Бизнес-идея развития

Андрей Белоусов
10 октября 2005, 00:00

Значительный пласт экономики, где производится более трети добавленной стоимости и занято почти две трети работающих, недостаточно конкурентоспособен и держится на плаву лишь за счет заниженного обменного курса, низких тарифов на инфраструктурные услуги, оптимизации налогов. Порочный круг неконкурентоспособности должен быть разорван согласованными усилиями государства и бизнеса

Реанимация дискуссии о промышленной политике - верный признак того, что прежняя повестка дня либо исчерпана, либо перестала быть актуальной. Сегодня налицо кризис сложившейся модели экспортно-сырьевого развития. Дело не столько в замедлении темпов роста, сколько в его качестве. В том, что экспортно-сырьевой рост не способен разрешить назревшие системные проблемы. Слишком медленно складывается слой конкурентоспособных компаний в несырьевых отраслях. Еще медленнее обновляется инфраструктура в соответствии с запросами бизнеса. Рыночные институты почти все созданы, но инвестиционные риски остаются чрезмерно высокими, а инновационная емкость экономики, транспарентность и договороспособность компаний, темпы появления новых бизнесов - низкими. Рост доходов населения пока сопровождается усилением социального неравенства и ухудшением состояния социальной инфраструктуры. Не хватает ресурсов для решения стратегических задач в сфере безопасности.

Актуальность смены модели экономического роста как императива его устойчивости - уже банальность, об этом не говорит только ленивый. Но возникает законный вопрос: на чем нужно сконцентрировать усилия?

На мой взгляд, глубинная причина проблем - накопленные структурные дисбалансы российской экономики, которые закрепляются в ее институтах и воспроизводят низкую конкурентоспособность не отдельных компаний или даже отраслей, а обширных сегментов экономики.

Структурные блоки российской экономики

В нашем хозяйстве можно выделить пять структурообразующих секторов, существенно различающихся по уровню конкурентоспособности и условиям воспроизводства.

Экспортно-сырьевой сектор - нефтяная и газовая промышленность, металлургия, удобрения и крупнотоннажная химия, лесобумажная промышленность. Здесь производится 17% добавленной стоимости и более двух третей торгуемых на мировом рынке товаров. При этом в секторе сосредоточено лишь 6% занятых. Экспортно-сырьевой сектор - крупнейшая точка концентрации капитала. Валовая прибыль здесь составила в прошлом году 43 млрд долларов, инвестиции - почти 20 млрд долларов.

Вплоть до 2005 года сектор интенсивно, на 9-11% в год, наращивал объемы экспорта, что во многом определяло и общую картину экономического роста в стране. Вклад сырьевого экспорта в динамику ВВП ежегодно составлял около трех процентных пунктов - чуть меньше половины его прироста.

Внутреннеориентированный сектор - агропром, машиностроение, строительство и некоторые другие отрасли. По производству добавленной стоимости (15%) этот сектор практически равновелик экспортно-сырьевому, но по конкурентоспособности и эффективности значительно ему уступает: по производительности труда разрыв составляет пять с лишним раз. В секторе работает более четверти всех занятых в российской экономике с заработной платой примерно вдвое ниже, чем в экспортно-сырьевом секторе (соответственно 190 и 370 долларов в 2004 году).

В последние годы динамика роста внутреннеориентированного сектора, ежегодно на 6-8%, определялась интенсивным расширением внутренних рынков. Сформировалось конкурентоспособное ядро, включающее четыре группы производств. Это потребительские отрасли - пищевая промышленность и ряд сельскохозяйственных производств, сборка бытовой техники с использованием импортных комплектующих, жилищное строительство. Это производства, замкнутые на спрос естественных монополий, - в основном железнодорожное машиностроение. Это ряд отраслей оборонно-промышленного комплекса, ориентированных на увеличившийся гособоронзаказ. Наконец, это машиностроительные отрасли, сохранившие, хотя бы частично, экспортный потенциал - военный авиапром, судостроение, энергетическое машиностроение, электротехника.

