано. Но решать придется, потому что в коллективном человеческом сознании ничего не существует без правильного слова-названия, которое со временем станет общепризнанным.

Одна из главных помех политике национально-государственного единения - дурная бесконечность воспроизведения человеческих предрассудков: расовых, национальных. Эти предрассудки отталкивают различные группы населения друг от друга и от государства.

Известно, что существует ряд элементов общественного сознания и государственные институты, которые в своей совокупности способствуют или, наоборот, препятствуют распространению предрассудков и определяют отношение разных групп населения к государству. Это, во-первых, государственная и/или общепринятая интерпретация исторического места каждой группы в истории страны. Это важно, так как существует немало мифов, которые формируют негативный облик различных этносов, некогда противостоявших друг другу в бесконечных войнах и религиозных распрях древности. Во-вторых, важен визуальный образ представителей разных этнических групп и важно, какими их показывают в кино, театре, рекламе, на плакатах. Дело в том, что стихийно, под влиянием газетных публикаций и уличных впечатлений, визуальный образ этносов складывается прежде всего как негативный - торговцы на рынках, бандитские разборки, мафиозные группировки. И в первом и во втором случаях политика национального единения заключается в создании противовеса стихийной или исторически сложившейся негативной информации через систему образования, через СМИ и через художественное творчество.

Третье, что имеет значение, - место этнической группы в государственных институтах, в первую очередь в армии и в чиновничестве, то есть выстраивание в глазах населения исторического и сегодняшнего образа российской армии и государственного аппарата как надэтнического и надконфессионального.

Как-то Бисмарк сказал, что немецкую нацию создал немецкий учитель. Бесспорно, что именно образование - один из главных инструментов формирования единой нации. Причем образование не только детей, но и взрослых. Перефразируя известные слова "вождя народов", можно сказать, что система образования должна быть национальной по форме и российской по содержанию, в ней должна быть идея единства российской нации во всем ее многообразии.

В качестве примера образования для взрослых можно привести систему существующих на государственный счет образовательных партийных фондов (имени Аденауэра, Эберта, Наумана, Люксембург), которые были созданы в ФРГ в послевоенное время. Каждый из них "несет в массы" свою партийную идеологию, но только на общенациональной и демократической основе.

Большой российский проект

Как показывает исторический опыт и самой России, и остального мира, перечень больших проектов, которые в той или иной мере используют правящие элиты для национального сплочения, в общем-то невелик. Самый длительный эффект дает освоение новых пространств, если оно воспринимается как национальный проект. Пример удачного проекта освоения новых пространств, конечно же, США. Еще один пример - Россия, история которой это, собственно говоря, процесс непрерывного освоения новых территорий. Следует заметить, что освоение территорий обычно влечет за собой рост экономического благосостояния населения. Главным большим проектом второй половины ХХ века стало создание государства всеобщего благосостояния. При этом освоение пространств переплавляет этносы, а достойное благосостояние лишает смысла взаимные их претензии, то есть и то и другое решает задачу - создание нации.

Казалось бы, что специфически российского может быть в проекте, который был уже использован в самых разных странах? Российское в нем ровно то, что является основой любого проекта в любой стране - культурная основа. Американский фермер, русский крестьянин, советский целинник решали одну задачу - осваивали новые пространства. Но и проект, и результат были разные. Россия остается последней из крупных мировых держав, для которой и освоение территорий, и создание государства всеобщего благосостояния все еще актуально. Мы легко можем связать задачу создания государства всеобщего благосостояния с освоением внутреннего рынка национальным капиталом.

Новая колонизация российских пространств

Главный советник полномочного представителя президента РФ в Приволжском федеральном округе Сергей Градировский считает, что "российская элита до сих пор не осознала важные изменения, которые произошли в современной российской истории. Изменился тренд ее развития. Ключевский писал, что вся история России - это история колонизации. Русские создали свое пространство благодаря этому ключевому тренду. Но в 60-е годы, кстати, не в 90-е, а в 60-е, произошел слом. Русские стали возвращаться, и резко упал уровень рождаемости в старорусских областях. Через 50 лет всех ресурсов России будет достаточно только для поддержания численности московской агломерации. Все остальное Россия может потерять. У России осталось имперское тело, а ресурсы уже национального государства. Россия нуждается в большом проекте нового освоения российских пространств на основе массовой иммиграции и использования 'демографических резервуаров' внутри страны. В России единственный такой 'резервуар' - на Северном Кавказе. Но к населяющим его народам складывается отношение, как будто они и не граждане России. Массовую же иммиграцию пока вообще обсуждать невозможно.

Но будущее России заключается в воссоздании российской нации на существенно расширенной этнической платформе при сохранении русской культурной основы. Тем более что это нисколько не противоречит российской традиции. Вся история освоения российских пространств - это история постоянной ассимиляции многочисленных народов, населявших эти пространства, история постоянного изменения русской этнической основы. Посмотрите на карту и сравните ареалы расселения славянских, тюркских и финно-угорских этносов с IX по XIX века и задайте себе вопрос: а где все эти народы? Ответ прост: они все стали русским этносом. У нас любят смотреть в прошлое и страдать о потерянных возможностях. Пора перестать оглядываться. Создание современной российской политической нации - это ее собирание через будущее, через новые проекты".

Новая нация новой России

Словно в продолжение слов Сергея Градировского президент Межрегионального общественного фонда "Институт города" Вячеслав Глазычев сказал в интервью "Эксперту": "Действительно существует проблема нового освоения российских пространств и иммиграции. Такая политика вполне возможна, если ее делать всерьез. Если выработать машину ассимиляции. Но пока наша миграционная политика, если ее так можно назвать, занята больше запретительством. Думаю, что решающую роль в ассимиляции должно сыграть русское образование и новая экономическая культура. Ведь за последние 10-12 лет несколько миллионов российских граждан прошли гигантскую школу первичного предпринимательства. Основной массив мелко-среднего бизнеса сегодня - люди из этой школы. Это гигантский ресурс, он просто недооценен. Вот только 'Эксперт' иногда публикует героические истории становления этих людей. В своих исследованиях я фиксирую, что освоение этой культуры происходит на уровне сельского округа, малого города. Кадровая революция в низах - налицо. Причем на очень большом и разнообразном этническом материале видно, что это совершенно новое поколение людей, научившихся рассчитывать свою жизнь и повидавших мир. И это очень важно.

Нам действительно необходимо возвращение больших проектов, но не в смысле строительства БАМа, а в построении связности и целостности новой России. Необходима колоссальная концентрация усилий государства на локальном. На том, что, к сожалению, в России было всегда если не презираемо, то считалось 15-степенным. Потому что только через освоение своего локального пространства, через формирование местных проектов развития возможен по-настоящему качественный экономический рост и преобразование человеческого капитала. Мы не Европа, и нам, скорее всего, никогда не добиться сплошного заселения всей России. И если между двумя плотными ядрами заселения будет простираться зона природного резервата, даже в несколько сот километров, для России в этом ничего страшного нет. Главное связать их устойчиво через транспортную инфраструктуру. Это, к слову, предлагал Вернадский во время своей работы в Комиссии по развитию производительных сил Академии наук еще до первой мировой войны.

Уже сейчас всякий, кто работает в российской глубинке, наблюдает тектонический сдвиг в сознании массы людей, внешне он еще не очень заметен, но он мощный и, на мой взгляд, непреодолимый. Его заметят тогда, когда эти новые люди будут передавать свое дело и свою собственность своим детям. С этого момента начнется новая история России.

Драма наших СМИ заключается в том, что они до сих пор любят раздирать одежды и расцарапывать раны, рассказывая драматические истории про бабу Маню, которую все забыли. А когда я еду по стране, меня прежде всего интересуют любые точки прорыва. И важно видеть и то и другое, а не только зону упадка. Надеюсь, что перелом в СМИ произойдет, в конце концов. Ведь это довольно скучно повторяться. Истории про бабу Маню все одинаковые, а истории успеха индивидуальны и очень поучительны".

Говоря о механизмах, с помощью которых создается нация, нельзя забывать о таком важном из них, как политическая система. Идентичность - это то, что легитимизирует власть и государство в демократическом обществе. Если государство приватизировано диктатором, то в гражданской идентичности нет нужды. Но это предмет особого разговора.

Новая история российской нации начнется, когда и если будет реализована политика, включающая освоение пространства; создание государства всеобщего благосостояния через освоение внутреннего рынка национальным капиталом; преодоление предрассудков; поддержку идеологии созидания; развитие достойной системы общего и гражданского образования для взрослых и детей, основанного на идее единой нации.