Торговля (сфера обращения) - наиболее масштабный сектор российской экономики. Здесь производится более 20% добавленной стоимости и работает 17% всех занятых. Это вторая крупнейшая точка концентрации капитала. Валовая прибыль без учета домохозяйств составляет здесь около 80 млрд долларов, из которых менее 10 млрд направляется на уплату налогов и в инвестиции (по официальным данным, инвестиции составляют около 2 млрд долларов, по экспертным оценкам - в три-четыре раза больше).

Рост торговли на 10%, наблюдающийся в последние годы, обусловлен потребительским бумом, связанным как с расширением доходов населения, так и с увеличением потребительского кредитования.

Инфраструктурный сектор - электроэнергетика, транспорт, связь. Сектор производит 10% добавленной стоимости, на него приходится 9% занятых. Его особенность - высокая капиталоемкость производства. В инфраструктурных отраслях (электроэнергетика, транспорт) сосредоточено более трети основных фондов, что требует значительных поддерживающих инвестиций. При этом и в электроэнергетике, и на транспорте низкая норма прибыли сдерживает приток капитала. В то же время телекоммуникации и связь - одна из самых быстрорастущих отраслей. Ее интенсивное развитие (более 20% в год) опирается на высокую норму прибыли и динамичный рост инвестиций, которые уже достигли почти 5 млрд долларов в год, а за последние пять лет - более 12 млрд долларов.

Разрывы в конкурентоспособности рождают масштабные перетоки добавленной стоимости между секторами экономики: от внутреннеориентированного и инфраструктурного секторов - в экспорториентированный и торговлю и, далее, через изъятие налогов - в сектор социальных услуг

Наконец, сектор социальных услуг - ЖКХ, образование, здравоохранение, культура. Он производит 9% добавленной стоимости, аккумулирует почти четверть занятых и треть основных фондов (включая жилищное хозяйство). Особенность сектора - его в основном нерыночный характер. Почти три четверти услуг, включая ЖКХ, производится либо государственными учреждениями, либо локальными монополиями.

В течение последних лет рост в данном секторе составлял около 1% в год. Только в 2005 году наметилось некоторое ускорение, связанное в основном с накачкой бюджетных денег. Однако вряд ли такой рост, не основанный на структурных преобразованиях социальных отраслей, можно считать устойчивым и эффективным.

Завершая рассмотрение функциональной структуры экономики, отметим, что часть отраслей с точки зрения своей роли в хозяйстве не была включена ни в один из секторов, образовав подгруппу "прочие отрасли". Это тоже довольно крупный, хотя и разномастный кусок нашей экономики - 28% ВВП и 18% занятых. Внутри него выделяются такие крупные виды деятельности, как госуправление (6,2% валовой добавленной стоимости, ВДС), финансы (4% ВДС), операции с недвижимым имуществом (5,2%).

Оси структурного неравновесия

Фундаментальная особенность российской экономики - структурное неравновесие между отмеченными секторами. Оно образуется по трем основным осям.

Первая ось - ценовые диспаритеты, главным образом между экспортно-сырьевым и внутреннеориентированным секторами. В экспортно-сырьевом секторе внутренние цены, как правило, привязаны к мировым и составляют, за исключением нефти и газа, 80-130% от их уровня. Так, в конце 2004 года оптовые цены на бензин превышали мировые (экспортные) цены на 26%, на дизтопливо - на 10%. Во внутреннеориентированном секторе цены, прижатые низкими доходами населения и конкуренцией со стороны импорта, не превышают 60-70% мировых.

Как следствие, мы имеем значительный перепад в рентабельности между экспортно-сырьевым сектором с одной стороны и внутреннеориентированным и инфраструктурным секторами - с другой. В 2004 году он составил соответственно 6,5 и 2 раза. Это, в свою очередь, обусловливает и направление потоков капитала. В экспортно-сырьевом секторе сосредоточены 45% прибыли экономики и пятая часть всех инвестиций. Здесь наблюдается явный избыток капитала по отношению к возможностям его эффективного использования, о чем свидетельствует масштабный вывоз капитала из страны. В двух других секторах имеют место и недостаток собственного капитала, и низкая инвестиционная привлекательность.

Вторая ось - нагрузка на товаропроизводящие сектора со стороны торговли. Торговля заняла доминирующее положение по отношению как к конечному потребителю, так и к производителю товаров. По данным межотраслевых балансов, доля торгово-посреднической наценки в цене товаров достигает почти трети, что в полтора-два раза превышает уровень ведущих рыночных экономик. Это обусловливает отмеченную выше концентрацию капитала в торговле, который затем "растворяется" - частично направляется на выплату теневой заработной платы, частично вывозится за рубеж.

Третья ось - генерируемая сектором социальных услуг налоговая нагрузка, прежде всего на экспортно-сырьевой сектор и торговлю. Мера этой нагрузки - потребность в государственном финансировании при условии нормализации воспроизводства в данном секторе. Эта потребность, по расчетам, составляет 13-14% ВВП (фактически - 8% ВВП), то есть более трети всех доходов бюджетной системы страны.

Таким образом, разрывы в конкурентоспособности генерируют масштабные перетоки добавленной стоимости между секторами экономики: от внутреннеориентированного и инфраструктурного секторов в экспорториентированный и торговлю, где концентрируются доходы, и, далее, через изъятие налогов - в сектор социальных услуг (см. схему).

По сути, это замкнутый круг воспроизведения низкой конкурентоспособности основной части российской экономики, где производится более трети добавленной стоимости и занято почти две трети работающих. Скорость движения по этому кругу определяется макроэкономическими параметрами - обменным курсом рубля, который занижен относительно паритета покупательной способности почти в два с половиной раза, сдерживанием роста энергетических и транспортных тарифов, уровнем и динамикой налогового бремени. Но использовать их в качестве компенсаторов структурного неравновесия можно только до определенной черты. За ней социальные и иные издержки начинают превышать эффект, получаемый в виде дополнительных пунктов экономического роста.

Кризис экспортно-сырьевого развития

В 2005 году началось снижение динамики сырьевого экспорта, прежде всего экспорта нефти, которое потянуло вниз и темпы роста ВВП. Причем замедление это имеет, по-видимому, долговременный характер. Инфраструктура нефтегазового комплекса, составляющего ядро экспортно-сырьевого сектора, вместе с разрабатываемыми месторождениями, как известно, развернута в сторону Европы. Для того чтобы переориентировать ее в направлении быстрорастущих рынков Азии, требуется время (пять-семь лет) и значительные капиталовложения в трубопроводы и в месторождения арктического шельфа и Восточной Сибири.

Во внутреннеориентированном секторе укрепление рубля, не компенсируемое повышением производительности труда, и увеличение цен на топливо и сырье нанесли существенный урон потенциалу дальнейшего роста. Начиная с прошлого года четко обозначилось вытеснение российских производителей с внутренних рынков. Примеры (2005 год): легковые автомобили, где наметился спад производства при росте импорта в полтора раза; мясо, где производство выросло на 1%, а импорт - более чем на 25%; химическое и нефтяное оборудование, электротехника (аккумуляторы, осветительное оборудование), металлорежущие станки и так далее.

Резко ухудшилось финансовое положение компаний внутреннеориентированного сектора: средняя норма прибыли (отношение сальдированного финансового результата к валовой продукции) снизилась по сравнению с 2001 годом почти вдвое, до 3% (в три-четыре раза ниже процентных ставок). Инвестиции в 2004 году практически не увеличились. В промышленных отраслях и сельском хозяйстве продолжилось сокращение занятых. Рабочая сила перетекала в более благополучные отрасли. Все это закономерно привело к замедлению роста - примерно на один процентный пункт в год, с 7,7% в 2003 году до менее чем 6% в 2005-м.

В торговле интенсивный рост пока сохраняется. Однако существенно, что рост этот базируется на внешних источниках - притоке экспортных доходов в экономику и их частичной трансформации в оплату труда. Буквально взрывной рост реальной заработной платы, характерный для последних лет, сопровождался разрывом ее динамики с производительностью труда - очевидно, временным. Это придает росту потребления, а вместе с ним и торговли, искусственный характер.

Таким образом, уже в текущем году действие компенсаторов структурной несбалансированности стало ослабевать. Структурные дисбалансы начали оказывать все более сильное воздействие на текущие тенденции, что свидетельствует об исчерпании резервов экспортно-сырьевой модели. Из трех "моторов" роста - экспортно-сырьевой и внутреннеориентированный сектора и торговля - бесперебойно работает только последний. Да и устойчивость его работы под вопросом.

В целом картина выглядит следующим образом. Из 7% (округленно) годового прироста ВВП в 2003-2004 годах примерно три процентных пункта обеспечивалось увеличением физического объема экспорта, полтора пункта - увеличением мировых цен, стимулирующих расширение внутреннего спроса. За счет внутренних факторов конкурентоспособности, таким образом, обеспечивалось примерно 2,5 пункта прироста ВВП. Для сравнения: в 2000-2001 годах эта величина составляла 3-4 пункта.

Что произойдет, если сложившиеся тенденции сохранятся? Как показывают расчеты, в ближайшие три года суммарный вклад внешнеэкономических факторов в прирост ВВП составит максимум 1,5-2 процентных пункта. Это означает, что, если внутренние факторы конкурентоспособности будут обеспечивать, как сегодня, 2-2,5 пункта прироста ВВП, общая динамика экономического роста снизится в лучшем случае до 4-5% в год.

Падение темпов роста ниже 5% сделает практически невозможной реструктуризацию сектора социальных услуг. Кризисные процессы в российской экономике будут нарастать и, как показывают расчеты, достигнут пика в конце текущего - начале следующего десятилетия.

Капитализация преимуществ

Основной вектор действий, связанных с поддержанием экономического роста, - преодоление структурных дисбалансов за счет повышения конкурентоспособности внутреннеориентированного сектора, модернизации инфраструктурного и социального секторов.

Расчеты показывают, что для реализации этой задачи до конца текущего десятилетия требуется вложить в российскую экономику 430-450 млрд долларов (в ценах 2000 года) - в 1,6-1,7 раза больше, чем в предшествующее пятилетие. Из этой суммы примерно треть - поддерживающие инвестиции в нефтегазовый комплекс и в производственную инфраструктуру. То есть ежегодный прирост инвестиций должен сохраняться на уровне не менее 10%.

Как достичь этих условий? Бизнес-идея состоит из двух взаимосвязанных частей.

Первая - выделение в структурообразующих секторах элементов, которые составляют сравнительные преимущества российской экономики, и их капитализация - превращение в источник роста добавленной стоимости и в объект для инвестирования. В экспортно-сырьевом секторе это, безусловно, запасы углеводородов и, с некоторой условностью, леса. Во внутреннеориентированном - высокотехнологичный и научно-исследовательский потенциал, а также аграрный потенциал (по абсолютному размеру площади пашни и по ее площади на одного жителя Россия входит в первую пятерку стран мира). В инфраструктурном секторе - транзитный потенциал и информационные технологии, включая создание программного обеспечения. В социальном секторе - высшее образование и, частично, высокотехнологичное здравоохранение.

На сегодняшний день из сравнительных преимуществ более или менее капитализирован только энергетический потенциал, остальные не имеют даже адекватных рыночных оценок. Осуществление "плана капитализации" предполагает разработку долгосрочных проектов по каждому из элементов, включая постановку конкретных целей, определение направлений их достижения, пакет задач, комплексы мероприятий, оценку рисков, организационные механизмы, источники финансовых ресурсов.

Система таких проектов начала разрабатываться в правительстве с осени 2004 года (десять Стратегий развития плюс Федеральная космическая программа). Параллельно формируется финансовая инфраструктура, включающая инвестиционный и инновационный фонды, государственные банки, лизинговые компании и др. Под эту систему постепенно подтягиваются и механизмы частно-государственного партнерства.

В ближайшие три года суммарный вклад внешнеэкономических факторов в прирост ВВП составит максимум 1,5-2 процентных пункта. Это означает, что, если внутренние факторы конкурентоспособности будут обеспечивать, как сегодня, 2-2,5 пункта прироста ВВП, общая динамика экономического роста снизится в лучшем случае до 4-5% в год

Ключевой момент состоит в том, что осуществить проекты подобного масштаба в формате национальной экономики в принципе невозможно. По сути, речь идет о формировании переговорной позиции России с мировыми "центрами силы" - странами "семерки", Китаем, Индией, лидерами исламского мира, определяющими позиционирование российской экономики в мире на длительную перспективу.

Вторая часть бизнес-идеи - это распространение эффекта от капитализации сравнительных преимуществ на отрасли, производящие массовые товары и услуги, от которых зависят и темпы роста экономики, и формирование среднего класса. Схема здесь, упрощенно, следующая: а) капитализация сравнительных преимуществ обеспечивает приток доходов в экономику; б) рост доходов стимулирует расширение внутренних рынков и рост капитализации российских компаний; в) последнее создает благоприятные условия для привлечения иностранных инвестиций, технологической модернизации производств второго эшелона и встраивания их в международные цепочки создания добавленной стоимости.

Если реализация первой части зависит от эффективности прежде всего федерального правительства, то второй - от всей вертикали исполнительной власти, включая ее региональный компонент.

Рост будет делаться в регионах

Последний год кардинально изменил положение региональных властей и в политике, и в экономике. Принятые решения - изменение порядка приведения губернаторов к власти; разграничение полномочий; согласование назначения руководителей территориальных органов и ряд других - с одной стороны, сделали губернаторов уполномоченными представителями политического центра, наделив их соответствующим мандатом, с другой - существенно расширили их реальные полномочия в вопросах развития регионов.

Каковы в связи с этим пункты новой повестки дня?

Первый - создание механизма ответственности, закрепляющего новую роль региональных администраций в системе власти. Из предложений губернаторов, высказанных на калининградском заседании Госсовета, заслуживает внимание обязательное представление губернаторами программ комплексного развития регионов с конкретными целевыми параметрами, мероприятиями и ресурсами. Эти целевые параметры и должны стать обязательствами региональных администраций перед населением, законодательным собранием и федеральным центром. Если такая ответственность зафиксирована, то появляется возможность для развития межбюджетных отношений, расширения форм участия центра в проектах на региональном уровне (особенно если они имеют межрегиональное или общенациональное значение).

Второй - завершение формирования институтов, регулирующих взаимоотношения бизнеса и государства в части использования природных ресурсов. Сегодня это один из ключевых и нерешенных вопросов не только управления экономическими процессами на разных уровнях вертикали власти, но и оценки и капитализации ресурсного потенциала российской экономики.

Третий - создание новых региональных центров экономической активности, прежде всего в восточном направлении. Значительным потенциалом роста обладают, на мой взгляд, четыре макрорегиона: Свердловск-Челябинск-Тюмень-Пермь, Новосибирск-Кемерово-Алтай-Томск, Красноярский край и Хабаровск-Приморье.

Нужно прежде всего создание транспортной инфраструктуры с соответствующей топологией, включая достройку опорной транспортной сети. Необходимо создание заделов энергетических мощностей и электросетей, учитывая перспективные потребности. Требуется развертывание сети инновационных центров соответствующего профиля, сопряженных с образовательными центрами. Наконец, необходимы программы миграции, увязанные с градостроительными планами, программами строительства жилья и социальной инфраструктуры и наличием строительных мощностей. Все это, в идеале, должно координироваться из одного центра в рамках политики пространственного развития.

Четвертый - поддержка технологического развития. Нужен запуск технологического планирования на основе форсайта. То есть бизнес совместно с государственными структурами должен определять перспективные направления развития технологий, вырабатывать общие программы исследований и распространения технологий, распределения рисков. Целесообразно было бы, как предлагает Минэкономразвития, создать совет по технологической политике, включающий представителей бизнеса, а также систему федерального и региональных центров технологического развития.

Пятый пункт - создание механизма координации и контроля за использованием ресурсов государственных институтов развития. Таких институтов насчитывается уже немало - Инвестиционный фонд, Российский банк развития, Россельхозбанк, Росэксимбанк, венчурные фонды, лизинговые компании и проч. Они аккумулируют ресурсы в размере порядка 6 млрд долларов. Необходим механизм контроля за использованием этих ресурсов с точки зрения не только финансовой эффективности, но и соответствия приоритетам государственной политики.

Безусловно, "повестка дня" далеко не исчерпывается отмеченными пятью пунктами, она может и должна быть расширена. Но главное - она должна быть сформирована. Цена вопроса слишком высока - будущее экономики страны.